Эпилог. Прощайте

Антон

Три года спустя

— Ты уже тут? — удивленно вскинул я брови, когда дверь дома открыл Вячеслав.

— Я здесь со вчерашнего вечера. А где твоя благоверная?

— Они тут в магазин зашли, Даня вредничал, — прошёл в прихожую. — Оля где?

— Одевается уже. Ей там Людмила помогает, а мне бы твоя помощь не помешала.

— Да, иду, — быстро скинул ботинки и куртку, проследовал за ним наверх.

Поднявшись и войдя в эти покои впервые за долгое время, обнаружил обилие света. Плотные шторы больше не закрывали собой всё сущее. Никакого запаха лекарств, безнадёжности и беспомощности.

— Здорово, — широко улыбнулся Ярослав, сидя на кровати в торжественной рубашке, носках и трусах.

— Нет, в таком виде ты к невесте не пойдёшь, — пошутил я в ответ и обнял его. — Так, держись, сейчас вставать будем, — мужчина уцепился за меня рабочей рукой. Поднял, дожидаясь, когда Ярик твёрдо будет держаться на своих двоих. — Стоишь?

— Стою.

— Отпускаю, — предупредил и аккуратно отшагнул. Слегка пошатываясь, но мужчина держал себя на ногах. — Репетировать будешь?

— Свою речь я выучил уже на зубок.

— Я про ноги, Яр.

— Аа, надо потренироваться, — кивнул он, озорно скривившись.

— Не пойму куда вы торопитесь, — ворчал тем временем Ильин, подавая мне брюки жениха. — Ты только недавно первые шаги сделал, а уже спешишь свалиться где-нибудь. Подождали бы ещё немного.

— Мы с Олей вечно ждём удобного случая, но не одно, так другое. Она сегодня станет моей женой и никакие ноги этому не помешают. Дай брюки, — выхватил их у меня.

— Упрямый засранец, — хихикнул я, поддержав его под руку.

Кряхтя и матюкаясь, Калин, наконец, попал обоими ногами в брючины. Слава похлопал ему.

— Молодец, брат. Правда полвечера моего пыхтения над утюгом сошло на нет.

— Не ворчи, — фыркнул Ярик, пыхтя, и, осторожно наклоняясь, потянул брюки вверх. Застегнуть их на нём всё же пришлось мне, так как левая рука после травмы потеряла чувствительность.

— Справился на пятёрку, — похвалил я друга. — Теперь топай до Славки и обратно ко мне.

— Запросто, — боевого духа в нём было хоть отбавляй.

Даже не верилось, что три года назад мужчину достали с того света.

Я в ужасе вспоминал прошедшие время и мечтал о невероятном счастье для этих двоих, чтобы боль и страдания, наконец, покинули их невероятный союз.

Когда Ярослав не вернулся в тот день, через полчаса, Оля забила тревогу, а Ильин клялся, что ему послышались выстрелы. На месте для утиля обнаружили капли крови на снегу и следы протектора. Невеста в панике требовала ехать по следу. Одиннокая тачка у обочины заставила нас притормозить, но подъехав ближе, мы буквально повыпадывали из машины.

— Ярик?! — Оля упала возле жениха, кровь которого уже окрашивала под ним снег. — Он не дышит! Не дышит! — кричала в ужасе она.

Немедля принялся делать ему искусственное дыхание. Слава вызывал парамедиков, но вдалеке уже виднелись огни кареты скорой и полиции, звук сирен разнёсся по округе. Ильин побежал к ним, усиленно махая руками. Телефон в руке Ярослава дал понять, что мужчина сам успел вызвать спецслужбы.

Тот ад для всех нас затянулся на долгих двенадцать месяцев. Калин Ярослав не дышал около десяти минут, в следствие чего впал в кому, врачи после долгой борьбы за него, позже отказались делать прогнозы.

"Он — нежилец" — тихо шептался между собой персонал больницы. Спустя полгода медики и вовсе подняли вопрос о целесообразности продолжать держать пациента на аппарате, на что Ольга отреагировала достаточно дико и агрессивно.

— Он проснётся! — в слезах кричала она нам со Славой. — Ты сам был в коме! Ты знаешь что это! Дай теперь и ему шанс!

