Глава 14

Утро началось с прохладного ветра, касавшегося щеки, запаха кофе и шелеста страниц где-то над головой. На волосы легла чья-то рука и нежно погладила, потом осторожно коснулась щеки, и я со вздохом неосознанно потянулась за лаской. Раздался тихий смешок и голос:

— Доброе утро, солнце.

Понимание, что я кого-то обнимаю, наступило очень быстро.

Открыла глаза и уткнулась взглядом в смуглую кожу мужского живота, на котором очень красиво и рельефно выделялись кубики пресса. Тонкие волоски от пупка убегали вниз, загадочно скрываясь под одеялом, что наводило меня на самые… мм-м, просто на мысли.

Немного погодя настигло осознание, что Кик все же не только в белье, но и в мягких штанах. Правда, оптимизма эта деталь все равно не внушала.

Утро… оно такое… трезвое, чтоб вас! Вернее, отрезвляющее.

— Д-д-доброе, — вежливо откликнулась, быстро убирая руки с Феликсова тела. Так, ноги тоже не забыть, хотя им там и удобно.

Села и затравленно огляделась, не зная, как себя вести в такой ситуации. И где вся вчерашняя бравада? Хотела? Пришел!

Судя по всему, он, как и я, решил перевести отношения на иную ступень. К тому же теперь мне было известно о маленькой хитрости риалана. Значит, сбегать до того, как я проснусь, не имело смысла.

— Кофе? — Перед носом появилась небольшая чашка, в которую я радостно вцепилась.

Вот пока можно занять себя этим.

Только бы моя невезучесть не проснулась, потому что опрокинуть на себя горячий напиток не хочется.

— Ю-у-у-уль, — рассмеялся Кик, — посмотри на меня.

Подняла взор на Феликса. Он с затаенной иронией в голубых глазах посмотрел на меня и отложил бумаги, которые изучал до моего пробуждения, на прикроватную тумбочку. Туда же поставил свою чашку, переместился ближе ко мне и, поцеловав в щеку, проговорил:

— Не пугайся и выслушай, хорошо? — Я судорожно кивнула и опять покраснела под его понимающим взглядом. Взгляд скользнул ниже, дошел до выреза на сорочке и стал заинтересованным. — Так, о чем это я?..

— О чем-то важном!

— Несомненно! — все еще не отрывая глаз от наполовину прикрытой груди, кивнул риалан, но сделал над собой усилие и снова посмотрел на меня. — Так вот… я подумал над тем, что ты говорила. Мои шаги навстречу — никакого секса до отъезда Мины или до того, как спадут лалы. К сожалению, что случится первым, я не знаю. Твой ответный шаг — мы пара, и ты моя невеста. Ну и… спим вместе, и ты меня не отталкиваешь. — Увидев мое шокированное лицо, Кик поспешно добавил: — Напоминаю, секса не будет. Все как ты хотела. И маленький бонус для тебя: если ты просишь три раза, я останавливаюсь…

Я сидела, аккуратно отпивала кофе и думала. Впрочем, обдумывать особо было нечего.

— Согласна. — Чего стоило не смущаться в такой момент, не знал никто! — Но ты уделяешь мне больше времени. Прогулки, приятности, совместные вечера и прочее. Также хотелось бы быть хоть немного в курсе твоих дел. Не хочу, чтобы на вопрос, как прошел день, ты отшучивался или менял тему, как раньше.

— Хорошо, — так же спокойно ответил Ла-Шавоир. — Но предупреждаю сразу: некоторые вещи рассказывать просто не имею права.

— Понимаю. — Я робко улыбнулась в ответ.

— Вот и замечательно. — Он снова оказался как-то совсем близко и тихо попросил: — Может, ты все же поцелуешь меня сама? Еще разок… А то я себя всегда едва ли не маньяком чувствую.

Я залилась краской, но потянулась навстречу, осторожно касаясь его губ.

Поцелуй был очень нежным, медленным и… изучающим. Он не был похож на вчерашние и не пробуждал обжигающий жар, но почему-то приносил в душу трепет и тихую радость.

Кик отстранился первым, потерся носом о мой и лукаво прищурил глаза:

— Совместные вечера и приятности, говоришь… — мечтательно промурлыкал Феликс. — Будут.

Что именно из перечисленного будет, я уточнить не успела, потому как болотный интриган плавно поднялся с постели и с коротким стоном удовольствия потянулся. Мне сразу стало не до вопросов, ибо вид Феликса в одних свободных штанах мало того что был непривычным, так еще и волновал!

