42

Вот уже совсем темно, а я всё ещё сижу на смотровой площадке башни прямо на полу. Я не желала никого видеть и слышать.

"Да, как они могли? Я же никого из них ни словом, ни делом не задела. Мерзкий профессиришко. Ладно, он, а друзья то меня знают лучше. Недавно ещё про Дитя Мироздания хвалебные речи толкали. А теперь, что? А Димир? Не хочу даже думать о нём. И заткнись ты уже, глупое сердце. Пара его? Ну-ну. На любую укажи, примет. Это всё клятва данная умирающему Димиру. Ещё и на крови, получается. Как бы её снять? Не собираюсь я всю жизнь под его дудку плясать. Не на ту напал. Да заткнись ты уже, глупое сердце! Ещё разобраться нужно, может любовь эта моя ненастоящая".

Мой внутренний монолог прервал звук шагов по лестнице.

"И кого это несёт? Не хочу никого видеть".

Меж тем звук шагов приближался. Вот уже и свет от магического фонаря виден.

"Кто бы сомневался. Сейчас включит свою надменность и начнёт раздавать указания".

Димир остановился рядом и мне на плечи лёг лёгкий, почти невесомый плед, который моментально согрел. Я и не заметила, что замёрзла. Фыркать и откидывать плед не стала.

"Я не враг своему здоровью".

Дракон приглушил свет фонаря и почти вплотную, уселся рядом.

- Мои слова, - начал он хрипло после минуты молчания, - по поводу возврата магии, связаны с беспокойством за тебя. Доводы Вассара, казались убедительны. Признаюсь, что до сих пор сомнения есть. Эта магия коварна. Слишком многих она погубила. Но вспоминая, что за всё время пути у тебя не было ни одного срыва, склонен усомниться в словах Вассара. И тут же напрашивается вопрос. А не питалась ли ты всё это время здоровыми? Пойми, твоя скрытность играет сейчас против тебя. Так же вопрос. Связана ли ты с восстаниями? Очень много непонятного и я надеюсь, ты нам поможешь разобраться. Мы все тебя знаем другой и не верим в твою причастность. Твои друзья не верят, что ты могла так талантливо играть горе и сочувствие. Не отталкивай их за минутную слабость. Поверь, они очень раскаиваются.

Теперь на счёт меня. Ты мне нужна любая. С магией или без, с магией ли смерти или любой другой, не важно. Ты мне просто нужна. Не из-за того, чтобы не пришлось лететь за Драконий хребет. Поверь, я уже давно не боюсь смерти. Мне нет оправдания в том, что я тебя не признал, но позволь рассказать о том, что я чувствовал и какие строил планы.

С Силарин у меня был договор. Как только она родит наследника, может быть свободна. За наследника я обязывался пожизненно содержать её. Поэтому клялся только я. Не знаю, знаешь ли ты, но после рождения малыша пара становится стабильна и не обязательно второй уходит за грань, если погиб первый. Любовь к ребёнку стабилизирует зверя. Один родитель живёт недолго, но живёт, пока нужен малышу.

Из-за того, что эльфы не хотят вступать в брак с представителями других рас, но некоторые не прочь заработать на рождении наследника, был придуман обряд замены. После рождения ребёнка в момент ослабления тяги к паре, обрядом перекидывают эту тягу на другую девушку, ну или юношу, у кого как. Признаюсь, хотел, чтобы для меня этой девушкой стала ты.

А теперь, пока ты не напридумывала лишнего, поясню почему. С того момента, как я тебя впервые увидел, немного растрёпанную и такую домашнюю, в моей душе стало теплее. В тот момент я решил, что это забота, как о детёныше. Впервые тягу к тебе, как к женщине я ощутил, когда ты, срезая нитки, нежно водила своими пальчиками по моей груди. Признаться, большим извращенцем я себя никогда не чувствовал. Объяснял себе потом тем, что пара то была рядом, и зверь её чуял, а нежные прикосновения к давно не знавшему женской ласки телу, привело к желанию.

Но больше всего я недоумевал от того, что, почему-то вы мне нужны были обе. Нет, я не желал вас обоих, как женщин. Мне было спокойней, когда вы обе были рядом. Когда я раненый очнулся и увидел Силарин, а тебя нет, мой зверь внутри заскулил. И тогда я не понял. Думал, что это забота о детёныше.

Мне с каждым днём всё больше хотелось прикасаться к тебе, обнимать. В тот момент я думал, что из-за долгого срока и экспериментов Деодора произошёл сбой. Теперь я понимаю, что нужно было слушать сердце, а не разум. Теперь понимаю, что в памяти просто засел образ светлой, а тяга была к тебе. И чтобы не было резонанса, какое-то время вы мне нужны были обе. А тогда я ничего не понял. Не понял и тогда, когда не найдя тебя среди живых, чуть не совершил оборот, хоть Силарин и была в порядке. Что говорить, если, даже взревновав тебя к вампиру, объяснил это просто тем, что хочу тебя в замену Силарин, а я собственник. Вот кровь и взыграла.