Её вера в него и молитвы были услышаны. Спустя ещё несколько месяцев, врачи определили реакцию сухожильных рефлексов. Профессор, которого Ирина привезла из Екатеринбурга, настоял на повторном МРТ и продолжить лечение ноотропными инъекциями и витаминами. Ещё несколько недель после, появилась реакция зрачков и пациент начал отслеживать звук голоса. По прошествии других двух месяцев, Ярослав открыл глаза. Нашей радости не было предела, но я помнил свою реабилитацию после моей небольшой комы, а, в его случае, даже боялся представить, что ждёт Олю.

Я с Ириной переехал в его дом. Слава тоже не собирался оставаться в стороне. Ярослав не мог говорить, не мог двигаться, кормила его Оля через зонд, катетеры помогали ему в непроизвольных делах. Глядя на это всё хотелось, рыдать. Мне тяжело было видеть его немощным, того, которого когда-то боялся, потом уважал, в которого верил, когда приходила беда. Но Ярослав — боец по натуре и настойчиво стремился к выздоровлению.

Спустя полгода, он мог уже самостоятельно жевать и глотать, произносил отдельные звуки. Рисовал пальцем на простыне. Физпроцедуры и гимнастика, работа с речью, иглоукалывания, тонна других и иногда даже невероятных методик. Оля хваталась за любой метод, в надежде вернуть своего мужа. И плоды медленно, но верно появлялись.

Ещё через несколько месяцев Ярослав начал самостоятельно сгибать и разгибать ноги. Звуки и слоги превращались в отдельные слова. Всё это не могло не радовать. Мужчина возвращался к жизни.

Теперь я смотрел на Ягуара и поверить не мог, что главный тяжёлый путь приближается к финалу, где он снова победитель.

Ярослав осторожно прошаркал к Ильину, а после вернулся ко мне, улыбаясь, как ребёнок.

— До невесты он добежит гораздо быстрей, — пошутил Вячеслав. — Так что годится.

Принудительно усадил его обратно на кровать. Пусть передохнёт.

Решил спуститься вниз к Оле, постучал в дверь. Люда, светловолосая толстушка с соседнего дома, пустила меня к невесте. Оля светилась. На ней было нежно-голубое платье плавно обрамляющее её фигуру. Красивое многоярусное ожерелье с кристаллами, серьги. Волосы красиво убраны в низкий пучок. Рыжая прядь, плавно выпущенная из причёски. Она была прекрасна и я невольно позавидовал жениху.

— Зря, я зашёл, — улыбнулся, не спуская с неё восторженного взгляда. — Ты… ты очень хороша.

Оля немного смутилась:

— Спасибо, Антош.

— Церемония через пятнадцать минут. Жених уже готов. Даже сам оделся, — подмигнул ей.

— А Аня с Колей? — невеста обеспокоенно глянула на Люду.

— Они уже в гостиной. Семейство Рязанцевых с трудом удерживают их от праздничного стола.

— А Данил? — посмотрела снова на меня.

— Сейчас должны прийти с минуты на минуту.

Она, нервничая, выдохнула. Взял её за руку, сжал.

— Ты на финише.

Она крепко обняла меня.

— Я не устану быть благодарной тебе, Тош. Только благодаря тебе, я не сгинула. Ты наш хранитель. Мой ангел.

В ответ сжал её крепче и чмокнул в голову.

— Побегу, жениха нужно ещё спустить с лестницы. То есть помочь спуститься.

Она засмеялась. Выходя из комнаты, тут же врезался в Славу.

— Иди, Яр тебя ждёт, — велел он.

По-моему, с каждой минутой приближения часа икс, жених нервничал и белел в лице всё больше.

— Ну что, готов? Через десять минут Слава поведёт невесту.

— Тох, как такое может быть? — Ярик посмотрел на меня. — Она не только простила мне всё, что натворил, но и полюбила… Как?! Ведь я…

— А вот тут заглохни, — сурово посмотрел на него. — Я сам был в шоке от этого. Но теперь, видя и зная, через что вы… ты прошёл, понял, что ты достоин этого. Ты сумел заслужить не только её любовь, но и наше уважение. Наказание смертью или тюрьмой для тебя было бы слишком гуманно. Наказание, в первую очередь, должно исправлять. Судьба пропустила тебя через все ступени ада, чтобы выгравировать из тебя того, кем ты являешься сейчас. Таких в тюрьме не делают и на кладбищах уж тем более не находят. А Оля любит, именно, того, кем ты стал теперь, ради неё, пусть и совершил самое жуткое по отношению к женщине… к матери. Не любая это поймёт, но она поняла… её сердце это поняло. Это и есть твой дар и благословение. Не потеряй это. — Кивал впервые, как ребёнок смотря на меня. — Идём?

