Глава 12. Si vis pacem para bellum

Пока на планете закручивались и откручивались гайки, открывались закрома и двери, шла глобальная зачистка всего и вся, мы летели к Аресу.

«Мне нужно было остаться на Земле, – сказал Денис, – моё место там.

– А что ты будешь там делать, брат, сейчас ты уже не сможешь им ничем помочь или хочешь, как и все, прятаться в бункере?

«Но я мог бы хоть чем-то им помочь, да хоть просто за рулем сидеть», – запротестовал он.

– Брат, мы не виделись столько лет и не факт, что мы сможем пережить эту заварушку так почему бы не повоевать вместе. Да хотя бы просто пообщаться. Да и оставь свое место в бункере для какого-нибудь ребенка.

«Возможно, ты и прав, – согласился он, об этом я и не подумал, семьи так и не нажил, а в последние моменты мы должны быть вместе с семьёй».

«Вот видишь, жалко девчонкам конфет не захватили», – вспомнил я о важном деле.

– Ну, даст Бог ещё захватим.

«Мне бы твой оптимизм, брат, мне бы твой оптимизм», – задумчиво проговорил я.

Как только мы вернулись на борт Ареса, я сразу же собрал общее совещание. После того как все расселись за столом, я начал свой доклад обо всём, что нам удалось узнать и попросил высказаться всех присутствующих о том, как он видит возможное противодействие вторжению рептилоидов.

«Ну, во-первых, мы не знаем какими силами они будут располагать, – сказал Даг, – если уж на то пошло, то я не прочь напоследок помахать кулаками. У нас достаточно сильный корабль и уж кого-нибудь мы, да и сможем раскатать и по космосу распылить».

«Поддерживаю», – сказала баронесса спокойным голосом.

«Агата, это не твоя война, да и я обещал твоему отцу приглядывать за тобой, я хочу, чтобы ты взяла штурмовик и пролетела через червоточину на ту сторону, там есть небольшой гипердвигатель, на нём установлена маскировка и ты сможешь выбраться отсюда», – ответил я ей.

«Чтобы я потом всю жизнь мучилась? – запротестовала она, – ты предлагаешь мне сбежать и бросить вас тут одних? Мне, баронессе империи Аграф? Ты совсем охренел, Бор? Позволь мне самой решать, как распоряжаться своей судьбой, я никуда не полечу и буду сражаться вместе с вами, плечом к плечу. Если уж нам суждено погибнуть, то я погибну вместе с вами!», – она обиженно поджала губки и сложила руки на груди отвернувшись от меня.

Я посмотрел на Ванду.

«А что ты на меня смотришь? Я тоже останусь. Я наконец-то почувствовала себя настоящим пилотом, и ты предлагаешь мне бросить всё это и трусливо поджав хвост сбежать. Хочешь, я тебе сейчас нос сломаю за это?», – она показала мне свой механический кулак.

Я кивнул и перевёл взгляд на Миго, он насмешливо посмотрел на меня: – «Не думаешь же ты, что после этого, – он обвел собравшихся взглядом, – я смогу сбежать. Да и должок я свой не отдал. Так что я в деле, в кои-то веки настоящая война».

Я посмотрел на двух братьев и спросил: – «Я так понимаю у вас спрашивать бессмысленно?».

«Это так, командир, – согласился Скар, – мы с тобой до конца».

«Ну что ж, воевать так воевать, – подытожил я наше собрание, – а теперь давайте пообедаем».

Мы заказали себе обед, каждый выбрал всё, что он хотел. Я показал брату как пользоваться пищевым синтезатором. Обалдев от этой технологии, он решил попробовать каких-то экзотических инопланетных блюд, на мою просьбу не совершать глупости он ответил отказом.

«Ну что ж, дерзай, брат, дерзай», – не стал переубеждать его я.

Мы сидели и наблюдали за лицом Дениса, который пробовал набирать разные комбинации на синтезаторе. Некоторые блюда его впечатлили и понравились, но от некоторых пришлось и наизнанку вывернутся. Мы дружно посмеялись над этим экспериментатором, а потом я заказал ему нашей земной еды и поев, отправил его в обучающую капсулу, для обучения под разгоном. Он уже выучил самостоятельно язык Содружества и мог нормально общаться, нейросеть развернулась, теперь надо было подучиться, по крайней мере хоть что-то будет знать. Загрузив ему начальную базу по медицине, по ручному оружию и по тактике боя в пустоте, я уложил его в обучающую капсулу.

