Глава 37

При слове «замок» Лиле представлялось высоченное сооружение готического типа, с башнями, флигелями и флагами. Чтобы ветер свистел из щелей в окнах, а по полутемным коридорам, освещаемым только факелами, маршировали рыцари в латах и бегали слуги с подносами, заставленными блюдами с едой и кружками с пивом. Ну, по крайней мере с башнями, она угадала. Целых четыре, этажей в пять каждая, они образовывали прямоугольник, соединенный проходными зданиями, заметно пониже. И практически отдельное строение в центре – такое же высокое, как башни, с заостренной крышей. – А что-то поменьше у вас есть? – с тоской оглядев этот ужас, поинтересовалась Лиля. – Мне в таком будет очень неуютно. – Хм, – Генриетта задумалась и вроде бы принялась совещаться с кем-то мысленно. Лилии даже показалось, что она слышит посторонние голоса прямо у себя в голове. Но разобрать, о чем идет разговор, не удалось. – Действительно, есть чудесный вариант. И, создав портал, изначальная перенесла всех к зданию, очень похожему на сундукоподобные дома самоцветок, но с четырьмя высоченными башнями по углам. – Оно немного заброшенное, но как только ты в нем поселишься – сразу оживет. – Опять строить кухню, беседку, мангальный дворик… – Нибул решил временно возложить на себя обязанности Фархата и принялся недовольно ворчать. – Но этот вариант получше предыдущего. Берем? – Строителей я вам выделю, – пообещала Генриетта. – Или можешь позвать своих… Если, конечно, их новая госпожа не будет против, – и задорно хихикнула. – Кстати, – решила Лиля воспользоваться случаем и уточнить один интересный момент. – Ты же в курсе про аварию и потерю звездолета? – Смутно. Но подозреваю, все дело в точке приземления. Ею ведь была Земля, верно? – Да. Лиля ощутила, как внутри нее что-то сжалось, сдавив грудь и мешая дышать. Мерук и Нибул тоже напряглись. Лишь Нагока смотрел на всех растерянно-недоумевающим взглядом. – Мы специально встраиваем в звездолеты запрет высаживаться на эту планету, и если кто-то не понимает намеков – происходят аварии. Нам не нужна оккупация Земли самоцветами, ведь это наша родина. – Ясно… То есть моя мечта, добыть звездолет и вернуться на нем домой, неосуществима? Лиля очень старалась не расплакаться, к тому же теперь у нее появились новые возможности для возвращения. Просто внезапно накатила дикая усталость: и из-за большого количества потрясений сегодня, и из-за постоянного давящего напряжения последних месяцев. Да, она втянулась в новую жизнь, привыкла, но где-то глубоко внутри все равно постоянно нервничала. И вот внезапно выясняется, что цель, к которой она упорно шла столько времени, оказывается – мираж. – Звездолетом – нет. Но мы умеем ненадолго возвращаться на Землю, когда становится совсем грустно. Я научу тебя и твоего дракона. – А почему вы разоряете колонии? – Решив прояснить сразу все, Лиля даже позабыла о вежливости. Но тут же попыталась исправиться: – В смысле, зачем вы… – Почему мы не хотим разлететься из Динвишвуда по другим планетам и притормозить рост колоний? Это сложный вопрос. Наверное, потому что нам здесь нравится. – Генриетта усмехнулась. – И, кстати, те из нас, кто против уничтожения не осознавших себя самоцветов, тоже никуда не улетают. Наверное, хотят, чтобы улетели мы. А они бы остались, хорошие такие, за счет плохих нас… Лиля неожиданно вспомнила, что как раз от одной такой «хорошей» ее спасла именно «плохая» Генриетта, и примиряюще улыбнулась: – Все. Я поняла. Мне тяжело переехать из одного дома в другой, а тут с планеты на планету. Но мысленно пообещала себе придумать какой-то более удачный способ решения проблемы с перенаселением Динвишвуда. Сделать циклы бодрствования и стазиса, сотня через две, например. В конце концов, то, что происходит сейчас, тоже не слишком-то правильно. Большая часть самоцветов находится в постоянном стазисе и передается, как ящик с сокровищами, от госпожи к госпоже. – То есть этот замок тебя устраивает? – Генриетта, выплеснув свое недовольство, успокоилась и снова перешла к насущным нуждам. – Да. Этот отличный. Спасибо! – Лиля осуждающе покосилась на продолжающего кривить недовольные рожицы Нибула, вздохнула и очень выразительно посмотрела на изначальную: – За все спасибо. И извини за мою… нашу бестактность. Это от нервов. – Понимаю. Ты еще неплохо держишься. Я в первое время истерила по поводу и без. – Одобрительно хмыкнув, Генриетта продолжила экскурсию. – Вот там лес, там река, тут можешь устроить огород. Если что-то или кто-то потребуется, обращайся. Или можешь прислать своего дракона. Ты же вернула ему крылья? – Да, – почему-то смутилась Лиля. – Я разрешила ему обращаться в дракона… – и тут же заволновалась: – Его же никто не привяжет во второй, свободной ипостаси? – Нет, двойной привязки не бывает. Иначе бы одна наша общая знакомая быстренько привязала к себе моего дракона. А не играла бы в порядочную. – Похоже, она тебя очень достала. – Лилия сочувственно улыбнулась. – Хорошо, что я дала тебе повод от нее избавиться… – Кажется, я знаю, у кого учился наглости тот забавный самоцвет, – рассмеялась Генриетта. – Я-то подумала, что у Мерука плохого понабрался. Но нет, он перенимал твой опыт. Ладно, обживайтесь! Умельцев по порталам у тебя хватает. Не пропадешь. А общее знакомство устроим… дней через десять?