Глава 20

– За долги забрали, – меланхолично-кратко констатировал Фархат и покосился на Лилю с подозрением. Девушка лишь передернула плечами. Ну да, про долги у нее напрочь из головы вылетело. Вот про налоги хорошо закрепилось, как и про то, что все здесь за деньги, даже документы. Прежде чем поселиться в Динвишвуде, молодым самоцветам надо было умудриться где-то подзаработать. Причем это Мерук – одиночка, а что делать, когда пытается легализоваться семья из пяти или восьми кристаллов?! – У вас же черный рынок труда должен прямо цвести и пахнуть, где нелегалы работают? – вслед своим размышлениям уточнила Лиля. – Официально ничего подобного у нас нет, – ухмыльнулся Мерук, мельком посмотрев на возмущенного Фархата. Сразу было видно, что тот зарабатывал на документы исключительно честными способами. Лиля даже заподозрила, что с деньгами братьям помогла Фрина. Не зря же Брина назвала Фархата ее бывшим любовником? Наверняка был повод… Мало ли, запала одна из первых красавиц Динвишвуда на упрямого наивного богатыря. Противоположности притягиваются? В фоновом режиме у Лилии промелькнул до сих пор неудовлетворенный интерес: а как именно выстраиваются отношения фригидных самоцветок с чуть менее фригидными самоцветами?! Там же сплошной БДСМ должен быть… Но сейчас было не до фривольных фантазий. Компания как раз перешагнула за черту, обозначенную дорожным указателем как граница города: «Дивтон». Сначала ничего не изменилось. Все та же дорога, те же пролетающие мимо тарелки, но вскоре появилось четкое разделение проезжей и пешеходной части, как на Земле. А потом с двух сторон от дороги выросли дома: банки, офисы, торговые центры, заправочные станции для дивлаеров (так назывались летающие тарелки), художественная галерея, книжный магазин, кинотеатр… У Лилии глаза буквально разбегались от изобилия развлечений, о которых она даже не подозревала. – Дизайном одежды и киноиндустрией у нас занимается высшая элита: агаты, изумруды, рубины. Это мир идеальной красоты. Творцы, модели, артисты и любовники. Топазы, сардоникс, бирюза, кораллы, чароит, перламутр – это тоже мир искусства: поэты, художники, скульпторы, архитекторы… – понаблюдав за госпожой, Мерук решил провести небольшой экскурс по кланам. – Конечно, среди элиты тоже встречаются художники и поэты, но никому даже в голову не придет сравнивать картины великого Леонио из клана алмазов и Орека из топазов. Это совершенно разный уровень. Хотя, если честно, – тут Мерук лукаво улыбнулся, и в его зеленовато-желтых глазах засветились хитрые искорки, – картины Орека мне всегда нравились больше. Лиля понимающе улыбнулась. У себя на Земле она тоже с опаской относилась к высокому искусству, предпочитая что-то попроще. Тем более алмазы – это же изначальные, им можно и черные квадраты рисовать. Все равно остальным полагается восхищаться. – Ну вот мы и пришли. – Мерук остановился возле внушительного пятиэтажного здания. – Тут департаменты нескольких кланов: нефритов, янтаря, жемчуга, обсидиана, цитринов… Это звездолетчики, мореплаватели, военные, полиция. – А, то есть вас еще как-то группируют, – понимающе кивнула Лиля и тут же махнула рукой на здание напротив, выглядящее гораздо изящнее и не так массивно, как то, возле которого они стояли. – Гуманитарии? – Эм, – споткнулся об непонятное слово Мерук. – Там селениты, пириты, кобальты, родониты… Юристы, банкиры, ученые. Они? – Не совсем. Значит, не угадала. – Хмыкнув, девушка огляделась, выискивая, где можно присесть. – Давай, регистрируйся поскорее, а я пока посмотрю, что у вас там идет в кинотеатре. Может, на выставку загляну, по пути реклама висела какого-то художника. – Не уверен, что мы можем себе позволить подобные траты, – тут же влез со своим ворчанием Фархат. Освобождение от бремени повлияло на его отношение к Лилии, но на характере почти не отразилось. – Жаль, – почти сразу смирилась девушка, хотя сходить в кинотеатр ей очень хотелось. Интересно же, что за фильмы смотрят самоцветы! – Тогда мы посидим на лавочке, у клумб. Усевшись на скамейку, Лиля откинулась на спинку, положила одну руку на подлокотник и нервно зевнула. Если сильно не заострять внимание, то можно было представить, что она где-то в маленьком скверике на Земле. Деревца немного инопланетные, но для жителя севера деревья юга тоже непривычные. Так что, может, она где-то… в Африке, например! Ну или в Китае… А вон то деревце напротив очень похоже на сакуру, так что, может, она в Японии?! Рядом симпатичный молчаливый богатырь, почему-то излучающий всем своим видом осуждение. Но в этот раз не в сторону своей госпожи, а на проходящих мимо кристаллов. – Фрина в город что, не ездила? – не сдержавшись, с сарказмом поинтересовалась Лиля. – Ездила, – недовольно