Глава 14

Гулянье в таверне продолжалось до позднего вечера. Никто не хотел расходиться, люди дорвались до праздника, а концерт, который Гай, Айра и Скай устроили в мою, так сказать, честь никого не оставил равнодушным. Одно знаю точно, что счастливые и радостные воспоминания о неожиданном приезде в Латрас Гая Голоса, не просто как члена торгового каравана, а как знаменитого певца, будут греть всех, кто там тогда присутствовал, до конца жизни.

Несмотря на уговоры Балмаара на ночь в городе мы не остались, уехали в Тухлый дом. И хотя утром перед отъездом Дайк хорошо накормил наше хозяйство и оставил каждому еды на целый день, и Бумер, и летуны, и даже наша Чернушка встретили нас жутко голодными, наверно, они просто очень скучали. И только после того как мы разобрались со всей живностью, удалось вернуться к осмотру нового шрама на моём многострадальном теле.

Растопив плиту, Дайк варил какую-то заживляющую мазь, а я, при свете масляных фонарей, разглядывала свежевыжженную отметину, да и сам браслетик: «Тан говорил, что он заряжается, как аккумулятор или батарейка… И похоже, что уже полностью зарядился, все буквы надписи пожелтели. Из чего же он всё-таки сделан? Что за материал такой уникальный? Какой-то энергетический накопитель, что ли?» Я крутила браслет так и этак, согревала в ладонях, чтобы немного растянуть, но ничего нового, того, чего раньше не видела, не обнаружила.

Дайк закончил химичить и, присев рядом, принялся обмазывать метку какой-то жирной мазюкой.

– Скоро заживёт, – проговорил он, перевязывая мою конечность. – Ожог не слишком глубокий. Сколько же всего происходит, Кари… Ну и денёк сегодня выдался! – и прочесал пальцами тёмно-русые волосы. – Метка, голос Гая и песня… Она до сих пор у меня звучит внутри. Никогда не забуду!

Дайк приложил ладонь к груди, а я отмахнулась:

– И ты туда же… Может, хватит?

– Когда ты, наконец, сама это признаешь? Ведь Гай спел чистую правду. Эта песня вся про тебя! Каждое слово, каждая интонация и даже музыка отражает твою суть!

Проведя ладонью по немного шершавой от проступающей щетины щеке, я прижала палец к его губам:

– Молчи. Не говори ничего об этом, пожалуйста… Может, когда-нибудь я соглашусь и с песней, и с тобой, а пока пойдём-ка лучше спать, я устала…

Открыв глаза, я уставилась в зелёные немигающие блюдца и, откинув лоскутное одеяло на лежащего рядом Дайка, повисла на ангалине. Он сидел неподвижно и пялился на нас.

– Максик! Ты вернулся!

Я тискала ещё мокрого друга, а он, находясь в любимой позе каменной статуи, никак на это не реагировал. Почувствовав движение позади, я обернулась. Дайк тоже проснулся, но лежал спокойно, глядя Максу прямо в глаза.

– Макс, прости, мы обещали… – и, схватив его голову, повернула к себе.

Ангалин глубоко вздохнул и прошипел:

– Я так и з-з-знал. Вот з-з-знал, что так и будет, хотя… и с-с-сам бы наруш-ш-шил, наверно…

– И ты не обижаешься? – я продолжала его пытать.

Макс улыбнулся:

– Нет… Только теперь моя очередь с-с-с тобой с-с-спать! – Дайк за спиной захохотал.

Пока в утреннем тумане мы спускались к морю, где Макс оставил своих соплеменников, он успел рассказать, что умудрился даже встретиться с Рексом, и самый главный ангалин одобрил его действия, пообещав поддержку и помощь, если нам удастся раздобыть «слёзы богов» и как можно больше золота. А также сообщил, что его отец очень хочет познакомиться со мной, так как пришёл к выводу, что с моим появлением в жизни одного из его сыновей начали происходить события, предположить которые никто не мог. И он, так сказать, официально приглашает меня нанести визит в обиталище Рексов, тем более что уже несколько веков, как нога ни одного человека не ступала на Большие Дрейфующие Острова.

