ГЛАВА 7. КАТАСТРОФА

ИМПЕРИЯ АГРАФ. ПОГРАНИЧНАЯ СИСТЕМА ЦЕРЕС. ЛЕННАЯ ПЛАНЕТА СЕМЬИ ЛОРИНАЛЬ — МААЛОР. РЕЗИДЕНЦИЯ ЛОРДА ДИЖАРА ЛОРИНАЛЯ

Юная, по меркам долгоживущих аграфов, синеволосая девушка стояла в богато обставленном кабинете барона Лориналя и плакала. Она старалась не выпускать предательские слезинки из своих фиалкового цвета миндалевидных глаз. Но это сделать не получалось. Ее душила обида.

«Отец, я не хочу за него выходить! Я вообще замуж не хочу», — почти выкрикнула она барону. — Ты же можешь отказать, ну папааа!».

Барон Дижар Лориналь с грустью посмотрел на свою единственную дочь.

— Прости Агата, на этот раз, мой отказ не примут. Да и чего ты артачишься, сын графа Ноалля хорошая партия для тебя. Со временем станешь графиней. Я наводил справки, парень неплохой.

«Да плевать какой он там, ты что, не понимаешь, ему наплевать на меня, это политическое решение, если бы хотел, он бы мог прилететь и хотя бы познакомиться. Не держи меня за дурочку. Мне уже двадцать семь лет», — выпалила девушка.

Старый барон, разменявший уже пятую сотню лет, усмехнулся. А дочка на самом деле не глупа, все понимает. Понимал и он. Если сейчас он откажет правителю соседнего сектора в этом браке и не сможет уговорить дочь, могут быть последствия. Граф Ноалль слыл очень обидчивым и мстительным аграфом. А еще у него были обширные связи при дворе императора. И средства. Огромные средства. Уже несколько тысячелетий семья Ноалль владела корпорацией по производству искинов. Таких производств в империи было всего три и доход это приносило немалый. А самое главное это была власть. Барон понимал, что брак его дочери с одним из сыновей нужен графу не просто так. Агата осталась единственным наследником баронства. Старший сын погиб три года назад. Тут к оракулу идти не надо, зачем-то им понадобился выход на приграничье. Почему просто не обратиться к нему, барону. Но нет решили через канцелярию императора сработать. Пришло распоряжение. В связи с достижением 25-летнего возраста и отсутствием детей, направить баронессу Агату Лориналь на обучение и последующий «Гордаж» — почетную службу в течение 5 лет на благо империи. И вот теперь это предложение о браке. Теперь или отдать девочку на флот или под венец. Дижар десять лет назад уже потерял сына на точно таком же выполнении долга и не хотел лишиться еще и дочери.

«Отец, я лучше эти пять лет отслужу», — дрожащим голосом сказала девушка.

«Баронесса, — повысил он голос, — Я уже дал свое согласие, я не хочу ничего слышать, ты выйдешь за конта Ларго Ноалля».

Глаза девушки сузились и злобно блеснули, в тишине кабинета прошипел ее голос: — «Утробой для своих планов меня решил сделать, папочка. Замуж не пойду, я выбираю „Гордаж“. Заставлять ты меня не имеешь права. Раз тебе наплевать на свою дочь, хорошо, мне тоже будет наплевать на данное тобой слово. Когда-то ты мне тоже давал обещание, что я всегда буду хозяйкой своей судьбы. Что? Не помнишь? Могу логи скинуть. А конту скажешь, что в Имперской Академии еще есть полно места, и он может очаровать меня там. Всего хорошего, господин барон».

Агата развернулась и твердым шагом вышла из кабинета. Она до последнего надеялась, что отец поймет ее. Но этим надеждам не суждено было сбыться, подковерные интриги аристократов победили. Девушка почти бежала в свои апартаменты. Она вошла и сразу же начала отдавать распоряжения своей служанке синтетику. Девушка и киборг быстро собрали вещи и поспешили на летную площадку. На ней стояло несколько летательных аппаратов. Девушка выбрала свой подарок от матери на двадцатилетие, курьерский корабль 7 поколения тип Блэйд, небольшой, красивый и быстрый кораблик 35 метров длиной. Предназначенный для быстрой доставки грузов и пассажиров на средние расстояния. Девушка уселась на место пилота и запустила реакторы, проверила свой счет на наличие средств. Убедилась, что кредитов на дорогу хватит, она начала проверку систем перед вылетом. Ее служанка киборг заняла место в кресле оператора защитных систем и начала тестирование систем защиты.

