Глава 17

Дарина Взгляд подруги стал внимательным, острым. Она даже застыла, разглядывая меня с пристальным интересом. Лида – жгучая брюнетка, очень яркая, и сейчас от взгляда ее темных глаз стало даже немного не по себе. Вот снова… Нервы-нервы… Нет, все-таки Олег неправ. Не все ровно, если я после этого неудачного покушения не могу расслабиться даже в обществе хороших знакомых. – Беременна? – переспросила я. – Нет. Если бы… – Но состояние у тебя странное, не пьешь шампанское. Клубника в шоколаде, твоя любимая. Ты к ней и не притронулась! Что с тобой? – Спираль сняла, – призналась неохотно. – Немного неприятные ощущения. После покушения прошло несколько дней. Олег сказал, что нет причин для паники. Мы настороже, но продолжаем жить обычной жизнью. Если так, я не стала отказываться от намеченного снятия спирали. Сдала анализы, УЗИ. Все в норме. Спираль сняли, но небольшие тянущие ощущения и небольшое кровотечение присутствует. По словам врача, это норма. – Несколько дней и буду, как новенькая. – А-а-а… – протянула Лида. – Отчаянная ты баба, – фыркнула. – Тебе бы не женой бизнесмена, а на коня. Да впереди полка… – С чего бы вдруг? – Воинственная такая, за правду борешься. Видела новое дело, о котором писали. Вернули сироткам незаконно отжатый дом, поздравляю. Да, победа. Но на фоне прошлых… Если честно… Совсем не радует. Какая-то я черствая стала. Должна радоваться, что дела фонда процветают, добрые дела не только на бумаге, но и в реальности. Олег не врал, его фонд помогает людям. Мне было приятно, да… Но сейчас я чувствую в себе будто изобретателя крутой машины усадили собирать тележку из деталей конструктора Лего. И да, это тоже нужно, важно, но-о… Душит. Я поняла это внезапно, и внутри как будто улеглось раздражение. Да, душит. Развернуться мне негде! То самое чувство, когда не сделал все, что можешь сделать, когда еще немного зудит внутри… Карьеристка ли я? Возможно! Но а что еще остается? Детишек нет, падчерица уже взрослая, я пришла в семью Олега, когда она была подростком, переходила в старшие классы. Я не стала ей ни матерью, ни, тем паче, подругой или приятельницей. Начала заниматься делами фонда по большой просьбе и из-за теплых чувств к мужу. Но сейчас ощутила, как меня засасывает топью. Они все правы – Котов, Савченко… Даже Лида. Правы по-своему. Я не делаю то, что могу, и просто прозябаю. Бездна сил перегорает. Впустую… Я планирую детей, но пока пройдет эффект от спирали, пока удастся забеременеть… Можно успеть еще кое-что, правда? – Сейчас вот о детях задумалась снова, а не боишься? – продолжила подруга. – В прошлый раз у вас ребенок больным должен был родиться. Если в семье такая наследственность… – посмотрела на меня. На голову словно опрокинули ушат ледяной воды. Наследственность! У моих родителей среди нас, семерых, двое детишек – с отклонениями. Один не выжил в утробе, второй еще в детстве погиб, вывалился из окна многоэтажки… Об этом знал только Олег, я Лидии ничего не говорила. Откуда она узнала?! – Какая наследственность? – спросила я. Лидия пожала плечами: – У кого-то из вас двоих точно есть плохая наследственность. Но у Олега старшая дочь в порядке, остаешься ты. Может быть, ты даже не догадываешься, – добавила легкомысленно. Казалось бы, слова Лиды объяснили, почему она могла так сказать. Но осадочек у меня все равно остался. Единственная плохая наследственность – это водка! Родители всю жизнь то боролись с пьянством, то ударялись в него с головой. Поэтому наша жизнь была то в гору, то под гору… Сейчас с потрясениями давно покончено, теперь родители – одни из самых правильных, охают, что лекарства – дорогие, а пенсии – крошечные. – Уверена, в этот раз все получится. Проведем подготовку, посажу Олежу на правильное питание, будет бегать со мной по утрам. А то в последнее время он раздался в боках, – поделилась я планами. – Олег и правильное питание? Мечтать не вредно! Еще скажи, что загонишь этого медведя на свою кундалини-йогу! Мы немного посмеялись, напряжение спало. – А ты? – поинтересовалась я. – Не хочешь? – От кого? От Ефремова, что ли? Не придумывай! У него от первого брака двое лбов вымахало, я нужна ему не для деторождения. Таких, как я, не заставляют ни борщи варить, ни детей выкармливать. Это правда, такую, как Лида, сложно представить в роли матери и кухарки. Она очень красивая. Правда. У ее красоты есть что-то ведьмовское, тягучее, пагубное. Она из редкого числа тех, кто даже при смерти, в глубокой старости, будет выглядеть иконой красоты и стиля. Я же… бледная, меня, если посреди ночи поднять и не дать немного времени, чтобы накраситься, буду выглядеть как привидение, с кругами под глазами от недосыпа. За кожей ухаживаю тщательно, будто собираюсь на войну со старостью. Но с другой стороны, Лида занимается только собой – косметолог, спортзал, танцы, массажи. Она на себя тратит в месяц столько, что можно смело покупать по объекту недвижимости на эти деньги. – И для себя не хочешь? – поинтересовалась я. – Я бы нашла сурмаму, – рассудила Лида. – Да что мы все о детях. Мы, бездетные… – рассмеялась. – Расскажи лучше о Котове. Какой он? – стрельнула глазками. – Какие женщины ему нравятся? Вы довольно много времени прожили бок о бок, общались. Ты явно создала собственное впечатление о том, что он из себя представляет! – Что, решила оставить в покое бармена и замутить с Котовым? – Ты права, мальчишку жалко. Ефремов его на ремни пустит. Пусть дышит пацан. На Котова рыпнуться будет сложнее, понимаешь? – подмигнула. – Какие женщины ему нравятся? Невольно представила Котова и Лиду. Изнутри запекло. Яркая бы вышла пара. Убойная просто… От Захара нет вестей несколько дней. Возможно, он пошел делать именно то, о чем говорил? Крутить романы с другими! – Какие женщины? Хм… Красивые. – Пока все при мне. – Раскованные. – О, какое совпадение! – захлопала в ладоши. – Давай-ка ты меня с ним сведешь, а? У тебя же есть его контакты?