Неимоверно довольный кикимор легкой походкой направился к двери, подхватил по дороге со спинки стула аккуратно сложенные вещи и, уже взявшись за ручку, обернулся:

— Спускайся завтракать, Юль.

Завтрак прошел уютно и очень по-домашнему, хотя и был недолгим.

Правда, мои чаяния, что проклятие нуэ ослабело, почти сразу развеялось. Когда я слишком резко развернулась и вывернула на себя остатки омлета. Пришлось идти и переодевать юбку.

Потом Феликс отвез меня в резиденцию и смылся в неизвестном направлении, предупредив, что на обед проводить не сможет, так как вынужден уехать из Изумрудного и вернется только вечером сразу домой.

Рабочий кабинет встретил меня тишиной и умиротворением. Прием должен был начаться только через час, поэтому я решила немного посидеть, подумать и дочертить ту схему комплексного подхода, которую начала составлять вчера. В записях оно, к сожалению, выглядело мешаниной фраз, а вот в таблице смотрелось строго, красиво и гармонично. Даже сама собой гордиться начинала.

Но для начала надо бы показать это дело Кику и Лелю. Да, как ни странно, именно Лельеру. И вообще, они тут на мне паразитируют почти, ближний круг им подавай, а мне нельзя?

Так, я снова обложилась умными книжками и продолжила работать, время от времени согласуя методы воздействия с тем, насколько они допустимы в работе с конкретной расой.

Феликс, Феликс… Жених! Подвид: жабообразный! Жабних, вот он кто!

Кстати, а как «гениально» он мне предложение сделал? Где цветы, где кольца, где вставание на одно колено и красивая речь о том, какая я замечательная и что без меня ему не жить?!

Блин, что-то я быстро утром согласилась…

Пострадать дальше и построить план «жуткой» мести я хоть и планировала, но не успела. Начался рабочий день.

Значит: «Улыбаемся и машем, Юля! Улыбаемся и машем!»

Обед наступил подозрительно быстро. Я посидела, задумчиво сжевала завалявшееся в сумке яблоко и решила, что не особо голодная. Стало быть, продолжу учиться.

На столе снова расположились книги, листы, тетрадки, забракованная версия плана и чистый листик для нового.

Мне даже удалось начать, но тут открылась дверь и знакомый ироничный голос протянул:

— Так и знал, что на обед ты не пойдешь.

Со вздохом подняла глаза на застывшего на пороге Мастера и поведала:

— Я скушала яблоко! Мы, девушки, как птички, нам много не надо.

— Хорошо соображать тебе тоже не надо? — Айлар вскинул черную бровь и, закрыв за собой дверь, скользящим шагом обошел стол и остановился за моим плечом. — Что у нас тут?

— Работа. — Машинально прикрыла записи ладонью.

— Как скажешь, — не стал настаивать Смерть, но подцепил меня за локоть и почти что вытащил из кресла. — Пошли, меня просили проследить, чтобы некоторые идейные барышни не морили себя голодом ради великих целей.

Я тоскливо посмотрела на бумажки, потом не менее печально в красные глаза этого трудно классифицируемого создания и со вздохом встала.

Кстати, про расу.

— Айлар, а ты вообще кто? — глубокомысленно вопросила, принимая серую когтистую руку. Заинтересовавшись, слегка колупнула кожу и поняла, что она не только немного плотнее человеческой, но и более эластична.

— В смысле? — ошеломленно поинтересовался Смерть, аккуратно отбирая у меня объект для изучения.

— Какая раса?

— Секрет, — невозмутимо откликнулся красноглазый. — Но я уникальный и практически реликтовый. Гибрид, можно сказать.

— А кого? — Жажда знаний, так не вовремя проснувшаяся, ни в какую не желала снова засыпать.

— Секрет.

Мы вышли из кабинета, и я закрыла дверь. Игриво подкинула на ладони маленький ажурный ключик из латуни, положила в боковой карман сумочки, и мы прогулочным шагом двинулись дальше по коридору.

— Ну все же?

— Много будешь знать — ничего хорошего не случится, — ровно ответил Мастер, отпуская меня, чтобы первым сбежать по крутым ступенькам. Странно, в который раз замечаю такой маневр именно на этой лестнице. — Юль, за все надо платить, а цена знания, как правило, спокойная жизнь. А твоя спокойствием не особо отличается… Вывод: тебе оно надо?

— Не надо, — вздохнула я и вложила ладонь в протянутую руку. Айлар поддержал меня на последних ступеньках и снова отпустил.

Заметив мой вопросительно-недоуменный взгляд, пояснил:

— Для дам это едва ли не самая опасная лестница. С нее весьма часто падают, поэтому предпочитаю перестраховаться, а не ловить тебя уже в полете.

