Глава 13

Глава 13

Мелисса шла по пустынным коридорам замка, освещенным факелами, девушка cпешила на плач ― она открыла комнату в детской, увидела, что тлеет огонь в камине. В изящной резной колыбельке, на подушке, мягкой и пушистой, как облако, сбил одеяльце малыш. Мелисса будто очнулась и обратила внимание на яркие серые глазки, на полный слюны рот, на ручки, которые малыш держал во рту. Девушка подумала, что у крохи наверняка режутся зубки.

Мелисса заметила и опрятную женщину, дремавшую в удобном кресле. Наверняка это нянька, которую приставили к ребёнку. Однако женщина уплыла в царство Морфея и редкие крики никак не могли нарушить её крепкий сон.

Мелисса взяла малыша на руки и стала ворковать с ним. Тут и нянька проснулась. Видимо,детский плач послужил той своеобразной колыбельной.

― Что вы тут делаете? ― как-то визгливо спросила женщина.

― Выполняю вашу работу, ― ответила Мелисса. ― Неужели Вы не видите, что ребёнок плачет? Что ему больно?

― Ну плачет и плачет, все дети плачут и все растут. Так и герцогское чадо тоже вырастет.

― У него зубки режутся, ему же больно!

― Так это надо завтра кузнеца упросить! Он сотворит медный гвоздик, нацарапаем на нём первые буквы имени герцогского дитяти, и потом гвоздиком поцарапаем дёсенки, делов-то! Всю хворь как рукой снимет.

Мелисса передернулась от этого кощунства и решила воспользоваться своим положением, она не могла допустить, чтобы неграмотная женщина причинила боль малышу.

― Я маркиза Грейсток и я запрещаю вам проверять на юном герцоге Аберкромби ― Мелисса уже поняла, кем был тот самый малыш, ― ваши простонародные варварские обычаи. Завтра обязательно пригласите лекаря, нужны шарики из испанской ромашки и мятный настой. Если не выполните, обо всём расскажу его Светлости, как расскажу и о том, что Вы спали.

― Ладно, ладно,― запричитала нянька, ― всё сделаю, видите, сон ― это дело такое. Забота о малыше все силы забирает. Госпожа маркиза, сейчас я мигом дитя укачаю.

― Нет уж, раз я здесь, я и займусь ребёнком, ― Мелисса не хотела признаваться самой себе, что малыш, угомонившийся у неё на руках, согревал её измученное сердце. Нянька буркнула что-то про капризных маркиз и снова забылась крепким сном.

Мелисса продолжила ходить по комнате и убаюкивать малыша ― её боль от потери Сальваторе, от предательства братьев и родителей, будто бы затихала вместе с крохотным теплым существом у нее на руках.

Вдруг дверь распахнулась и в комнату зашёл мужчина ― строгий и властный, он отчитал Мелиссу за то, что она находилась в комнате у ребёнка и велел ей идти к себе. Девушка подумала, что её знакомство с хозяином замка не выдалось удачным и продолжила петь колыбельную его ребёнку. Мелисса почувствовала, что наконец в ее жизни наконец появился смысл. А суровый герцог, что ж, она обязательно попытается с ним поладить.