Глава 15

— Он уснул.

— Ему снотворное дали. Правда, сопротивлялся… Всё куда-то рыпался.

Диму Ирина нашла во второй гостиной, что поменьше. Он сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел в окно.

Сумерки наступали медленно, тягуче. Солнце неспешно садилось за горизонт, окрашивая его багровыми бликами.

Ирина переступила с ноги на ногу, потом всё же прошла в комнату и присела на край кресла, которое стояло напротив темно-синей софы, где расположился Дмитрий. Мужчина следил за её приближением. Пусть его поза с первого взгляда и казалась расслабленной, но впечатление было обманчивым.

На Диме были простые, домашние спортивные штаны серого цвета и футболка с обрезанными рукавами, полностью обнажающая крепкие плечи. Ирина покосилась на них.

Сильные…

Она помнила, как прикасалась к ним.

Ирина положила руки на колени и негромко сказала:

— Спасибо, Дим.

Она так его и не поблагодарила за освобождение брата.

Внутри неё весь день зрело напряжение. Казалось, должно быть наоборот. Олег жив, относительно здоров. А её штормило. Она снова и снова обнимала брата, не веря, что они вместе, что вот он, сидит рядом. За прошедший год Олег сильно изменился, загорел, заматерел. Взгляд более серьезный, глубокий. Недоверчивый. Лишь когда он смотрел на неё, взгляд смягчался.

Олег пытался держаться, но она видела, что он едва стоит на ногах. Поэтому после осмотра врача, которого опять же пригласил Дима, Олега отправили спать.

— Мы потом поговорим. У нас теперь много времени впереди.

— Да, теперь много, — сказал Олег, отводя взгляд.

— Олеж… Всё уже хорошо.

Ей очень хотелось снова кинуться к брату, прижаться к нему крепко-крепко. Нельзя. Он сильно побледнел и зашатался, когда она утром к нему бросилась. Обнял, а у самого слезы на глазах выступили. И она не была уверена, что они продиктованы только радостью встречи.

Спал брат урывками. Врач осмотрел его по приезду. Сказал, что приедет завтра. Потом привезли медсестру, красивую мексиканку не старше самой Ирины. Увидев её, Олег засмущался, а потом начал грубить. Ирина сначала расстроилась, не понимая причину агрессивности брата. А потом, заметив, как он снова и снова смотрит на медсестру Химену, поняла причину. Она ему понравилась. Сразу же. Бывает, наверное, и такое.

Как-то… слишком много всего.

Теперь Дима.

Она должна с ним поговорить.

Ей не нравилось определение «должна». Но оно как нельзя лучше подходило.

Коваль не тревожил её весь день. Он появлялся и уходил, коротко отдавая приказы. Мужчины из ОБР не жили на ранчо, чему бесконечно радовалась Ирина. Впрочем, как и Иван. Присутствие этих людей под одной крышей с ней очень сильно напрягало бы Ирину.

Остались двое бойцов, остальные уехали куда-то. Куда — даже спрашивать не хотелось.

— Ирин, мне ничего не стоило помочь тебе, — спокойным и ровным голосом отозвался Дима, не изменив положение тела.

Интуитивно Ирина чувствовала, что мужчину что-то беспокоит. И она так же тревожилась: не связано ли это беспокойство с её братом. Девушка сплела пальцы в замок, пытаясь контролировать тревогу, что вихрем поднималась в душе.

— Неправда. Ты заплатил деньги. Много денег. Перелет сюда чего стоит. А выкуп? — она поджала губу.

Уголок рта Дмитрия едва заметно дернулся кверху.

— Забудь.

Иногда лаконичность Коваля выбешивала Иру.

Честно!

Во-первых, она сразу превращала его в немногословного Сталкера.

Во-вторых, Ирина жаждала информации, а ей никто ничего не говорил. Да и кто ей что скажет, если с врачом, медсестрой и домработницей Ирина общалась через Диму? Тот переводил. Оказывается, он неплохо знал испанский.

Дмитрию дали прекрасное образование.

А у неё что?..

Что у неё — не имеет значения. Она старается, как может.