— Понятно…

К сожалению, на этом удача решила сбегать к кому-нибудь другому, а мое невезение вновь выползло во всей своей красе. Подвернулась нога, и, потеряв равновесие, я вцепилась в первое, что подвернулось под руку. Притом мое подсознание, видимо, решило, что пусть лучше это будет плотная гардина, чем Мастер Смерти. Ткань треснула, наверху что-то зловеще заскрежетало, а потом меня дернули за запястье и прижали к темно-красной ткани плаща. За спиной что-то с шумом рухнуло на мраморный пол. Я отстранилась от Айлара и с содроганием обернулась, заметив на том месте, где я недавно стояла, массивный карниз.

— М-да… — протянул брюнет. — Когда там у тебя второй сеанс очистки ауры?

— Неделя… — тоскливо протянула я. — Даже больше.

— Ничего! — преувеличенно бодро ответил Мастер. — Я верю, что все будет хорошо…

— А если не будет?!

— То у нас замечательные целители!

— Спасибо, — едко поблагодарила я и заозиралась. — Надо кому-то сказать о произошедшем…

— Сейчас по пути кого-нибудь из слуг увидим и скажем. И пойдем скорее, нас, наверное, заждались уже.

В обеденном кабинете сидел только Лель. Очень-очень грустный Лель, который болтал ложечкой в чае и, судя по всему, с энтузиазмом предавался унынию.

Мы вошли. Шут поднял на нас тоскливые синие глаза и объявил «удивительную» новость:

— Меня тут не любят!

— Не припомню, чтобы тебя когда-либо заверяли в обратном, — «тактично» поведал ему Смерть, отодвигая для меня стул.

— Злые и бессердечные создания, — вздохнул Хинсар, снова возведя к потолку небесные очи.

— А с каких это пор тебя данный факт расстраивает? — осторожно спросила я, беря салфетку и раскладывая ее на коленях. — Насколько знаю, ты никогда не обольщался на сей счет. И, более того, прилагаешь все усилия, чтобы ситуация не менялась.

— Ну да, — откровенно признался придворный дурак. — Но это не мешает мне периодически страдать от непонимания и невнимания! Собственно, проблему с вниманием можно исправить… — Лель мечтательно-пакостно улыбнулся. — Насколько я знаю, Шадир сегодня собирался предпринять еще одну попытку по охмурению нашей очаровательной змейки! Я должен это видеть! И участвовать…

— Нужен тебе этот казначей? — риторически спросил красноглазый, присаживаясь рядом, и передал мне меню из стопки с дальнего края стола. — Если бы не был уверен в твоей исключительно гетеросексуальной натуре, то заподозрил бы худшее!

— Ты развращенная личность с больным воображением! — припечатал шут, оскорбленно взглянув на Мастера. — А может быть, я тайно влюблен в Ришку, и мне не дает покоя то, что у нее появится мужчина?!

— Возможно, — немного подумав, кивнул Айлар. — Это объяснило бы, почему ты постоянно к ней вваливаешься невесть в каком виде. Или когда она невесть в каком виде… Но, видишь ли, в пользу моей версии тоже есть аргументы!

Я переводила взгляд с одного на другого и прикусывала губу, чтобы не фыркать от смеха. Ехидный Смерть — зрелище редкое. Обычно он на провокации музыканта не поддается.

— Итак, — откинулся на спинку стула Айлар. — Признак первый…

— А может, не при Юле? — тоскливо взглянул на меня Лельер. — А то мне тоже есть что тебе припомнить. Правда, это лучше бы при Насте…

Смерть вздохнул, смерил шута неодобрительным взглядом и открыл свое меню.

Я, скрывая улыбку, последовала его примеру.

Все же отношения Анастасии и Айлара весьма интересны. Сплошные загадки.

Но о чем же таком говорил Лель? Да и Кик тоже прибегал к аналогичному шантажу… Есть что-то, о чем Насте знать нежелательно. Иначе немногие достижения красноглазого пойдут прахом, чего ему явно не хочется.

— Юля, ты определилась? — отвлек меня от размышлений Лельер.

— Да, — улыбнулась я в ответ и, передав ему меню, перечислила, что бы хотела. Лельер адресовал аналогичный вопрос Мастеру Тису, потом записал наши пожелания на странной табличке с номером шесть. Как мне объяснял Феликс, аналогичная висела на кухне, и на ней отображалось все, что начертано на кабинетной. Очень удобно!