После этого я переместился в рубку Ареса усевшись в командирский ложемент я спросил у искина: – «Скажи мне, Дэн, ты действительно не можешь переместиться отсюда ноль-переходом?».

– Да, командир, это невозможно, эта область пространства каким-то образом блокирует возможности для данного типа двигателей. Попасть сюда можно только через червоточину, как и выбраться.

– А если нам обстрелять червоточину? Можно ли таким образом попытаться её разрушить?

– Нет, командир, выстрелы пройдут через неё и выйдут с другой стороны или рассеются в её стенках.

– Понятно, ну тогда нам придётся принять бой, какими бы не были его результаты, я хотел уберечь хотя бы девочек, ну и они отказались уйти.

– Я знаю, командир.

«У меня будет к тебе просьба. Если вдруг бой будет складываться не в нашу пользу, постарайся спасти экипаж корабля. В случае чего я применю все свои возможности», – попросил я.

– Командир, я понял тебя, я постараюсь сделать всё от меня зависящее.

– Кстати, ты переработал весь материал из тех монет?

– Да, командир, я распределил его по корпусу корабля. Это значительно усилило меня, также я взял на себя смелость и сделал еще один реактор, генерирующий пси-энергию, активного вещества для него очень мало, но в случае чего, можно будет его активировать. Это позволит хоть немного, но увеличить запас энергии.

«Спасибо, Дэн, это было правильное решение, ты всё больше становишься похож на человека», – заметил я.

– Я учусь, командир, наблюдая за вами моя личностная матрица развивается, кстати, командир, каковы наши дальнейшие действия?

– Ну, сейчас на планете начинается движуха, они попытаются спасти как можно больше людей. Ну а нам предстоит просто ждать, когда появятся рептилоиды и уже потом пытаться выбить их отсюда.

– Принято, командир.

«Кстати, Дэн, ты докладывал, что на поверхности Марса есть какие-то развалины», – вспомнил я.

– Так точно, командир, есть несколько групп строений на поверхности планеты, возможно, что подними находятся скрытые объекты. Дистанционно определить возраст построек невозможно, энергетической активности за время пребывания здесь, я не заметил.

– Хочу спуститься на планету и посмотреть, что там есть пока ожидаем. Мне вот, например, очень интересно узнать, что это такое.

«Что подготовить для экспедиции, командир?», – спросил Дэн.

– Достаточно будет штурмового скафандра, комплекта взломщиков, пригодится резак плазменный. Ну а кто пойдёт со мной, сейчас и узнаем. Где находится экипаж?

«Все до сих пор в столовой, что-то обсуждают», – доложил искин.

– Ну, тогда давай меня туда.

«Принято, командир», – мир мигнул, и я оказался в столовой, сидевшие за столом повернули ко мне свои лица.

«Друзья, есть предложение. Может быть, кто-то из вас хочет составить мне компанию для прогулки на Марс. Я хочу осмотреть развалины строений чисто с научной точки зрения, хочется узнать, что это такое», – предложил я.

«Я пойду, – выкрикнула Агата, – вы меня никуда не брали. Я уже задолбалась тут сидеть. Так что, никаких возражений я не приму. Я иду и точка».

– Что же, баронесса, я не против, тогда, будьте добры оперативно экипироваться и прибыть на летную палубу.

«Да, я быстро, – выкрикнула Агата, – искин, давай меня в каюту», – и она тут же исчезла.

«Ты там поаккуратнее», – попросил Даг.

– Само собой, старик, посмотрим и вернёмся. Буду первым Землянином на Марсе.

Я дал команду искину и переместился в свою каюту чтобы переодеться в другой скафандр и захватить необходимые вещи. Через пятнадцать минут сборы были закончены, и мы с Агатой уселись в кабине бота.

«Ты не против если я буду пилотом?», – спросил она.

– Конечно нет, прошу, принимай управление и полетели.

Агата профессионально правела предстартовую подготовку и подсоединившись к пилотскому разъему, аккуратно подняла бот над палубой, шлюз открылся, и мы вылетели открытый космос. Девушка включила маскировку и направила бот по координатам, которые выдал искин Ареса.