Знаешь, Деодор предупредил меня, что я получу отпор, как только ты узнаешь о моих планах, но я всё равно надеялся. Надеялся, что через годы ты будешь, не так категорична и примешь меня.

После всего я не вправе просить с тебя клятву. Уже понял, что не смогу удержать. Деодор рассказывал, что ты грезишь свободой и путешествиями. Я дам тебе всё это, ничего не требуя взамен, но одного я обещать, не могу. Я не могу обещать, что не буду бороться, что не буду добиваться тебя и твоей любви. Понимаю, что такого полюбить сложно, но смею надеяться.

И ещё. Силарин я любимой никогда не называл. Язык не поворачивался, хотя, признаюсь, пытался. С тобой же, нежные слова сами слетают с губ. Теперь я пойду, не смею больше докучать тебе.

Димир встал и собрался уйти.

- Постой, - немного севшим голосом, попросила я. Прокашлялась и продолжила, - Не буду кривить душой и лгать. Я влюбилась в тебя ещё тогда, в подвальном коридоре. И именно воспоминания о тебе, твои глаз помогли выкарабкаться в особо сложные моменты. Да, я люблю тебя и от этого больней. Не от того, что видела тебя с другой, а от того, что не веришь в меня и не хочешь понять. Запомни, я переступлю через эту боль, я затопчу свою любовь, вырву сердце, разорву и склею вновь, но никогда, слышишь, никогда не позволю собой командовать и решать за меня. Я свободный человек. Меня можно попросить, уговорить, убедить доводами, но не приказать.

Пока я говорила, Димир стоял, сжимая кулаки. Когда я призналась в любви, он прикрыл глаза, а от последующих слов вздрогнул, как от пощёчины.

"Слушай, слушай, мне тоже не вся твоя речь по вкусу пришлась".

- А теперь, прошу, оставь меня одну, - закончила я, - Думаю, нам обоим есть о чём подумать.

- Ну и как мне узнать, - пробормотала я после ухода дракона, - правда ли это любовь. И действительно ли мы пара, - подняла глаза вверх, - А Мироздание?

Вдруг в глаза ударила вспышка света и перед ними замелькали круги.

- Ну, наконец-то. Я уже думала никогда не дождусь от тебя зова, - услышала я чей-то голос, но не могла разглядеть чей, из-за всё ещё бегающих, разноцветных кругов, - Всё своих богов вспоминаешь, хотя находишься в другом мире.

- Ты кто? - спрашиваю, пытаясь проморгаться.

- Здрасте, приехали! А к кому обращалась?

- Мироздание? Что за бред!

- Ну и заявочки. Обидеться, что ли?

- Где я? - оглядываюсь, так как зрение восстановилось.

Первое впечатление, что я парю в космосе. Но осознание того, что под моей попой по-прежнему ровная и твёрдая поверхность, отмело эту идею.

"Это всё иллюзия", - хмыкнув, подумала я, - Картинками космоса меня не удивить".

- А это не картинки, - ответили мне.

- Ты где? - спросила, не увидев говорящего.

- Здесь, - ответила мне, появившаяся из ниоткуда.

- Юлия Фёдоровна?! Вы, ты, вы, ты, вы, - заклинило у меня, - богиня?

- Я богиня, а она нет, - ответила мне старушка.

- Ничего не поняла, - замотала я головой.

- Я богиня, - образ Юлии Фёдоровны растаял, - названная этим миром, Мироздание, - говорил уже молодой мужчина, - А она, - снова образ старушки, - просто воплощение из твоих воспоминаний, - образ перетёк в образ молодой девушки, - Воплощение уважаемого тобой человека.

- Ясно. Можешь не мельтешить?

- Не могу, - говорил уже старичок, - Твоё сознание ни один образ не воспринимает с должным уважением. А образ этой старушки, - снова образ Юлии Фёдоровны, который тут же сменился девушкой, - твоё сознание, почему-то хоть и уважает, но отталкивает.

- А нечего лезть в чужую голову. Образ Юлии Фёдоровны не тронь. Это, то, чего уже не вернуть, так пусть останется светлым воспоминанием.

- Как же сложно с тобой, - говорил снова, какой-то старик, - Никакого почтения.

- Ну извини, чего нет, того нет. Может, примешь уже образ, кого-то одного. Или прими свою истинную форму.

Через секунду передо мной висело газообразное облако с разного цвета переливами.