С Небесных островов с Максом прибыло десять ангалинов, и среди них было три самки, вернее, ангалинские девушки, называть их самками как-то не совсем правильно, на мой взгляд. Девушки ангалинов отличались более длинными и тонкими телами, меньшими размерами головы и формой глаз, более раскосой, чем у противоположного пола, а также небольшой грудью с крупными сосками, которые проступали из шерсти, и эти аппетитные формы очень красиво выделялись в перекрестье заплечных мечей.

Заметив знакомую крапчатую среди этого множества серых и почти чёрных чешуйчатых шкур, длиннющих хвостов и клыкастых голов, я приветливо махнула ей. Она сверкнула янтарными глазами и широко улыбнулась.

– Твоя знакомая, Сайшаала, – усмехнулся Макс. – Между прочим, сразу согласилась пожить на берегу.

«Значит, будет Саша!» – радостно подумала я.

Все ангалины были вооружены, с заплечными сумками, пристёгнутыми к спинам, а некоторые и в нагрудных доспехах. Когда мы приблизились, то десять голов повернулись, а десять пар глаз с любопытством и интересом уставились на меня, Дайка и Бумера, который опасливо выглядывал из-за моих коленей. Ящеры довольно долго нас рассматривали и усиленно принюхивались, шевеля подвижными ноздрями, пока Макс не заговорил.

Я сразу и не сообразила, что говорит он не на окатанском, на котором разговаривал со мной и Дайком, а на своём родном языке, языке ангалинов. Я-то всё прекрасно понимала, а вот Дайк хлопал глазами и слушал эти присвисты, пришёптывания и щелчки с абсолютно глупым видом. Даже подумалось: «Вот-вот… Теперь и ты, мой дорогой Нянь, побудь на моём месте. Почувствуй, каково это, когда один ты не понимаешь, что говорят вокруг». Будто в ответ на эти мысли, Дайк дёрнул меня за рукав и прошептал на ухо:

– Ты понимаешь, о чём они разговаривают?

– Конечно… – и начала потихоньку переводить.

А Макс, словно какой-то вождь или генерал, напутствующий своих солдат на великие подвиги, говорил о том, что им выпала великая честь быть первыми ангалинами, которые за столь долгое время будут охранять человеческое поселение. Что наконец-то становится понятен древний, священный завет ангов, и что, несмотря на безразличное в целом, а часто и недоброе отношение людей, ангалины чтут память предков, и давнее пророчество о пути, который начнётся на Востоке, сбывается.

Услышав это, я вздрогнула: «Пророчество?! О пути, который начнётся на Востоке?! А ведь Макс о нём и словом никогда не обмолвился! Ох, как бы всё это плохо не закончилось! Ещё и года нет, как я на Окатане, а уже влезла в такие древние дела, что догадаться, как дальше могут развиваться события, никак невозможно. И ведь обратно уже не повернёшь… А может, ящерам только того и надо было, чтобы попасть на территории людей? И Тан молчит, куда же он подевался? Почему не отвечает?! Как же не хватает его подсказок! Ангалины здесь, золото отчеканено, отступать поздно…»

Склонив передо мной голову и уже на языке людей, Макс произнёс:

– Моя шаари, нанимаеш-ш-шь ли ты ангалинов на с-с-службу?

Собравшись с духом, я чётко ответила:

– Нанимаю.

– Соглас-с-сна ли оплатить работу з-з-золотом?

– Согласна, – и протянула Максу мешок, туго набитый новенькими золотыми рандами.

Ангалины заулыбались, а некоторые выразили своё одобрение звонкими свистами.

– Ну вс-с-сё… – и Макс расслабился. – Торжес-с-с-ственная час-с-сть окончена.

Я склонилась над ним:

– Что за пророчество?

– Потом, вс-с-сё потом, – и он хитро прищурился. – Сколько рандов получилос-с-сь?

– Здесь пол-окмиля, остальные я Балмаару оставила… Я же тебе говорила…

– Пол-окмиля! Прекрас-с-сно! – зелёные глаза сверкнули. – Каж-ж-ждому из охранников почти на два года хватит.