Приблизившись к планете, она начала плавный спуск. Удивительно, но атмосфера на Марсе была. А я-то думал, что это совсем безжизненный шарик, на самом деле высота атмосферного столба здесь было около двенадцати километров, хотя состояла она в основном из углекислого газа. Я просмотрел показатели, в ней, по данным датчиков, присутствовал азот и кислород, но в очень маленьком объёме. Мы плавно спускались в атмосферу, Агата профессионально управляла ботом и опустила наш маленький кораблик в пятидесяти метрах от едва угадывающихся остатков древних строений. Мы ещё раз убедились в наличие всего необходимого и, проверив снаряжение, отправились на прогулку. Выйдя наружу и закрыв аппарель, мы осмотрелись. Я всегда думал, что Марс – это Красная планета, а на самом деле это немного не так. Это скорее жёлто-коричневая планета, плюс ко всему из-за другого состава атмосферы, свет от звезды преломлялся по-другому, этим и создавался эффект красноватого цвета. Гравитация на Марсе была чуть ниже, чем на Земле, но я себя комфортно чувствовал.

«Ну что, баронесса, прогуляемся?», – спокойным и уверенным голосом спросил я у девушки.

«Я готова, пойдёмте, господин Бор, это так романтично, археологическое исследование древних построек», – весело ответила она и подставила руку.

Мы пошли по направлению к развалинам. Сейчас было очень трудно определить, что же это было такое. Ясно, что когда-то давно тут точно были строения. Подойдя ближе, мы увидели следы явно технологической постройки, виднелись остатки каркасов, каких-то металлических конструкций, сейчас они были поедены ржавчиной и почти разложились.

Хотя здесь и очень мало кислорода, но он всё-таки есть и понемногу подъедает металл коррозирует. Видимо это и позволило сохранится конструкциям столь длительное время.

«Это было какое-то куполообразное строение на каменном фундаменте», – сказала Агата.

– Похоже на то.

Решив попасть внутрь, мы начали обходить развалины по кругу, чтобы найти удобный вход и мы его нашли. Это были остатки шлюза, я ударил по нему ногой и его сорвало с петель. Шлюз упал внутрь, и мы осторожно прошли внутрь строения. Изнутри оно было занесено мелкой бурой пылью, в нескольких местах угадывались остатки каких-то агрегатов, но беспощадное время и атмосфера практически разрушили их.

«Как ты думаешь, Агата, что это могло быть?», – спросил я у внимательно изучающей эти остатки девушки.

– Возможно, это какая-то оранжерея или ещё что-то подобное, сейчас уже ничего не сохранилось.

Мы вдвоем внимательно смотрели остатки приборов, но по ним ничего нельзя было понять, просто какой-то металлический мусор, практически разложившийся за долгие годы. Осмотрев всё, мы не нашли никаких подсказок что бы это могло быть.

– Ну что, баронесса, по-моему, мы тут всё смотрели. К сожалению, ничего тут нет, но у нас есть ещё две точки, может быть, там будет что-то поинтереснее.

– Согласна.

Проверив бот и загрузившись, мы полетели по следующим координатам. Здесь тоже угадывались остатки купола, некоторые фрагменты даже сохранили некое подобие стекла голубого цвета. Попасть внутрь оказалось ещё легче, шлюз сам отгнил и сейчас лежал на земле. Мы просто прошли внутрь и начали осмотр, здесь уже были внутренние перегородки и помещения. Проверка одной из них преподнесла нам сюрприз, пришлось поработать плазменным резаком и вырезать хорошо сохранившийся механический шлюз, к сожалению, он не открывался, поэтому пришлось включить режим вандала и срезать его. За этим шлюзом оказалась небольшая комната, но самое интересное, что в её центре начиналась каменная лестница, уходящая вниз. Мы включили на скафандрах прожекторы и начали спуск под поверхность Марса. Лестница практически сразу начала изгибаться и превратилась в винтовую.

«Бор, мы уже очень глубоко опустились, может ну его и лучше вернуться?», – спросила Агата.

«Но тогда ведь мы не узнаем, что там внизу, не переживай, всё будет хорошо», – попытался я приободрить явно чувствующую себя не в своей тарелке девушку.

Мы спускались уже полчаса и по моим ощущениям ушли уже метров на сто пятьдесят-двести в глубину. Очень странно, но судя по датчикам скафандра, показатели атмосферы начали медленно изменяться, количество углекислого газа стало уменьшаться, а количество азота, наоборот, увеличивалось. Ещё через десять минут спуска я почувствовал впереди какую-то энергетическую активность, очень слабую. Я попытался активировать сферу поиска, но у меня ничего не выходило, материал, из которого был сделан этот каменный колодец, препятствовал прохождению пси сигналов. А вот это уже интересно, я упрямо шёл вперёд и наконец мы упёрлись в источник этого пси-сигнала. Перед нами был какой-то барьер, похожий на силовое поле. Я протянул руку и осторожно коснулся его пальцем, странно, но я не ощущал его пси-природу.