Барон Дижар смотрел в окно, на свою дочь, спешащую к кораблю, — «Агата, Агата, упрямая девочка». Он отошел от окна и устало сел в кресло. Предстояло оповестить графа о разрыве помолвки. Он связался с секретарем графа и попросил связать его с графом. Ноалль молча выслушал барона о решении его дочери отправиться на службу империи. Он кивнул и отключился. С летной площадки медленно отрывался курьерский корабль.

«Госпожа, — обратилась к Агате синтетическая девушка, — Все системы работают в штатном режиме».

«Вижу, Селеста, — ответила юная аграфка, — как только покинем систему, принеси мне пожалуйста сок, а то в горле пересохло и давай без госпожи, мы не в поместье, включи режим компаньон».

«Хорошо, Агата», — ответил киборг слегка изменившимся голосом.

Корабль прорвал верхние слои атмосферы и окутался щитами, предстояло пройти радиоактивный пояс планеты. Как только он был пройден, щиты потускнели и перешли в штатный режим. Корабль ускорился и начал движение к границе системы. Через полчаса он встал на вектор разгона и начал увеличивать скорость для перехода в гипер. За двадцать секунд до открытия окна гиперперехода глаза киборга закрылись и включился режим трансляции. Мозг киборга отправил сигнал искину корабля. Искин получив сигнал, мгновенно ограничил доступ к управлению Агате и увеличил мощность энергии подаваемой на гиперпривод, он перевел практически весь потенциал реакторов, обмотка гипердвигателя не выдержала и начала разрушаться, однако резкий скачек потенциалов пространственных метрик привел к спонтанному открытия портала и корабль исчез во вспышке. В это момент по кораблю прошел сильный электромагнитный импульс, выжигая часть слабо экранированной электроники. Электронный мозг корабля, искин 7 поколения, повинуясь вложенным в него производителям командам, сам ввел код собственного самоуничтожения и сгорел, спекшись в обугленный комок.

Борт эсминца Беркут

Я упрямо продолжал тренировку. С третьей тренировки электронный садист начал повышать мои физические кондиции, он вооружил меня тяжелым учебным мечом и начал тренировки, могу сказать одно, такого мне в своей жизни испытывать еще не приходилось, стойки сменялись стойками, связки связками, пока я не выполнял предыдущее движение идеально подряд хотя бы двадцать раз, дальше обучение не двигалось. Постепенно я начал замечать, что мои движения стали четче и плавнее, мышцы начали превращаться в тугие жгуты, тяжелый учебный меч уже не казался таким уж неподъемным. Наш корабль, который мы общим собранием, в котором принимал участие и виконт, мы назвали Беркут, это я предложил, и рассказал, что это за птица. Название всем понравилось, и мы торжественно дали кораблю имя. Борн вел корабль небольшими прыжками, выбирая безопасные системы, три-четыре системы, потом смена курса и опять три, четыре, пять систем. Я усиленно занимался, меня полностью захватил процесс обучения, иногда мы устраивали учебные поединки с Миго, сначала очень скептически отнесшемуся к моему изучению аграфской базы. Но спустя неделю, он заметил внешние изменения моего тела и предложил спарринг. И проиграл. Опять, а потом снова и снова он пытался меня одолеть, но у него ничего не получалось и наконец-то он признал, что мой уровень выше. Он попросил меня в свободное время проводить с ним тренировки. Так и проходило мое время, восемь часов в капсуле, отдых, работа по ремонту и приведение в порядок корабля, тренировка с Миго, опять капсула. К слову сказать, нам с Борном не удалось вытащить ничего интересного с наручных искинов нападавших, и мы просто обнулили устройства для перепродажи. Также получилось собрать из двух трофейных скафандров один полностью комплектный, его отдали виконту. Он наотрез отказался забрать свой, который был на нем при нашей первой встрече. Так же я отремонтировал свой технический скаф, даже переставил с одного из трофейных до-базы для ремонтных дроидов, потому что эти подели маленьких трудяг не подходили к моему скафу. Да здравствует унификация и модульность конструкции.

После передачи скафа виконту, он спросил, почему я не одел его навороченный скаф. Я честно признался, что не понял как его можно активировать, а сейчас доступа в галонет нет, поэтому, он так и лежит в моей каюте. Миго кивнул, соглашаясь с моими доводами и предложил помощь. Мы пошли в мою каюту, и я достал сложенный скафандр.

«Это, — показал он на неприметную пластину с внутренней стороны, — модуль генетической привязки. Сюда, надо капнуть свой генетический материал и скафандр привяжется к тебе».

«Прямо магия крови», — хохотнул я.