— Да, — он поднялся, схватившись за мою руку.

Внизу уже были все приглашенные. Ярослава встречали с радостью, глядя, как он твёрдо идёт к сотруднице ЗАГСа. Мужчина занял своё место, с нетерпением ожидая свою будущую жену.

Ирина с Людой выловили детей и призвали их к вниманию. Иннокентий включил романтичную композицию. Кажется, это был Бах.

Ветерок пронёсся по залу. Все притихли, оставляя право лишь музыке наполнять помещение.

Слава в светлом костюме вёл Олю к жениху. Девушка хоть и немного нервничала, но была несказанно счастлива.4f7b7c

Я врос в пол, с умилением глядя на невесту, а так же краем глаза контролировал Ярослава, который переживал не меньше и держал себя ещё на слабых ногах. Упасть ему я, в любом случае, не дам.

Невеста с женихом встали на одну линию и сотрудница ЗАГСа начала свою речь. Наверное, они даже её не слышали, поскольку были невероятно заняты созерцанием друг друга. Слегка дёрнул его за пиджак, когда пришло время на ответ "Да". Подписи в актовой записи регистрации браков, обмен кольцами и момент, которого они ждали:

— Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Молодые можете поздравить друг друга.

Оба бывших врага, убийца и его жертва, отец и мать дитя, которое изменило ход вещей и совершившило невероятное — соединило и всё время пересекало их пути, чтобы эти двое не потеряли друг друга и скрепили свой необычный союз крепким поцелуем.

Гости зааплодировали, малышня довольно запрыгала. Женя подал кресло для натруженных ног Ярослава, который не выпускал руку своей молодой жены. Молодожёны принимали поздравления. Впервые, за семь лет знакомства, с эти двумя увидел их невероятно счастливыми.

Посмотрел на Ирину, взял за руку.

— А наша свадьба когда? — сощюрил хитро глаз.

— Это предложение? — девушка засмеялась. Притянул её к себе за талию и поцеловал.

— Романтично сделаю дома, — пообещал я.

— Идёт, — улыбнулась ещё шире. — Значит дома и отвечу тебе.

Уткнулся носом девушке в шею и простонал:

— Теперь резко домой захотелось.

Ирина от души рассмеялась и прильнула к моим губам.

— Люблю тебя, — шепнула мне в рот.

— Люблю тебя, — ответил так же и крепко обнял.

Танец жениха и невесты напряг, наверное, только меня и Вячеслава, но Ярик держался стойко на ногах, словно и не было трёх лет страшной борьбы за его жизнь и за их совместное счастье.

Через год эти двое поприсутствовали и на нашей с Ириной свадьбе. Ярик ходил уже полноценно и постепенно возвращался в ряды полиции. Он продал двадцать процентов своих акций Валебину и на них помог жене открыть собственную студию-ателье. Аня с Колей ходили в одну школу, несмотря на немного отстающего в развитии мальчика. Даня был любимчиком семьи, но частенько ссорился со старшими братом и сестрой и совершенно искренне мне изливал душу.

Слава, подобно истинному деду приезжал к Калиным по выходным и нянчился с детворой, которые давно уже величали его только так…

Ранним утром, приканчивая свой завтрак, ждал Ирину со смены. Мне не хотелось уезжать в рейс, пока не увижу её. Задержалась она на целый час.

— Уже собрался тебе звонить, — поцеловал в нос, когда жена переступила порог нашей маленькой квартирки.

— Я немного была занята. Шлёпнулась в обморок, как раз перед уходом.

— Ирин, я устал просить тебя перейти на дневные дежурства, — снова завёл свою пластинку.

— Ты не понял, Тош, — Ирина многозначительно посмотрела на меня. — Ну же, милый, соображай, — широко улыбнулась.

— Ты что… ты это самое? — нужное слово вылетело из моего лексикона, но я рефлекторно смотрел на её живот.

— Да, Тош. Ты снова будешь папой.

Я издал победный возглас, подняв жену на руки и закружив.

Если счастье людей выглядит так, спустя столько лет терпения и лишений, то этого стоит ждать и ради него нужно рисковать, жертвовать, отпускать и особенно прощать.

Прощайте и не бойтесь быть непонятыми.

КОНЕЦ