Глава 4

Дарина – Поехали! – в голосе Котова загудело нетерпение. Пальцы поелозили по талии и проникли под шубку, поднялись вверх по спине, в поисках замочка. Те же самые пальцы, которыми он недавно облапал мою падчерицу. Явно облапал! Такой не удержит руки в карманах брюк… Я поняла, что если ничего не сделаю, не шевельнусь, то стану легкой добычей. Он слишком напористый, уверенный в себе и… богатый, чертовски богатый, если может выложить вот так просто три миллиона за исполнение прихоти. – Давай же, Даринка, поехали кататься… Встретим рассвет – голыми и прекрасными, – шепнул на ухо, обворожительно чиркнул пальцем по щеке и галантно склонился к руке, сказав уже вслух: – Я приглашаю тебя на самый лучший ужин в твоей жизни. Губы приложились к моей руке, он немного всосал мою кожу, и в районе пупка тренькнули мурашки. Я постаралась их разогнать и ухмыльнулась: – Не слишком ли вы… – Брось, можем и на «ты». – Не слишком ли ты, Захар, торопишь события? – Я тебя купил! – возразил запальчиво. Слишком быстро. О-о-о, Котов, зря-зря-зря ты так поспешил сказать это… Еще и так напористо, алчно… Проявил свой азарт, искреннюю заинтересованность, жажду… Обнажил струнки, которые так приятно будет натягивать, дергать, пощипывая, и заглушить звон легким хлопком ладони, как будто перебираешь гитарные струны. – Ты купил не меня. Рабовладельческий строй давно отменили. – Даже в Мавритании, я в курсе! – закатил глаза. – Однако фактически… – Мы не на уроке права, Захар. Хотя я могла бы прочитать тебе несколько лекций, – хмыкнула. – Ты купил не меня, но всего лишь ужин со мной. У-ЖИН! – улыбнулась. – И точка… Ноздри носа Кота затрепетали. Хотя бы потому, что рядом собрались скучающие гости. Они хотели понаблюдать за отбытием Котова и его блестящей покупки. Но станут свидетелем кое-чего другого – как нахал получает щелчок по носу! – Ужин, Захар. И никаких «до рассвета»! – подчеркнула я, медленно направившись на выход. Ох, как хотелось выбежать, хлопнуть дверью и прислониться к ней спиной, тяжело дыша. Но вместо этого я медленно пошла на выход. Швейцар немного замешкался, но бросился открывать дверь. – Извините, – пробулькал так, словно у него в горле пересохло, еще и пялился на меня украдкой. Многие забывают, что за формой прислуги скрываются обыкновенные люди, со своими страстями, желаниями и даже желанием посплетничать. Прислуга знает слишком многое, иногда выгодно это использовать, иногда лучше не появляться им на глаза и обходиться без их помощи. Выйдя на прохладный мартовский воздух, я медленно выдохнула, потом быстро вдохнула, пытаясь выровнять дыхание. Сердце билось, как сумасшедшее. Захотелось покурить. Со страшной силой… Даже пальцы затряслись в кармане шубки. Не бывает бывших курильщиков. Всегда подвернется ситуация, в которой не бывает иного спасения, кроме той самой сиги и дыма, в котором так вкусно и уютно прятать собственные мысли. И ничего объяснять не нужно, дым и так все понимает… Олег будет против. Хотя плевать, я тоже была против участвовать в этом дурацком аукционе! И что в итоге? Отбиваюсь от нахального спонсора, а муженек и дальше играет роль распорядителя торгов, даже не проводил меня, хотя мог бы, – подумала я немного капризно. Ничего не поделать, все мы иногда – лишь капризные девочки, которым хочется шоколадку, на ручки и пусть весь мир немного подождет. Нужно собраться с мыслями… Мигрень снова нахлынула. Долбаный отказ от кофе. Организм бушевал, сопротивляясь изо всех сил, цепляясь за любимые привычки. Ладно, если не кофе, то хотя бы одну сигаретку! Плюнув на все, я подошла к охраннику. – Сигареты, пожалуйста. – Я не курю, – отозвался слишком быстро. – Валентин Сергеевич? – вздохнула я. – Будьте так добры, сигареты и зажигалку. Охранник вылупился. Он один из сменных, видимо, даже не подозревал, что я знаю его имя. Поэтому через миг пачка сигарет и зажигалка быстро перекочевали в мою ладонь. – Благодарю… Я прошлась до беседки, мне всегда нравилось пить здесь чай. Территория уже расчищена, но еще слишком холодно для уличных чаепитий. Поэтому я всего лишь прислонилась плечом и закурила. – Я сказал, что мы гуляем до рассвета! – донеслось мне в спину с упреком. Котов примчался! Кто бы сомневался. – А я сказала, чтобы ты убирался из дома моего супруга. И что дальше? – Но ты ничего при этом не купила. А я купил… Я обернулась, намеренно выпустив колечко дыма в нос обнаглевшему мужчине. Он поморщился, точь-в-точь как Кот, который не любит, когда ему в лицо дуют ветерком дыхания… – Что ты купил? Пусть только скажет, что купил меня. О, пусть скажет, я с удовольствием прижгу окурком ему что-нибудь… – Я купил… ужин. – Ужин и получишь. Я посмотрю свое расписание, – сказала я и отвернулась. – Но… – В правилах аукциона четко указано, какой лот приобретается дарителем за сумму, озвученную им. Правила аукциона остались неизменными. Купил ужин – получишь ужин. Фантазировать вслух не воспрещается, но ты же большой… мальчик, и должен понимать, что, если ты купил лошадь и вслух сказал: «Хочу радужного единорога!», лошадь им не станет. – Ебал я в рот всех радужных единорогов! – ругнулся. – И как? Понравилось? – Ах ты су-у-ука! – протянул он. – Значит, расписание посмотришь? – Посмотрю. Не сегодня… Сегодня уже слишком поздно, у любимого мужа – званый вечер, аукцион, через полтора часа грянет салют. Обожаю салюты… Ни за что не пропущу это зрелище. – Я обещаю тебе самые крутые салюты. В каждой клеточке твоего тела… Вагину просто на разрыв бомбить будет! – посмотрел на меня диковато, опасно сверкнув глазами. – Ты на моем члене будешь кончать без перерыва и станешь молить о добавке… Клянусь!