Глава 15

— И нас там встретят с распростёртыми объятиями, — покачала я головой. — Только тебе вряд ли будут так же рады, как и мне.

— Это диверсия, официально Бермудс против нас не пошёл бы, так что у нас развязаны руки. Можем и пошуметь слегка, если придётся, — ободряюще подмигнул мне капитан.

— А может сразу к местным властям обратимся? — предложила я.

— То, что они официально не при делах, ещё не значит, что им можно доверять, — мотнул головой Расли. — Сама понимаешь, от такого подарочка, как Разрушитель, они не откажутся.

— Уходи, — опять предложила я. — А я как-нибудь выкручусь. Пригрожу им, что разрушу их мир, если не отпустят.

— Вряд ли поведутся, — хмыкнул Расли. — Они наверняка подготовились и знают, чего от тебя ждать.

— Да я и сама не знаю, чего от себя ждать! — воскликнула я.

— А они знают, поверь мне, — ответил капитан. — Идём, не стоит долго оставаться на одном месте.

Он свернул зону, спрятал вешки в пояс, и мы пошли, по уже проторенной дороге, обратно к пляжу.

Спустя пару минут Расли остановился, всмотрелся в показатели браслета и слегка сменил курс. Мы так и не вышли на пляж, и я с облегчением выключила маскировку хамелеона, избавляясь от цепляющейся за всё подряд ткани. Пройдя вдоль пляжа по кромке леса, мы свернули к небольшой пологой горе, покрытой изумрудно-зелёной, относительно невысокой травой, и начали подниматься на неё.

— По показателям сигнал идёт с другой стороны, — указал рукой в сторону скрывающегося за горой моря Расли.

— И как мы туда доберёмся? — пропыхтела я, уже порядком устав от подъёма.

Гора была небольшой, мы уже прошли две трети пути до вершины, но ровная травянистая почва постепенно сменялась каменистой, неровной и со скудной растительностью.

— Если поднимемся, спуститься вряд ли получится, попробуем обогнуть, — проговорил капитан, сменив направление.

Я, конечно же, пошла за ним, и даже ни слова против не сказала. Но каждый шаг отдавался неприятной тянущей болью в коленях и икрах. Я далеко не неженка, но и к таким нагрузкам тоже не приучена. Да, на практике в академии мы порой проходили и по тридцать километров, чтобы добраться до какого-нибудь селения. А потом и обратно так же шли, да ещё и со скарбом — кто-то нёс образцы почвы и воды, кто-то образчики культуры и рукоделия другого мира, а кому-то и кулинарные изыски доставались в качестве ноши. Как-то мне пришлось пройти около двадцати пяти километров с рюкзаком, наполненным капсулами с образцами всех напитков аборигенов изучаемого мира. А это килограммов сорок, не меньше. Но сейчас мне казалось, что я не сорок килограммов на себе несу, а все семьдесят! И с каждым шагом становилось всё тяжелее.

— Подожди, не могу больше, устала, — прохрипела я, медленно опускаясь на выступающий камень.

— Да мы не больше пяти километров прошли, — возмутился Расли.

— Да? — удивилась я. — А почему мне кажется, что я сейчас просто развалюсь, придавленная весом этой горы?

Капитан подошёл, схватил меня за запястье и нажал на браслете пару кнопок.

— Нехорошо, — покачал он головой, просмотрев полученные данные.

Я тоже посмотрела на браслет и даже не удивилась. Отражающаяся на нём информация полностью соответствовала моему состоянию. А именно «Износ организма — семьдесят шесть процентов, обезвоживание — восемьдесят один процент, сердечный ритм — сто сорок три удара в минуту, аура — критический уровень повреждения».

— Остаёшься здесь, дальше я один пойду, — заявил капитан.

— Одна? — округлив глаза испуганно спросила я.

— Похоже, это излучение вредит тебе. Я отключу его и вернусь за тобой, — попытался успокоить меня Расли.

— Нет уж, одна я здесь точно не останусь, — помотала я головой.

— Это приказ, — категорично ответил капитан. Опять схватил меня за запястье, и, устанавливая таймер на браслете, проговорил: — Если не вернусь через два часа, иди к местным властям. Требуй неприкосновенности по межмировому договору, а дальше… действуй по обстоятельствам.

И он ушёл, вот так просто взял и ушёл, оставив меня совершенно одну! Только бутылку с водой из пояса достал, раскомпатил её нажатием на пробку, и протянул мне. А когда я её взяла, ушёл…

И я осталась одна. Выпила половину воды из бутылки, скупо порадовалась тому, что наш мир освоил закомпановку и раскомпановку материи, в результате которой любой простой неживой объект можно сжать до удобных размеров, а потом вернуть в изначальный вид, благодаря чему я сейчас и могла утолить жажду. Осмотрелась и поняла — ну не могу я просто сидеть и ждать, пока меня спасут. Да, я чувствовала себя так, будто по мне тротуарный укладчик проехался, но жива же ещё! И пусть в голове гулом отдаётся опостылевший ритм — две коротких вспышки, три длинных — сидеть на месте не выход! А Расли, даже учитывая то, что он капитан, имеет хорошую подготовку, и вообще боец хоть куда, всё же не всесилен. В общем, может и сглупила, да и приказ нарушила, но я пошла за капитаном, предварительно активировав всю защиту хамелеона. Легче стало, но совсем немного, это треклятое излучение каким-то образом проникало даже через защиту новейшего образца. Ни за что не поверю, что отстающий от нас в развитии на несколько сотен лет Бермудс смог бы создать настолько сильный излучатель! Да и в изучении феномена Разрушителей они тоже никак не могли продвинуться так далеко. А значит, мы имеем дело с каким-то другим миром, гораздо более прогрессивным, чем наш собственный. А Бермудс они выбрали в качестве арены для реализации плана по моему захвату. Плохо, очень плохо… Если исходить из того, что наш враг из более развитого мира, выбраться будет гораздо сложнее. И Расли точно не помешает моя помощь, если я вообще доберусь до него… и буду к тому времени хоть на что-то способна.

Учитывая моё состояние, быстро передвигаться я не могла, но упорно шла вперёд. По всё ухудшающемуся состоянию определяя, что иду в правильном направлении. Чем я могу помочь, когда перед глазами всё плывёт, а в голове уже набатом бьётся ненавистный ритм? Да хотя бы тем, что буду рядом! А если учесть то, кем я являюсь, то и неожиданности всякие со счетов сбрасывать не стоит. Если уж я сама не знаю, чего от себя ожидать, то и врагам расслабляться не стоит.

К тому моменту, когда добралась до выходящей к морю стороны горы, я уже не шла — ползла, будто меня придавило неподъёмной каменной плитой. Устала неимоверно, дышала, как спринтер, преодолевший дистанцию в сто километров, но таки добралась!

С этой стороны мне открывался вид на скалу, каменную и безжизненную. Скальные выступы нависали над морем, испещрённые приливными волнами и временем. Выступы были довольно большими и прочными на вид, но я пребывала в таком состоянии, что и на ровной-то поверхности устоять было сложно.