- Это что? - засунула руку вглубь облака.

- А вот это уже хамство, - возмутилось облако, - А если бы я в тебя руку засунула?

- Это, что твой истинный облик? - удивилась я.

- Да, а как иначе.

- Обычно богов изображают с руками, ногами, головой. Но ни как облако.

- Я создающая сущность, бог, по-вашему, а не облако.

- И что ты создаёшь?

- Я создала Огару.

- Угу, а тело создать слабо? Общаешься, как женщина, а облики принимаешь, в том числе и мужские.

- Я недавно только решила стать женщиной.

- Что значит решила?

- А то и значит. Мой истинный облик таков, - облако подвигалось, - но, как любой из создающих, планировала принять постоянный облик. Сейчас же при контакте с зовущими, пользуюсь обликом, который для них более почтителен. Но с тобой вот не вышло. Ты вообще, кого-нибудь уважаешь? Боишься, кого-нибудь?

- Уважаю многих. Со страхами борюсь.

- Понятно. Как у вас там говорят? Тяжёлый случай.

- Это у меня то? Ты вон вообще, мир без солнца, луны и даже звёзд создала. И тело себе никак не намагичишь.

- Вообще то, я создавала комфортные условия для всех рас. А с образом очень сложно. Нужно иметь такой образ, чтобы для всех рас стать родной. А то опять начнётся. Она больше на нашу расу похожа, значит наша богиня больше.

- Ну и дура, - вырвалось у меня.

Я даже ладошкой рот прикрыла, осознав сказанное и кому.

- Ну-ка, ну-ка, - подлетело облако к моему лицу, - С этого места поподробнее.

"А, наплевать, скажу, что думаю и будь, что будет".

- Если ты каждому угождать будешь, то уважать тебя точно, никто не будет. Ты же богиня. Главная, так сказать. Это твоё дело, как выглядеть и неважно, что подумают.

- А в твоих словах, что-то есть, - облако немного отлетело, - Я так старалась создать мир для всех рас сразу, а они своими войнами его уже семь раз разрушали, представляешь, - в голосе облака послышалась обида, - Да, ты права. Я и так для них много сделала. Про меня вспоминают только в отчаяние.

- И поэтому ты по сотне лет забрала?

- А это. Да я, по сути, дряхлые годы забрала.

- Но не все стариками умирают.

- Ну, тут уже они сами виноваты. Ты же видела нити жизни. У всех они хорошие. А вот образ жизни приводит к её истощению. Так же ты замечала, что когда давала время на восстановление, нить снова приобретала естественный вид. Подумай, если бы я забирала эти годы, то твои минуты и даже часы ничего бы не дали. Я не ваша земная богиня Судьба. Жизнями, населяющих мой мир, не играю. Это ей скучно, вот и экспериментирует. Особенно любит поиграть с попадающими из других миров.

- Так значит это, правда, что Земля колония?

- И, да и нет. Не для этих целей она была создана. Но некоторые стали попадать и на неё. Тут-то Судьба и взялась за перевоспитание. Ну и втянулась.

- А ты, значит, такого не делаешь?

- Мне это не к чему. Мне больше нравится "подключаться" к кому-нибудь и проживать вместе те или иные моменты. Строить расчёты это не моё. Знаешь, ярче твоих ощущений ничего не испытывала. Это поспособствовало принятию решения, стать женщиной.

- Фу, не смей больше так делать, - передёрнула я плечами.

Осознание того, что за мной, по сути, подглядывали, осело липкой не приязнью.

- Ой, ну чего такого-то. Ладно, не буду.

- Может ты мной и руководила? Это ты меня к кристаллам повела?

- Нет. Это ты сама. Я же сказала, что "подключаюсь" к эмоциям, а не руковожу. И жизни я ничьи не устраиваю. На Огаре каждый строит сам свою судьбу. Единственное, что я сделала, так это приняла тебя в свой мир, назначила опекуна, а дальше сама. Через какое-то время решила проверить тебя. Я даже не предполагала, что в тебе магии нет. В тот момент я просто ответила на сильную эмоцию, не сканируя на магию и мир из которого ты. Ты мне понравилась, и я начала иногда подключаться к твоим чувствам. Потом услышала, что тебя назвали моим ребёнком, и я узнала, что такое гордость. Впервые это чувство было моим, а не чужим. Мне понравилось, и я стала ждать, когда ты обратишься ко мне, моя дочурка. К сожалению, боги могут приходить только на призыв.

- Кто? Как ты меня назвала?

- Я желаю принять тебя, как дочь.

- Знаешь, - стушевалась я, - Это, как-то неожиданно и странно. У меня вообще то, есть мать. И, как бы там нибыло, она дала мне жизнь и воспитала меня. Хотя бы за это она достойна уважения и любви.