«Бор, что это?», – прошептала Агата.

– Эх, если бы я знал. Я не знаю, что это, но работает оно на пси-энергии.

«Бор, давай уйдём отсюда», – попросила девушка дрожащим голосом.

– Ну уж нет, что, я зря сюда столько топал.

Я попробовал надавить рукой, и она прошла сквозь барьер: – «Видишь, какое-то защитное поле, но его можно пройти. Может быть, оно держит атмосферу, как силовой экран на лётной палубе корабля. Давай сделаем так, ты останешься здесь, на всякий случай, и в случае чего сможешь отсюда выбраться, а я узнаю, что там и вернусь», – предложил я.

«Я не хочу здесь оставаться одна, я пойду с тобой», – упрямо заявила баронесса.

«Ну тогда пойдём», – я дал ей руку и начал продавливается сквозь преграду.

Я всё глубже и глубже погружался в него и наконец смог выглянуть на другую сторону, ничего страшного там не было, поэтому я сделал решительный шаг и полностью оказался с той стороны. После этого я потянул за собой Агату, и она вывалился прямо ко мне в объятья.

– Вот видишь, ничего тут страшного нет, пойдём посмотрим всё тут

Помещение было полностью пустым, наши прожекторы выхватывали из темноты только голые стены, поэтому мы прошли дальше к проёму в стене. Как только мы вошли в него, помещение начало медленно наполняться приглушенным светом, я обратил внимание, что атмосфера в этом месте совсем иная, тут полностью отсутствовал кислород, но было очень много оксирана, насколько я это знал, он был очень нестабилен и взрывоопасен и видимо поэтому тут отсутствует кислород. Помещение было круглым, и я сразу же понял, что это. Это была гробница или усыпальница, по периметру зала находились постаменты, на которых лежали очень хорошо сохранившиеся тела странных существ. Я не знаю, как они выглядели при жизни, но сейчас у них была практически белая кожа, очень маленькие ушные раковины и огромные глаза. Я не встречал такую расу нигде в Содружестве, даже когда изучал его ксеносостав. Существа явно мертвы, температура была минус два градуса по Цельсию, это и позволяло им сохраниться так хорошо. Волос на голове не было, глаза существ были закрыты, особое место занимал нос, его просто не было, вместо него с каждой стороны лица располагались какие-то дыхательные щели, прикрытые складками. Немного страшно, но в месте с тем они были по-своему красивы.

«Бор я никогда подобных существ вообще не видела», – прошептал Агата.

«Согласен, я тоже ничего подобного никогда не встречал», – подтвердил я.

Существа были полностью одеты в какие-то белые комбинезоны, никаких половых признаков заметить на них было невозможно, я решил просканировать их с помощью сферы поиска, однако, не увидел в них никаких признаков нейросетей или устройств. Они явно были когда-то живыми, кроме этих постаментов вокруг ничего не было.

Мы с Агатой медленно обходили их по очереди, все они лежали в одной и той же позе, руки скрещены в районе живота. Все, кроме одного, он был последним к которому мы подошли, я сразу заметил отличия между ними. Во-первых, этот даже внешне выглядел старше и как-то массивнее что-ли и положение рук у него было другим, как будто он в последний момент не смог сделать последнего движения.

«Бор, а этот выглядит по-другому», – прошептала Агата.

– Да, я уже заметил, он как будто старше. У меня такое ощущение, что он уложил их всех, а потом сам лёг, но не успел принять нужную позу.

– Пойдём отсюда, Бор, не будем беспокоить покой мёртвых.

– Ты права, Агата, пойдем.

«Спите с миром, неизвестные создания», – я протянул руку чтобы исправить то, что мне показалось неправильным, а именно, я хотел положить руку существа так, как они лежали у других тел.

Вопреки ожиданиям, сделать это оказалось несложно, но как только я скрестил руки у мертвеца, меня настиг ментальный удар огромной силы. Мир вокруг перестал существовать, я очутился в каком-то сером мареве, который напомнил мне обучающий транс мастер Бренратта.

Я осмотрелся по сторонам, но кроме клуб серого тумана ничего не было видно, пространство передо мной начало завихрятся и из тумана соткалась фигура этого странного гуманоида.

«Здравствуй, разумный», – произнёс низкий глубокий и очень приятный голос.

«Здравствуй», – машинально ответил я.