— Как забыть, Дим? — негромко спросила Ирина, подавшись вперед. — Я не могу.

Мужчина чуть прищурился, и сразу холодок коснулся спины Иры. За прошедшие дни девушка привыкла, что он смотрит на неё мягче. Сейчас же… Слишком сосредоточенно. Слишком… жадно.

— Пойдем прогуляемся.

Его предложение оказалось неожиданным.

Ирина медленно кивнула. На самом деле, ей тоже хотелось размяться. За Олега она не переживала — с ним Химена. Как она поняла, медсестру наняли на круглосуточное дежурство, выделив комнату, смежную с комнатой Олега. Если брату что-то понадобится, Химена окажет ему квалифицированную помощь.

Более того, Ирине показалось, что пока Олег не готов разговаривать с ней. Ему тоже надо адаптироваться, понять, что весь ужас закончился, и что ему больше ничего не угрожает.

Не угрожает же?.. Этот вопрос терзал Ирину. И ответ на него мог дать только Дмитрий.

Молодой мужчина поднялся и протянул ей руку. Ирина вложила свою без колебания.

— Пойдем. Я тоже буду рада подышать свежим воздухом. Быстро день пролетел, я вроде бы только проснулась, а уже вечер.

Она затрепетала, когда Дима потянул её на себя. Ирина переступила с ноги на ногу, замялась.

Он снова рядом. Очень близко. Она чувствовала жар его тела. Запах кожи. Голова у Ирины слегка закружилась, но девушка сослалась на слабость и нервное напряжение. Последние недели выдались крайне насыщенными.

Зато Ирина поймала себя на следующей неожиданной мысли: ей нравилось, что Дима взял её за руку.

Тут, в незнакомом крае, его присутствие рядом воспринималось иначе. Ирина даже попрекала себя. Её сознание словно разделилось надвое. Одна часть старательно снова и снова воспроизводила всё то, что Дима с ней сделал. Называла его негодяем, эгоистом и… насильником. Вторая настырно твердила, что Коваль сдерживался, сколько мог, и что Иван поспособствовал тому, что произошло между ними. А если откинуть ту сцену, каким она видела Диму?

Вот каким? Начистоту!

Ирина боялась отвечать конкретно на этот вопрос.

Дмитрий был сильным мужчиной, знал, чего хочет. Не так уж и плохо, если разобраться. Мало ли Ирина встреча мужчин, что метались в жизни? Слонялись без дела, постоянно на кого-то жаловались? Не на себя. Они-то как раз красавчики, а вот жена-начальник-подруга-тот-козел, определенно, виноваты в чем-то. Каждый день. Изо дня в день. Ирина росла, слыша разговоры друзей брата. Потом до неё доносились размышления мужчин с работы. Много инфантильных речей, мало дела.

Одной из причин, почему она костьми не легла, когда Олег собрался в Мексику — его решительность. Он хотел изменить свою жизнь. Пусть и говорил, что их. Ирина в мужчинах ценила именно решительность. Сказал — сделал. Иногда даже без «сказал». Когда-то давно Ира для себя решила, что ей нравятся именно такие мужчины. В её голове, к сожалению или к счастью, сложился определенный образ, и она не хотела его изменять.

Только Ирина не предвидела одного.

Мужчина в её фантазии, несмотря на волевые качества, обладал спокойным и уравновешенным характером. Даже мягким. Женщинам как? Подавай альфа-самца, а с ней чтобы непременно был лапушкой. Не бывает так.

Никак.

Если мужчина берет на себя ответственность за бизнес, отношения, женщину, то по полной.

Остальное — фантазии барышень.

Они вышли из дома и, ничего не говоря, направились по тропе к небольшим зарослям.

На Ирину снова накатило дежавю. Он, она и… тишина между ними. Смущала ли тишина когда-то Ирину? Наверное. А может, и нет. Её больше смущала неизвестность, она ничего не знала о Сталкере. Даже помощь предлагала.

Он не нуждался. Теперь она понимала почему.

Нравилась ли ей его уверенность в себе?

Черт. Скорее да, чем нет.