- Я и не собираюсь заменить её. Позволь стать второй матерью. Той, которая будет оберегать в этом мире. Той, к которой можно обратиться с любым вопросом.

- Я подумаю.

- Думай не думай, я уже приняла тебя. Следующее твоё рождение будет с божественной силой. Я бы и сейчас это сделала, но, думаю, тебе сейчас умирать не захочется. И не смотри так, родишься вновь и решай сама, сколько влезет. В эту жизнь тоже лезть не буду. Оцени лучше, выбранный мною, облик.

Облако мигнуло, и на его месте появилась стройная, высокая девушка с большими, на треть лица, зелёными глазами. Чуть вздёрнутый, маленький носик и полные, как бы надутые, губки, довершали образ маленькой, невинной девочки. Растрёпанные, разноцветные волосы, которые доходили ей до поясницы, походили на языки пламени.

"Цвет волос по цвету магии на Огаре. Похоже, хоть в чём-то, решила угодить жителям".

Аквамариновое платье богини напоминало сари индианок с одной лишь разницей, оно было не до пят, а чуть ниже колен. На ногах в тон платью босоножки, состоящие из ремешков, доходящих, оплетая ногу, до колен.

- Ну как? - покружилась девушка.

Она выглядела намного моложе меня.

"Вот теперь язык точно не повернётся мамой назвать".

- Как пожелаешь, - ответила на мои мысли девушка,- Всему своё время. Я то, уже для себя всё решила. Вопросы будут?

Богиня уселась в воздухе, если это можно так назвать, как в кресле. Я ещё раз огляделась.

- Это вселенная?

- Земляне так называют. Это мир создающих.

- Ваш мир тоже кто-то создал?

- Всё может быть.

- Может это глупый вопрос, но, для чего вы создаёте миры?

- Таким образом, мы привлекаем не умеющие создавать души.

- Для чего?

- Для питания.

- Что?!

- Ты не так поняла. У нас симбиоз. Мы создаём для них тела и миры, а они, когда изнашивается оболочка, отдают нам накопленный опыт и энергию. По сути, служат нам батарейкой. Скидывая накопленный "заряд", рождаются вновь в новом теле.

Не зная, как реагировать на это, решила, пока есть возможность, расспросить о другом.

- Я тоже сосланный в прошлом преступник?

- Нет. Ты истинная душа мира Земля. И если раньше я думала вернуть тебя после смерти обратно, то теперь нет. Ты теперь принадлежишь миру Огара.

Спорить не стала, задала следующий вопрос:

- Как, не имея нейл, я приняла магию, да ещё и в таком количестве?

- А кто сказал, что его у тебя нет?

- Ну, как же, Зосимар и Эрджейн.

- О, они неправильно смотрели. Привыкли, что нейл у всех на Огаре располагается в районе солнечного сплетения. Пока ребёнок растёт, магия пучками бьёт только туда. На Земле же магии крохи и она точечно бьёт, куда придётся. В итоге вся твоя аура, один большой нейл, но не сосуд, а, своего рода, губка. Обрадую тебя. Из сосуда вылить можно, из губки нет. Она в любом случае сохранит в себе то, что впитала. Другими словами, магию у тебя не забрать. "Выдавить" при желании немного можно, но не всё.

- Ясно. Ещё вопрос. Я, правда, пара Димира?

- Может да, может, нет.

- Как это?

- Для того чтобы душ всем хватало, некоторые создающие, создали клоны имеющихся и распределили по мирам. Это потом выяснилось, что у каждой есть своя пара, без которой душа сгорает. Пришлось сортировать, давая возможность найти, друг друга. Но некоторые создающие не стали заморачиваться и создали тела людей. Быстро плодящихся и недолго живущих. Души за короткий срок не успевают сгореть, начиная поиск заново. Пара Димира в этом мире по какой-то причине сгорела. Ещё бы пара жизней и его бы душа сгорела, но появилась ты, точная копия его пары.

- Всё же, не истинная, - с горечью констатировала я.

- Это не известно. После перетасовки, никто уже не мог сказать, где клон, а где оригинал. И так ли это важно, если вы можете быть счастливы вместе? Подумай. А теперь тебе пора. Твоё тело плохо переносит перегрузки.

- Постой! - опомнилась я, - Скажи, кто этот учитель, что поднимает восстания.

- Не могу сказать. По соглашению с населяющими мир не имею права вмешиваться, пока они все разом не обратятся.

Снова яркий свет в глаза и я, проморгавшись, увидела предрассветные всполохи. С мыслью, что надо хоть немного поспать, а потом уже обдумывать, отправилась в свою "келью".