— Ну магия, не магия, а работает. Таких скафандров очень мало, видимо где-то нашли схрон или корабль Древних, и пустили в продажу.

«Что за Древние?», — спрсил я удивленно.

«Космос велик, неужели ты думаешь, что мы все в нем знаем и изучили, попадается еще много всего неизведанного, археологи и поисковики рыщут повсюду в поисках артефактов и технологий. Думаешь мы сами нейросети изобрели, как бы не так. Говорят аграфы, где-то чего-то нашли и доработали. Так и с этим скафом. Мне его предлагали продать за 200000 кредитов. Я не согласился. Я его тогда отвязал от себя. В нем что-то типа собственного мини-искина есть, так что он сам следит за своим и твоим состоянием. Сам набирает кислород, когда есть такая возможность. Время нахождения в вакууме в нем до 28 часов. Конечно, нельзя использовать стандартные кислородные картриджи, это минус. Интегрированный шлем с тактической системой. Приличная защита от кинетики и энергетического оружия. Твой бластер, — он кивнул на мое бедро, — выдержит однозначно. Давай, активируй, потом прикладывай к груди. Вот так», — он показал мне как нужно приложить скафандр.

Я достал свой меч и порезал палец, мазнул по пластине и взяв сложенный скаф, как мне показал Миго приложил его к своей груди. Через несколько секунд на мней нейросети появилось сообщение.

Обнаружено неизвестное устройство. Активировать? Да, нет.

Конечно же да. Жму на кнопку выбора и скаф прилипает к моей груди, раскладывается, руки и ноги охватывает со всех сторон в течении четырех секунд полностью скрывает мое тело под собой. На нейросеть приходит сообщение с какими-то иероглифами. Я непонимающе посмотрел на виконта.

«Миго, он вроде оделся, а вот в сообщениях какая-то ерунда, язык не определяется», — сказал я.

«Странно, у меня такого не было, да и он должен гораздо дольше активироваться, его вроде как перепрошили, чтобы он работал с нашими сетями», — растерянно сказал виконт.

На нейросети появилась мигающая кнопка с буквой Б. нажал и увидел перед собой железного человечка с воронкой на голове.

— Борн, времени мало, делай так как я говорю, ты начал привязку скафандра ментоактивной расы Лигон. Он может высосать твое пси-ядро и будет очень плохо, следуй моим инструкциям.

— Фил, я не понимаю, что мне система пишет, какая-то китайская грамота.

— Сейчас начну перевод, выполняй все в точности.

Дровосек растворился и окно Борея стало полупрозрачным, видимо так Фил делал перевод, потому что я видел теперь вполне понятные мне буквы русского алфавита.

— Активировано устройство Панцирь — 10. Обнаружено повреждение программной оболочки. Произведен откат настроек системы до исходного состояния. Продолжить привязку устройства? Да, нет.

На полупрозрачном окне кнопка Да была обведена рамкой, и я понял, что так мне подсказывает Борей. Я нажал кнопку Да. В нескольких местах под скафандром я почувствовал легкие уколы.

— Внимание. Выберите вариант использования устройства: полное, частичное.

— Полное.

— Внимание. Низкий уровень ментоактивности, возможная некорректная привязка устройства. Выберите способ активации: стандартный, последовательный, ступенчатый.

— Ступенчатый.

— Внимание производится адаптация.

Поверхность скафандра, казалось, ожила, пластины бронезащиты начали двигаться, внешний вид начал меняться. Из ворота появился шлем и начал менять свой внешний вид. Несколько раз внешний вид менялся. Я видел отвисшую челюсть виконта. Он стоял и, казалось, забыл, как дышать. А начал чувствовать, что эти метаморфозы не проходят для меня бесследно. Самочувствие стало ухудшаться, начала кружиться голова. Наконец, изменения костюма прекратились и на внутренней поверхности шлема появилась уже понятная мне надпись.

— Закончена первая ступень активации. Внешний вид устройства, в соответствии с физическими показателями носителя сформирован. Желаете начать вторую ступень активации? Да, нет.

Нет уж, на сегодня хватит, тем более и Фил мне уже сигнализирует о критическом положении пси-ядра. Я убрал шлем и посмотрел на виконта.

«Все, работает», — сказал я ему, а то, что он еще будет как-то дальше настраиваться, ему знать не следует.

«Обалдеть, я когда одевал он так не делал, что произошло?», — зачастил Миго.

«Ты у меня спрашиваешь? Сам в шоке, может какие настройки слетели, не знаю, сначала система тупила, а потом заработала», — соврал я.