— Ты улыбаешься, это хорошо, — негромко заметил Дмитрий, переплетая их пальцы.

Ирина не сопротивлялась.

— Я счастлива, — честно призналась она. — С Олегом всё хорошо, и…

— Только попробуй ещё раз сказать мне спасибо или то, что ты мне благодарна, и я, женщина, не сдержусь.

Он вроде бы сказал полушутливо, но отчего-то мурашки побежали по коже Ирины.

От предвкушения.

Что-то с её головой сегодня происходило неправильное.

Эти реакции… Мысли.

Точно стокгольмский синдром настиг её.

И где? В красивейшем месте мира.

— Я не люблю быть обязанной, — опустила голову, делая вид, что заинтересовалась красноватой дорожкой.

Дима усмехнулся и чуть сильнее сжал её руку.

— Ты мне ничем не обязана, Ириш. Я хотел помочь — помог. Всё.

— Но деньги…

Он остановился и резковато дернул её на себя. Ира вскрикнула, запутавшись в собственных ногах. Сильные руки удержали её, чтобы в следующую секунду прижать к себе. Одна ладонь распласталась на затылке и прижала голову Иры к груди. Ирина сразу же услышала учащенное мужское сердцебиение.

Получалось, она оказалась права, и его спокойствие напускное.

— Ты меня бесишь, девочка. Честное слово, — прошептал он ей куда-то в волосы, усиливая ощущение жара по коже. — Должна… Должна… Ты хочешь, чтобы я с тебя стребовал долг? Ириша, ты хотя бы понимаешь, как сильно меня провоцируешь? И как меня выворачивает от твоих слов? Я снова на грани. Я хочу, чтобы ты перестала меня воспринимать, как абьюзера, но, черт… Детка, ты снова и снова нас скатываешь в эту плоскость.

Ирина вместо того, чтобы напрячься или, как вариант, испугаться агрессивных ноток в его голосе, продолжила улыбаться, на этот раз пряча улыбку на его груди. Чувствовала она себя странно. И эта странность ей нравилась.

Наверное, в психологии есть определение её поведению. Когда слишком долго пребываешь в напряжении, а потом оно отпускает тебя. Решаются многие проблемы и не о чем больше волноваться. А вроде бы надо волноваться… Как это так?! Последние месяцы жила в постоянном напряжении, думах, и тут раз — и ничего нет.

Только ощущение нескончаемой легкости.

Она ничего не ответила.

Не хотела.

— Не тереби во мне зверя, Ириш. Правда… Ты даже не понимаешь, что со мной творится. Я же знаю, что стоит мне чуть поднажать, и ты ляжешь под меня. Снова насильно. А я… Мля, я так не хочу. Слышишь?

Его последний вопрос оглушил её, хотя он его произнес едва ли не шепотом.

Ирина слышала.

Всё.

Каждое его слово.

И каждое не оставляло её равнодушной.

Ирина кивнула, как могла. Дима продолжал удерживать её затылок, впечатывая в себя.

— Что будет дальше? А хрен знает. Я весь день спрашиваю себя об этом. У меня есть вариант, но он тебе не понравится.

Ирина заерзала и частично освободилась. Она не вырвалась из захвата рук, просто задрала голову.

— Ты не отпустишь меня.

— Нет.

Лицо мужчины выглядело сосредоточенным. Ни тени улыбки или мягкости.

— Озвучь, — она хотела знать.

Дима в привычной своей манере скривил губы и, нагнувшись, поцеловал её в лоб.

— Рано ещё.

— В смысле?!

Ей даже возмутиться не дали, снова развернули и повели дальше прогуливаться.

Ира моргнула несколько раз, не понимая, что сейчас было.

А когда не рано будет? Когда они вернутся в Россию?

И ещё…

Она помнила, что они не предохранялись. В ту ночь.

И его слова она тоже помнила.

Склон оказался довольно крутой.

— Осторожнее.

Дима спустился первым и страховал её. Ирина переступала ногами осторожно, но всё же оступилась, правая нога поехала, и девушка не удержала равновесия.