буркнул самоцвет. – За одеждой, за косметикой всякой. Развлекались тут с подругами. Один раз за картину выложила половину годового налога на женскую форму! – Кстати, а где та картина? – тут же хозяйственно заинтересовалась Лилия. – Ее же можно продать… – Висит где-то в доме, – Фархат пренебрежительно пожал плечами, и девушка с трудом удержалась, чтобы не залепить ему подзатыльник. Себя с братьями он в качестве объектов продажи посчитал, жертвенный барашек, а такую мелочь, как картина, почему-то упустил. Надо будет пройтись с Меруком по дому… по домам, точно! У Триллы же тоже наверняка какие-то объекты искусства дорогостоящие завалялись. – О, смотрите, госпожа, преступника ведут! И точно, по дороге маршировали три высоких, плечистых самоцвета в темно-коричневой форме и фуражках, почти как у американских полицейских. У двоих кожа была кислотно-желтого цвета, у третьего – золотисто-медовая, аппетитная. Именно третий нес в руках тяжелый черный камень. Лиля, конечно, в геммологии разбиралась очень смутно, поэтому с ходу определить клан преступника не смогла. В человеческой форме, зажатой между тремя желтыми сотрудниками правопорядка, это был смуглокожий черноволосый и черноглазый парень. Возможно, маньяк или грабитель, кто знает. Процессия уже прошла мимо, когда к скамейке, на которой сидела девушка, подбежал Мерук и махнул рукой в сторону заключенного и его конвоя: – Госпожа, можно вас попросить выяснить… – Лиля с удивлением посмотрела на заметно взволнованного кристалла. – Конечно, это могу сделать я, но будет подозрительно. Молодые самоцветы стараются держаться подальше от цитринов. – Можно подумать, госпожи кланов часто к ним пристают, – неодобрительно хмыкнул Фархат, но на этом решил остановиться, вместо того чтобы ворчать дальше. – Госпожи постоянно в поиске новых ощущений, так что красивый обсидиан вполне мог вас заинтересовать. Это небольшой клан, экзотика… Обычно они с гномами живут. – Ага, – рассеянно кивнула Лилия, морально готовясь к разговору с местной полицией. – Простите, а можно узнать, что именно совершил этот кристалл? – выпалила она, как только догнала процессию. Для этого ей пришлось поторопиться и даже немного пробежаться. – Пытался помешать охоте на крупных хищников, госпожа, – с поклоном уведомил ее медовый самоцвет. Цитрин. – Оказал сопротивление при аресте. – И что ему за это грозит? – Лиля натянула на лицо маску циничной стервы и принялась внимательно изучать смуглого красавца, чертами лица больше всего напоминающего классического испанца с ее планеты: тонкий хищный профиль, длинный, чуть загнутый в кончике нос, плотно сжатые в презрительной ухмылке губы. – Штраф, госпожа. Но так как он его, скорее всего, не выплатит, то вечный стазис или вообще развоплощение. Зависит от решения обвинителя. – А-а-а… – Лиля обернулась, выискивая взглядом Мерука, чтобы понять, как действовать дальше. Он тут же возник рядом, с почтением поклонился и забубнил: – Госпожа, простите, что заставил вас скучать. Ваше приказание выполнено. Позвольте, я отведу вас к вашему дивлаеру, – и, продолжая беспрестанно кланяться, потянул девушку за собой. При этом умудрившись еле слышно прошептать: – Спросите размер штрафа… – Да отстань ты! Надоел. Мне скучно и когда тебя нет, и когда ты здесь! – Слегка оттолкнув Мерука, Лиля снова обернулась к цитринам, к счастью не успевшим далеко отойти. – А за сколько вы готовы мне продать это… этого преступника? – Мы не торгуем свободными кристаллами, – тут же насупился медовый полицейский, и Лиля мысленно залепила себе щелбан за самодеятельность, – но штраф за все его нарушения будет… – Мужчина закатил глаза и принялся что-то подсчитывать, а потом выдал ощутимую сумму, от которой даже Мерук выразительно охнул, намекая, что пора закругляться. Но Лилию уже охватил спортивный азарт и скрутило от любопытства. Да, деньги для них сейчас были важнее всего, однако и кристаллы, защищающие крупных хищных животных, а такими в этом мире были лишь драконы, тоже не помешают. Демонстративно протянув руку, ладонью вверх, девушка дождалась, когда появившийся Фархат, скрипя зубами, отсчитает ей нужную сумму, и протянула ее полицейскому. Тот, пересчитав, передал Лиле камень и расписку, что штраф выплачен и у закона претензий к Ормиду, кристаллу из клана Обсидианов, нет. – Хорошо, что мы собирались еще и в банк зайти, – довольно улыбнулась девушка. – Плохо, – недовольно буркнул Фархат. – Зачем нам буйный чужак? У нас уже есть один. – Где один, там и два, – ухмыльнулась Лилия, закусив губу и вдумчиво изучая гордого «испанца». – Ладно, ты его хотел, так что забирай. Но сначала объясни, зачем он тебе? – Налюбовавшись, Лилия перевела взгляд на подозрительно притихшего Мерука.