«Древняя штука, что тут скажешь, поздравляю Бор», — хлопнул меня парень по плечу и мы отправились по своим делам.

На следующий день Фил доложил, что возможно произвести еще одну ступень активации. Всего полная активация скафандра расы Лигон заняла у меня пять дней. Что уж он там в себе изменял, непонятно, но силы тянул из меня прилично. После каждого этапа мне приходилось ложиться спать или медитировать, восстанавливая стабильность пси-ядра. По докладу Фила это начало приносить свои плоды, и подобная раскачка положительно на него повлияла. А может быть это все-таки начал действовать препарат доктора Порка.

В тренировках со старым аграфом тоже наметился прогресс. Теперь настала очередь тренировочных схваток. Противники менялись, как по качеству, так и по количеству. Изобретательности этого длинноухого сэнсея можно было позавидовать. Однажды во время одной из тренировок свет вокруг меня померк и голос наставника предложил дальше учиться, так сказать, на ощупь. Я превратился в слух. Пытался отражать удары ориентируясь по шелесту воздуха. Сначала ничего не получалось, но в какой-то момент я начал чувствовать на другом уровне. Робко и несмело я учился осваивать это новое для меня чувство. Наконец старик снизошел до меня лично. Сколько он раз меня издевательски резал, не сосчитать. Но вот в первый раз он проиграл. Потом второй, потом, я стал выигрывать у него три схватки из пяти, потом четыре из пяти. Наконец изучение базы знаний было закончено. Мастер поклонился мне как равному, дал последние наставления, взял с меня обещание не заканчивать свое обучение. Учиться и тренироваться дальше. На моей нейросети появилось сообщение об окончании изучения базы знаний. Честно говоря, я с грустью простился со старым аграфом. Привык я к нему. Выйдя из капсулы, я переоделся и отправился в душ. Там я снял комбез и осмотрел себя. Все синяки и разрывы капилляров давно прошли, мое тело сильно изменилось мышцы стали рельефнее и суше, под кожей не осталось никаких жировых отложений, даже внешне мне кажется я стал выглядеть моложе, разгладились мелкие морщинки. Мне кажется, я стал размера на четыре тоньше. Я спокойно мог встать на мостик и обратно, сесть на шпагат и как заправская гимнастка поднять вертикально ногу. И при всем этом еще и вести бой клинком. С открытыми глазами и без них. Чувство опасности усилилось. Я стал невольно предугадывать действия своих товарищей. Я старался как можно дольше ходить в своём новом скафандре. Фил сказал, что он положительно влияет, вот я и носил. Миго насел на меня со всем своим аристократическим рвением, и мы каждый день тренировались. Видя, как я изменился, он пообещал, что как только появятся средства, то он тоже купит такую же базу, или даже пятого ранга. Разгребая свои вещи, я вспомнил, что мне еще дали как бонус две базы знаний. Найдя чипы, я вставил их по очереди в свой наручный искин. Я не захотел его поменять, хотя и была такая возможность. На первой пластинке была устаревшая база по кулинарии третьего ранга, ну, не самое полезное, но пойдет, много знаний не бывает. На второй пластинке была база знаний под названием конструирование 3 ранга, вот она была видимо настолько старая, что мне не попадалось таких названий раньше. Поставив кулинарию на закачку, я пошел к Борну, задав ему вопрос по базе конструирование, я услышал ответ, что да раньше были подобные базы, но потом их стали выпускать под названием инженер, объединив несколько схожих баз. Обновить ее было скорее всего невозможно, знания безнадежно устарели, но для общего развития, раз она есть в наличии почему бы и не изучить.

Базу кулинария я смог выучить в фоновом режиме за 23 часа. Следом настал черед конструирования. Но самый главный сюрприз преподнесла мне кулинария. Нет я не стал с ее помощью шеф-поваром. Она позволяла программировать пищевой синтезатор. О моя прелесть. Теперь то я смогу кушать свои любимые пельмешки. Спросив разрешение у Борна, я приступил к экспериментам. Для производства блюда надо было запрограммировать множество параметров, состав продуктов, способ приготовления, различные вариации готового блюда. Пол дня экспериментов, к которым я подключил Фила, без его помощи ничего бы не получилось. Наконец то я смог сделать то, к чему стремился. Передо мной стояла тарелка с пельменями, так же я смог сделать майонез, хотел сметану, но не получилось. Обрадованный своими достижениями, я решил сделать для своих товарищей праздничный ужин. Пригласил их в столовую и как только они пришли, презентовал им свое блюдо. Они сначала с опаской попробовали, но быстро вошли во вкус. Пельмени зашли на ура. Борн встал и попросил его подождать, он ненадолго вышел и вернулся с бутылкой планетарки в руках.

