Глава 13. Шляпку помнёшь!

Евгения

– С ума сошла? – прошипела Анька, когда я привела её к высокой узорчатой двери с изображением драконов. – Забыла, как разозлился тэрр, когда мы там появились?

– Я бы тоже рассердилась, если бы кто-то зашёл ко мне в ванную комнату, – пожала я плечами и, осторожно оглядевшись, потянула собаку к входу. – Идём, она не заперта. Я осторожно разузнала, что и охраны никакой нет.

– И тебя это не насторожило? – удивилась собака.

– Обнадёжило, – шепнула ей, но Гуляева упёрлась всеми четырьмя, поэтому я терпеливо пояснила: – Ань, подумай сама. В этом мире есть магия, но владеют ею лишь ведьмы, да и то через своих фамильяров. Увы, нам с тобой этой силы не досталось… Но если посмотреть шире, на зверях свет клином не сошёлся. Например, наш благодетель явно заряжается через воду. Помнишь, как он светился?

– Завидно стало? – огрызнулась она и жалобно заскулила: – Жень, я не хочу светиться. Домой хочу!

– Так я и пытаюсь нас вернуть! – не сдержалась я. Опасливо оглядевшись, добавила тише: – Хотя бы попытаемся, Гуляева. Не просто же так мы появились именно в этой пещерке? Это явно место силы! Глупо не воспользоваться шансом.

– У меня плохое предчувствие, – поёжилась собака и, дрожа всем мощным телом, клацнула зубами. – Мне даже дурно стало! Ох, перед глазами темнеет…

– Это от голода, – хмыкнула я и тут же услышала характерный звук. Изумлённо восхитилась. – Ну и метаболизм у тебя, Гуляева! Чую, прокормить тебя в этом теле будет весьма непросто. Поэтому стоит вернуться как можно быстрее – представь, как тебя разнесёт, если ты привыкнешь столько есть…

– Идём скорее! – взвизгнула псина и, прихватив зубами край моей юбки, потянула к дверям.

Я иронично покачала головой, но поспешила за собакой. Не только чтобы остаться в одежде – мне не терпелось проверить свою теорию. Я очень медленно, боясь, что заскрипит и привлечёт внимание (ведь, по словам Вивека, входом из сада пользовались нечасто), приоткрыла дверь и скользнула в образовавшуюся щель.

Анька, царапая пол когтями, пыталась втиснуться, поэтому пришлось поспешить к ней на помощь. Совместными усилиями «фамильяру» удалось попасть внутрь. Я перевела дыхание и развернулась к озеру.

– Как ты додумалась?

Голос Ани гулко отозвался в сводах пещеры.

– Приснилось, – поведала я и осторожно подошла к воде. Заворожённо глядя в глубину, прошептала: – Будто я опустилась туда, а потом…

Сон был прекрасен! Я плавала и любовалась перламутровыми переливами своей светящейся кожи, а потом случилось самое чудесное. Я до сих пор помнила это непередаваемое ощущение полёта и бескрайней свободы.

– Что потом? – поторопила меня Гуляева.

– Вышла с другой стороны, – пояснила я, не зная, как выразиться иначе. – Обрела себя. Нам стоит попытаться, Ань. Возможно, это был вещий сон и с той стороны нас ожидает наш мир.

– Или иной. – Собака поджала хвост и отступила от ступенек. – Утонем – и дело с концом.

– Возможно, – вздохнула я и погладила её по мохнатой шее. – Но, с другой стороны, шансов выжить в падающем лифте тоже мало.

Она дёрнулась.

– Шляпку помнёшь.

Я понимала, что ей до чёртиков страшно, ведь я сама испытывала то же самое. В нашем мире, когда Анька подстроила мне западню, выбора не оставалось. Мы уже падали. А сейчас была нужна решимость. Но умирать не хотелось. Даже если это путь обратно…

Аня права – второго шанса нам могут и не дать. Утонем – и закончатся приключения. Мой яркий сон можно было интерпретировать и иначе. Свобода от тела и ослепительный свет, который влечёт к себе, – всё это часто описывалось теми, кто пережил клиническую смерть.

– Может, завтра? – почуяв моё состояние, с надеждой спросила Аня.

– Если сейчас отступим, потом точно не осмелимся, – деревянным голосом ответила я и судорожно втянула воздух в пылающие лёгкие.

Оказалось, что всё время, пока готовилась нырнуть, я и не дышала вовсе. Даже голова закружилась и ноги стали ватными. Почудилось, что над нами летают птицы… Кажется, от нехватки воздуха (или от страха) у меня начались галлюцинации. Чтобы не упасть, я схватилась за собаку.

– Да ты вот-вот в обморок грохнешься, – проворчала она и подтолкнула меня к выходу. Выталкивая меня из пещеры, псина пробурчала: – Тебе срочно надо на воздух!

Не имея сил сопротивляться, я практически повисла на Гуляевой. Благо собака была размером с телёнка, хоть катайся на ней! Одновременно испытывая облегчение от того, что не нужно нырять, и разочарование от собственной нерешительности, я обняла животное за шею и позволила вытащить в сад, где почти упала на трву.

Понимая состояние друг друга, мы просто молчали.

Одно дело, когда нет выбора. Но совсем другое – добровольно шагнуть в пропасть, не зная, что ожидает. Моей веры явно не хватило. У Аньки её и не было. Так мы просидели до тех пор, пока у меня перед глазами перестали плавать разноцветные круги.

Только я собралась подняться, чтобы несолоно хлебавши вернуться в гостевой домик, как услышал незнакомый голос:

– Это она, Лайд? Твоя ведьма?

Вздрогнув, я медленно подняла голову и при виде двух мужчин в роскошных одеждах похолодела. Сразу вспомнилось, что двери в пещеру мы не успели закрыть. И теперь, застуканные на месте преступления (то есть нового осквернения священного озера нашего хозяина), сжались в ожидании наказания.