Издав пронзительный свист, Макс махнул головой и начал подниматься к дому. Мы трое – я, Дайк и Бумер – застыли на месте.

– Чего вс-с-стали? Пос-с-селим охрану в тренировочной пещ-щ-щере, а как уедем, они в доме будут ж-ж-жить и во дворе. Или ты против?

Я глянула на Бу, потом на Дайка, который пока выполнял функции немого сопровождения, и кивнула:

– Не против, наоборот… Только им нужно показаться в городе, познакомиться, так сказать. И сделать это надо красиво, чтобы население прониклось.

– Думаеш-ш-шь?

– Уверена. Появление твоих соплеменников должно быть эффектным, чтобы вызвать у людей правильную реакцию, ведь жить им здесь довольно долго.

Макс немного задумался, а потом оскалился:

– Ну так обс-с-судим!

И почему в эту секунду возникло ощущение, что я говорю не совсем с Максом, вернее, с ним, но каким-то другим, более значительным, что ли, имеющим влияние… Пока мы шли к дому позади десятка ящеров, я всё размышляла над переменой, которая случилась с моим чешуйчатым другом.

Прошло чуть больше недели, а Макс вернулся каким-то не таким. На первый взгляд ничего не изменилось, однако перемены были, пусть и почти неуловимые. Он то ли принял какое-то решение, то ли возложил на себя какую-то миссию… А как на него смотрели остальные! Будто на героя или вождя! О чём же он говорил с Рексом и что за пророчество такое?! Глянув на Дайка, я прошептала:

– Уж не поторопилась ли я ангалинов в охрану нанять? Как-то уж очень они довольны… И так быстро приплыли…

– Но других вариантов пока нет и уже поздно что-то менять… – также тихо ответил Дайк. – Что тебя беспокоит?

– Не знаю… Пророчество какое-то всплыло… Макс ничего о нём не говорил…

– Я думаю, он всё объяснит… Разве есть причины не доверять ему? – он немного подождал, дожидаясь ответа. – Кари, что-то случилось? Ты как-то очень задумчива… А ведь и твой караван приехал, и Макс вернулся…

Я опустила глаза:

– Слишком много всего случилось за последнее время. Зимой мы жили тихо, спокойно, сами себе, а тут очень быстро жизнь начала набирать обороты. И метка эта родовая… Как браслет мог такое сделать? Ума не приложу…

И дом, и пещеры ангалинскому отряду очень понравились. Они оценили и относительную удалённость от города, и близость к морю, и просторный двор, а запах сероводорода их, как когда-то и Макса, ничуть не смутил.

Дайк отправился в город предупредить Балмаара, что охрана прибыла и скоро в полном составе приплывёт через бухту знакомиться. А пока во дворе ангалины расположились на отдых после долгого заплыва. Я вцепилась в Макса с расспросами. Он тыкался в меня мордой, стискивал хвостом и сиреневым сиянием выражал всю степень того, как же он соскучился.

– Что за пророчество, Макс? Почему раньше не говорил?

Он хитро прищурил один глаз:

– Потому что не з-з-знал…

– Не знал?!

– Это тайное пророчес-с-ство, которое з-з-знает только Рекс-с-с… Оно нигде не запис-с-сано и, откуда взялось, никто не помнит. Когда Рекс-с-с выбирает нас-с-следника, то сообщает будущему правителю его ус-с-стно. Вот так оно и дош-ш-шло до нас из глубокой древнос-с-сти…

– И что конкретно в нём говорится?

Макс притянул мою голову к себе и зашипел в ухо:

– И всё?

– Вс-с-сё.

– И ты думаешь, что эта шарада применима к нашей ситуации?

– Отец уверен, и я с ним соглас-с-сен. Очень долго Рексы не могли понять, к чему оно с-с-сказано и что точно з-з-значит, кроме того, что путь ангалина начнётся на Вос-с-стоке. Я ведь отца во всё пос-с-святил, всё рассказал о том, что уз-з-знал благодаря тебе, да и про тебя тоже… всё… – он стиснул мою ногу и заглянул в глаза. – Не обиж-ж-жайся только…

Я погладила крупные чешуйки и провела пальцем по глубокой серповидной царапине на его лбу:

– Ну рассказал и рассказал, ты же у меня болтун…

Он хихикнул и положил тяжёлую голову на моё плечо.