«Я не знаю кто ты, возможно, один из моих детей или один из тех, кого мы спрятали на Терре. Если ты смог найти наш последний приют, значит вы уже достаточно развились и можете путешествовать по мирам среди звезд. Знай, когда-то эта планета была нашим домом, и она была цветущим садом. Это было очень давно, но мы не сберегли наш дом и планета начала умирать. И тогда мы поняли, что нам надо измениться, и мы изменились, мы прошли трудный путь познания самих себя и смогли изменить форму нашего существования и перейти в энергетическую фазу. Мы научились многому, но оставили свой мир таким каким его сделали мы, как памятник нашей глупости. Многие из нас разлетелись по мирам и начали создавать жизнь во всём многообразии её проявлений. Возможно, ты еще услышишь о нас как о Сеятелях. Наш путь не был легок, были и враги, и разочарования, но мы сами выбрали его.

Я со своими друзьями решил дать жизнь соседней планете миллионы лет ушло на то, чтобы она стала цветущим садом, таким каким был когда-то и наш мир. Каждый из нас отвечал за что-то одно, для этих целей были созданы эти тела. Но время шло, и мои друзья уходили один за одним сделав то, что намеревались. Вселенная огромна у нее ещё столько мест, где мы могли бы зародить жизнь. Я продержался дольше всех, ведь я культивировал разумную жизнь на ней. Наверняка во Вселенной не так и много мест, где можно встретить столько разных обитателей, так отличающихся друг от друга как на Терре. Но вот настало и моё время и мне пора уйти, меня призвали. Я ухожу и полностью закрываю эту систему, пусть она останется в первозданном виде. Знайте, что вам дано покинуть её только одним способом, есть только один путь, всего одна эта червоточина, которую не так-то и просто найти. Но если вы смогли попасть сюда, значит вы сможете. Вы наверняка смогли пройти огромный путь, когда я покидал планету, у вас только-только зарождался язык, но я заложил в вас очень много непоседливости и стремления к постоянному развитию. Когда-нибудь вы будете способны вырваться за пределы этого пространства и сможете достойно заявить о себе во Вселенной. Я верю и надеюсь на это. Ты оказал мне последнюю почесть, и за это я преподнесу тебе дар. Дар, это ключ, ключ жизни, он сможет открыть запоры твоего разума, когда ты будешь к этому готов. Прощай, моё творение», – он протянул руку и коснулся длинным пальцем моего лба, от него пробежала небольшая искорка и он начал растворяться в пространстве, серыми клубами тумана уносясь далеко-далеко в неведомые дали.

Я пришёл в себя в том же положении, что и был, моя рука всё также держала руку гуманоида, хотя, какой это был гуманоид, я прикоснулся к легенде, самый древней тайне, о которой слагали легенды.

По всему Содружеству за артефактами этой расы пытались гоняться все коллекционеры. Я прикасался к Сеятелю.

«Что с тобой? О чём задумался?», – спросила Агата.

Я оторвал руку от тела: – «Всё нормально, просто странное место».

«Да, действительно, очень странное место. Лучше давай оставим его таким, какое оно есть, пойдём», – потащила меня она на выход.

– Пойдём, Агата.

Мы отправились в обратный путь, протиснулись через силовое поле и начали подниматься по лестнице. Спускаться было гораздо проще, мне уже надоело однообразие камня вокруг, когда наконец-то я увидел впереди слабый свет, мы вышли из комнаты и попали в развалины. Марсианский день клонился к закату, ничего себе мы погуляли.

Мы вернулись в бот и Агата села за управление, произведя стандартную проверку она начала взлёт, а я сидел и думал, каким раньше был этот мир, быть может, это был такой же цветущий сад, что же вы такого сделали со своим миром и какими вы были существами, вы могли создать любой мир, но предпочли оставить этот в таком виде. Как назидание самим себе. Как безгранична Вселенная и как много в ней тайн к котором хочется прикоснуться, но существует в ней Тайны, о которых знать нельзя, знания о которых опасны. О чём он говорил? Про какой ключ? Быть может это всё фантазия, хотя вряд ли. Я не чувствовал в себе ничего, никаких изменений не отразил после этого разговора. Хотя, когда я поставил Филу задачу на поиски подобных воспоминаний у меня в голове, он сказал, что две минуты пустоты в моих воспоминаниях он нашёл, но что я делал эти две минуты, он не знает. Всё это очень странно, странно и непонятно.

Мы вернулись на борт Ареса именно в тот момент, когда по кораблю прошел сигнал тревоги, в Солнечную систему заходили корабли.