Готовили тут быстро, но это время все равно хотелось бы заняться чем-нибудь полезным, потому я, немного подумав, спросила у красноглазого:

— Айлар, не знаю, насколько уместно мое любопытство в этой сфере, но все же…

— Ты меня не на шутку интригуешь. — Тис тихо рассмеялся и, развернувшись ко мне, наклонил голову. — Спрашивай, а там посмотрим.

По одному у меня не получилось, выпалила сразу весь список вопросов, не дававших покоя:

— Феликс вчера сказал, что вам Гудвин веселую жизнь устроил. По поводу? И еще что-нибудь прояснилось по нашей загадочной «болезни»? И зачем приехали Морриган и Алзар, у них же сегодня был разговор с правителем, чем все закончилось?

— О-о-о-о, — протянул Лель, с иронией глядя на меня. — Какие у тебя вопросы…

— Да, вопросы интересные. — Смерть спрятал улыбку. — Впрочем. — Он задумчиво оглядел меня и отсалютовал бокалом, сопроводив это комплиментом: — Какая девушка, такие и вопросы.

Я даже покраснела от неожиданности. Если Лель расточал как приятности, так и гадости с естественностью дыхания, то от Мастера такое услышать — нонсенс.

— Ну, так что? — дабы избавиться от неловкости, требовательно посмотрела на мужчин. Лельер же, наверное, тоже в курсе, ведь он фаворит правителя, то есть — его ближний круг.

А я — их круг, так что пусть делятся информацией, болотники увертливые!

— Я думаю, рассказать можно, — переглянувшись с блондином, озвучил их общее мнение Мастер. — Тем более что эта схема все равно скоро начнет повсеместно вводиться, так почему бы сейчас не изложить ее тебе. Секундочку.

Брюнет прикрыл глаза, шепнул какие-то слова, и по комнате разлетелась сверкающая белоснежная пыль, которая осела на стены, пол и потолок, потом вспыхнула еще ярче и пропала. Тис улыбнулся и объяснил свои действия:

— Нам лишняя огласка не нужна, верно?

Лельер переплел пальцы и медленно заговорил:

— Итак, начнем с самого интересного. Морриган Сталь. Как мы и предполагали, наши проблемы — дело его умелых рук и хитрой башки.

— Как понимаю, цели своего спектакля он озвучил, как и то, что хочет Охра, верно? — осведомилась догадливая я.

— Правильно. — Шут демонстративно поаплодировал, с умилением глядя на меня. Захотелось что-нибудь сделать. Плохое.

Я демонстративно отвернулась к Смерти, вызвав тихий смешок этого паяца белобрысого, и продолжила расспросы:

— Так что они хотели и, главное, КАК это сделали?

На этом этапе двери открылись, и в комнату, радушно улыбаясь во все сто двадцать зубов и шелестя щупальцами, прополз местный аналог сухопутного осьминога.

Расставил приборы и блюда и с поклоном удалился. Я взглянула на тарелки моих товарищей по трапезе и ощутила мимолетный укол радости оттого, что там вполне традиционная пища. Хотя, конечно, после совместных обедов с Ришаль и Ларишем я в этом плане существо закаленное.

— Итак, — начал Айлар, в очередной раз подтвердив, что истина «за едой о делах не говорят» болотникам незнакома. — Цели… Разумеется, это снижение таможенных пошлин на продукты растительного происхождения, которые Охре импортируют через наши совместные границы. Плюс мы снимаем «заслоны» для экспорта их техники. И Морриган настаивает на том, чтобы отношения Охры и Малахита развивались теми же темпами, что и с Аквамарином.

— Шантаж, — резюмировала я, накалывая на вилку грибочек. — И что, придется принять эти условия?

— Придется, — поморщился Лельер. — Мор, конечно, не озвучил, что будет в случае отказа… Но мы же не идиоты?

— Да, Кик объяснял, как должен выглядеть обмен, — кивнула я. — Если эти штуки, которые воздействуют на жителей Малахита, распространят повсеместно… Кстати, это реально шантаж, притом очень некрасивый, — хихикнула и предложила: — Может, войной им пригрозить?

— Морри радушно разведет руками и скажет: «Добро пожаловать», — мрачно кивнул Тис. — Юль, ты не представляешь, что такое Охра. Подземелья механизированные. Эти потомки неблагих фейри — параноики до мозга костей. У них каждый коридор перекрывается, плюс ловушки и системы безопасности. А про их города-цитадели я молчу вообще. На своей территории они почти всесильны.

— А продовольствие? — осторожно спросила я.