«Вот, — он торжественно водрузил бутылку на стол, — а то сидим как-то грустно».

Я с тоской посмотрел на бутылку и чуть не хлопнул себя по лбу от досады.

— Так мужики, стоять, бояться. Есть другое предложение. Ждите.

Я встал из-за стола и отправился в трюм, туда, где стояли наши старые жилые модули, найдя свой, я вытащил из него канистру со своим самодельным коньячком. Вернулся в столовую и бухнул на стол свою канистрочку.

«Вот, мужики, — торжественно провозгласил я, — попробуем ка что у меня получилось.

Я открыл крышку и принюхался, аромат был волшебным, я аккуратно плеснул в три пластиковых стаканчика на два пальца темно-коричневой жидкости.

Борн с Миго переглянулись и с опаской понюхали содержимое.

«И что это за пойло?», — спросил старик.

«Это коньяк, напиток с моей родины, еще перед отлетом приготовил, щас задегустирую», — я медленно отпил глоток.

Рот наполнился приятным древесным ароматом и в пищевод потек напиток богов. Я аж чуть не прослезился, как будто дома побывал. Видя, что ничего со мной не происходит, Борн залпом махнул свою порцию и чуть с непривычки не задохнулся, в моем коньячке было градусов 55 не меньше.

Вытерев выступившую слезу, он улыбнулся счастливой улыбкой и сказал: — «Клянусь великой бездной, это лучшее, что мне доводилось пить на своем веку, наливай салага».

Миго тоже попробовал коньяк и чуть не поперхнулся. Однако оценил. И сказал, что нечто подобное все-таки можно приобрести, какой-то аграфский элексир. Я вспомнил старика и предложил выпить за науку, и понеслось, за пару часов посиделок мы ополовинили канистру, на ногах, вернее на бровях остались только мы с Борном, Миго вырубился еще час назад. Слабоват оказался парень. Ну а мы душевно посидели, пообщались за жизнь. Тут и выяснилось, что не всегда Борн был таким уж законопослушным, да, он когда-то был простым абордажником, потом его списали по ранению, а вот потом судьба свела его с пиратами, пришлось ему и этим какое-то время промышлять, зарабатывая, так сказать, начальный капитал. Пельмени как закуска надоели, и Борн заказал в синтезаторе что-то похожее на колбаски, тоже зашло. Захотелось петь, и я затянул песню из мультика про волка на украинском языке. Она всегда мне нравилась. Старик слов не знал, но тоже пытался подпевать. Потом я запел черного ворона. Не ну классика для посиделок же. Потом Борн затянул что-то про абордаж жирного торговца. Короче нам было весело. В самый разгар нашего веселья, внезапно раздался голос искина.

Внимание, тревога, нестабильность напряженности гиперполя. Внимание, тревога, нестабильность напряженности гиперполя. Запускаю процедуру экстренного выхода в обычное пространство.

Борн вскочил, пошатнулся и хлопнул себя по автоматической аптечке запуская процедуру очистки от токсинов. Я сделал точно так же и стремительно трезвея, но все еще на нетвердых ногах мы поспешили в рубку. Добравшись туда, мы упали в кресла и были к ним тут же пристегнуты. Искин доложил, что скоро метрика гиперпространства прорвется и мы вывалимся из гипера. Так как процедура нештатная, где и как это произойдет предсказать невозможно. Потянулись секунды тревожного ожидания. Искин постоянно докладывал о выходе из строя той или иной системы, он отправлял техдроидов на ремонт, но поломок было очень много. Наконец корпус корабля содрогнулся, на обзорном экране проявился обычный космос, хотя ни хрена он не обычный, мы вывалились в каком-то мусорном облаке, искин начал манёвры экстренного уклонения и пытался гасить скорость используя маневровые двигатели и реверс. Поставив щиты на максимум, мы затряслись от тяжелых ударов. Через десять секунд щиты просели до нуля и слетели. Но и наша скорость сильно снизилась и получалось немного маневрировать, спасало то, что наш эсминец изначально проектировался как маневренный и шустрый кораблик. Наконец мы застопорили ход. С датчиков на корпусе стала поступать информация на обзорные экраны. Вокруг нас было кладбище кораблей, огромное. Оно по большей части было стабильным, только в двух местах наблюдалось возмущение. От нашего движения и еще от одного объекта. Он тормозил относительно недалеко от нас, постоянно сталкиваясь с обломками.

Я посмотрел на старого мастера: — «Ну и что это за херня такая, Борн?».