– А почему Рекс рассказал пророчество? Он тебя в наследники выбрал?! – опомнилась я.

– Не выбрал. Ему ещё рано об этом думать… Прос-с-сто после всех моих рассказов Великий Ангалин Рекс-с-с понял, что приш-ш-шло время! Потому что никогда ангалины не имели здес-с-сь, на Вос-с-стоке, никаких интересов. Крупных рек, по которым можно углубиться в территорию людей, здес-с-сь нет. Оба Храма очень далеко, и отсюда, с восточного побережья, ни до одного из них не добраться. А ведь мы в Храм за «с-с-слезами» да и за з-з-золотом именно с Вос-с-стока отправляемс-с-ся. Отец уверен, что пророчество об этом… Мы начинаем свящ-щ-щенный путь, ты понимаеш-ш-шь?!

– Макс, в отличие от тебя и твоего народа, я никакого священного трепета не испытываю. Дорога нам предстоит дальняя, а в нынешнем положении и очень опасная, только меня не это беспокоит… Твой отец готов положить твою жизнь на алтарь разгадок священных тайн Великих ангов, и ты можешь стать очередной жертвой, как это было уже не раз… А я, получается, сама тебе в этом помогу…

Он резко вскинулся и уставился в упор:

– Ты что, передумала?!

Стиснув лапу Бумера, который лежал позади и опасливо поглядывал на расположившихся на весеннем солнышке ангалинов, я тихо ответила:

– Нет, не передумала. Я уже не могу передумать… Я – эн Матвэй, и должна разобраться, что здесь происходит. И уже неважно, сколько на это понадобится времени.

Макс продолжал смотреть на меня: внимательно, пристально, будто пытаясь проникнуть в самую глубь, в самые сокровенные мысли.

– Тут произошло кое-что, пока тебя не было… – и, стянув жилет, я достала руку из туники. – Смотри…

Не только он, но и несколько ближайших к нам ящеров, в том числе и моя знакомая крапчатая, слегка приподнявшись, мелкими шажками приблизились, вытянув шеи. Вот любопытные, лежали и подслушивали! Я развернула повязку. Стараниями Дайка ожог заживал: красноты и опухоли не было, а сама метка покрылась корочками. Макс чуть ли не вплотную приблизил голову и его глаза смешно сошлись к центру.

– Это что?!

– Догадайся…

– Метка?! От… от… откуда?!!

Вполне подробно я поведала другу, как всё было, и почему-то, пока рассказывала, не могла унять внутреннюю дрожь, странное ощущение, что случилось ещё нечто, только что, совершенно не понятно. Будто предчувствие какого-то важного события, которое произошло или ещё произойдёт. К концу повествования весь отряд ангалинов окружил нас плотным кольцом.

– Ты – эн Матвэй!!! Настоящ-щ-щая!!! – прокричал Макс.

– Ну не совсем… Я же с ней не родилась…

– Настоящ-щ-щая! Настоящая, Кари! – продолжал он вопить. – Эта ш-ш-штука древняя, очень древняя, может, от с-с-самих Великих ангов дос-с-сталась этому роду! И она приз-з-знала тебя! Признала за с-с-свою!!!

Дальше он понёс какую-то ахинею про мудрость, силу и величие ангов, которые оказались сильнее богов; про то, что с моим появлением начали открываться древние тайны, что наш поход за «слезами» и золотом – это священный путь, который приведёт его народ к счастью и процветанию.

Я же окончательно уверилась, что папочка хорошо прочистил Максу мозги и специально о пророчестве рассказал. А также внушил, что на Макса отныне возложена великая миссия по спасению всех и вся. Только вот мне что теперь с этим делать?! Макс не отступит, и я должна быть рядом, чтобы хоть как-то защитить или повлиять на него. Нужно встретиться с Мозгом! Обязательно! И как можно скорее, а то от всего крыша поедет окончательно!