— Вот именно поэтому Мор и пошел на такую игру, — усмехнулся Лельер, который пока так и не притронулся к еде. — Если честно, то Охру мы и правда малость «задавили». Так что их желание отвоевать позиции вполне можно понять. Ведь они непонятно как мутировавшие эльфы, феи, лепреконы, и пища растительного происхождения им все равно нужна. И вовсе не лишайнички, плесень или что-то из тех вынужденных «деликатесов», к которым этот народ приспособился.

— У себя вырастить нормальные фрукты и овощи они не могут, — вздохнула, припоминая краткий экскурс в географию. — Сами под землей живут, а наверху — пустыня и развалины древних городов.

— Правильно, — невесело улыбнулся Айлар. — На деле пошлины мы подняли после того, как Охра не очень красиво себя повела. Так что в наших отношениях все относительно честно. Кстати, подозреваю, что под этой красивой формулировкой «жизненно необходимо» скрывается гораздо более прозаичный мотив.

— Это какой же? — неподдельно заинтересовалась я.

— Они все параноики, — с усмешкой повторил Смерть. — А уж высшая знать — и подавно. Про Круг Князей я молчу. Скорее всего, подозрительные темные углядели в маневрах Аквамарина угрозу себе драгоценным. Ведь общих границ у бывших благих и неблагих нет, поэтому они могли решить, что эльфы готовят плацдарм. — Тут голос Мастера стал поистине язвительным и, зло сверкнув красными глазами, он добавил: — Или пойти дальше в «гениальных» выводах и «осениться» замечательной идеей о сговоре нечисти и остроухих с целью поработить их свободное подземное государство!

— Кстати, а почему вы называете их «бывшими» фейри? — назрел еще один вопрос у меня.

— Бывшими благими и неблагими, — поправил меня Лельер. — Фейри… как были, так и остались, разве что растеряли знания да способности в этом отравленном мире. Даже Князья, у кого на роду написано быть странниками междумирья, и те отсюда не могут уйти. «Тропы» не пускают их, а работают только естественные межмировые порталы «обмена» переселенцами. Поэтому из-за утраченного и того, насколько они сами изменились, я не могу назвать их представителями Дворов.

— А откуда ты знаешь, какие они настоящие?

— Юль, я тоже переселенец, — улыбнулся Лель. — Более того, древо моего рода каким-то нижним правым корнем имело отношение к Зимнему Двору фейри моего мира. А я сам бывал и в Летнем тоже. Поверь, тут уже все совершенно иное. У аристократов Двора есть свои взгляды на жизнь, свой кодекс, свои понятия. А наши… раса и раса. Одна, которая старательно корчит из себя две разные.

— Понятно, — протянула я с ощущением, что вот ничего не понятно! — Так почему Гудвин вас так загонял?

— Юль, сейчас будет подписываться договор. — Айлар скучающе тыкал вилкой в тарелку, видимо, в поисках наиболее «милого ликом» кусочка. — Притом Охра почти диктует условия, понимаешь? Мало было этим ребятам снижения пошлин, одобрения поставок механики да разрешения их купцам получать лицензию на торговлю у нас, так еще и выбили сладкий бонусный кусочек — право аренды земли! И наверняка выберут недалеко от своей границы!

— Ой-ей-ей! — Даже мне, далекой от политики, не нужно было особо объяснять, чем это грозит. — Это же тот самый плацдарм и враждебные элементы на территории!

— Вот именно, поэтому нам вчера и устраивали головомойку. Мы должны найти источник угрозы, что воздействует на малахитцев. — Шут скривился, а потом как-то очень зло прошипел: — Высокомудрый Гудвин, да прославятся лета его и чтоб он от собственного яда не загнулся, скотина чешуйчатая!

Я даже подавилась от такой экспрессии!

Но Хинсар тут же прогнал с лица непонятные эмоции, окинул нас сияющим взглядом и напоказ весело закончил:

— Поэтому мы сейчас в поисках вредоносной штуки перероем не только резиденцию, но и выбранные дома и участки, подключим всех, кого можем, из ученых и магов, попытаемся заслать шпионов… Короче, будем изображать активную деятельность на благо и процветание нашего сектора. — Лель так молитвенно сложил руки, что не хватало только заключительного «аминь».

— В общем-то, все верно, — флегматично кивнул Мастер Тис и наконец отыскав в своей тарелке что-то достойное внимания, подцепил и отправил в рот.

— Закажи личинок, — невозмутимо посоветовал приятелю Лельер.

— Меня сейчас стошнит, — так же спокойно отозвался Смерть.

М-да, я представила личинок, и тоже стало как-то дурно.

— От предложенного? — не внял предупреждению ненормальный шут.

— От тебя, — скривился Айлар и невозмутимо продолжил есть.