Сначала Дима её поймал. Она охнула, сильнее вцепившись в мужчину. Падать всегда страшно. Это дети маленькие упадут, кажется, всё, переломали себе кости, руки-ноги точно. А, нет, встали, отряхнулись, в худшем случае похныкали и дальше побежали играть.

То, что её подстраховали было замечательно. Не успела Ирина об этом подумать, увидела, как меняется взгляд Димы. В его глазах сверкнул озорной блеск, так резко контрастирующий с непроницаемой маской, которую он примерил на себя последние дни. Ирина даже не успела сообразить, к чему бы это, как её начали заваливать.

Самым бессовестным способом.

— Дима! — только и успела вскрикнуть она, продолжая цепляться за литые плечи.

Черти в серебристых глазах довольно взвизгнули, одобряя действие хозяина.

Земля ушла из-под ног, как Ира ни старалась. Тут она была бессильна. Потому что некто иной решил, что им пора перейти в горизонтальную плоскость.

Ирина не ударилась, её опрокидывали очень мягко, удерживая за талию и оберегая голову, снова зафиксировав ладонь на затылке.

— Черт, ты…

Ирина не могла сдержать эмоций. Когда её в последний раз так бесцеремонно подсекали и опрокидывали навзничь? В детстве, когда бесились зимой с Олегом, с их компанией. Там мальчишки кидали в снег, и желательно по самую буйную головушку, чтобы выбираться потяжелее было.

Здесь Ирина упала в мягкую душистую траву. Абсолютно не колючую, не доставляющую дискомфорта.

Девушка не успела перевести дыхание, не успела понять, что произошло, как тяжелое тело Димы опустилось на неё сверху. Одной рукой он продолжал оберегать её затылок, вторую упер по левую сторону от её плеча.

Его глаза оказались очень близко.

И губы…

И дыхание.

Рядом.

Дима не целовал её. Смотрел. А у Ирины разжигался какой-то странный, даже пугающий огонь в груди.

Если бы её спросили в тот момент: чем она руководствовалась, когда потянулась к нему? Ира ответила бы, что чем угодно, только не благодарностью.

Она видела перед собой привлекательного мужчину. Жесткого. Властного. Так заложено природой. Самка всегда выбирает самого сильного. Никуда от природы не денешься.

И ведь он ей нравится. Дима. Есть в нем нечто притягательное. Опасное. Между тем, заглядываешь в посеребренные поволокой глаза, видишь своё отражение и тонешь в эмоциях.

Не в своих.

Она потянулась первой. Дима ждал.

Именно ждал. Смотрел и рвано дышал, отчего его плечи, казалось, становились ещё шире. Рук с них Ирина не убрала. Не хотела.

Она осторожно, не доверяя себе, дотронулась до губ Димы. Слегка обветревших, чуть шершавых. Пахнущих мятой и ещё чем-то, какой-то травой, Ирина не могла определить. Дима не двигался. Его крупное тело замерло.

Ирина пошла дальше.

Дотронулась. Прикоснулась. Прижалась.

Да-а-а…

Видимо, внутри что-то лопнуло. Какой-то невидимый канат, что натягивался последнюю пару лет. Наматывался, захватывая чувства Ирины в плен. Сжимая их. А сейчас медленно, не желая сдавать позиций, трещал, лопался сразу в нескольких местах.

Ирина выдохнула и сильнее прижалась к Диме, пробуя его. Уже сама.

Пусть сегодня случатся они.

Потому что она хотела.

Чувствовать жар его тела…

Его обнаженную тяжесть…

Его всего.

Дима продержался недолго. Как только она провела языком по его губам, рыкнул и сразу же подался вперед, вжался в неё бедрами, вклиниваясь одним бедром между колен Ирины. Девушка ахнула. Лавина жара, что вспыхнула в трусиках, грозилась испепелить не только его, но и её.

Поцелуй мгновенно перерос в нечто большее. Они впились друг в друга, едва не кусаясь. Ирина впустила его язык себе в рот. Он прошелся по её зубам, дотронулся до её языка, а потом начал трахать. В прямо смысле. У Ирины, казалось, задрожало всё. Её бросало то в жар, то в холод. Она потерялась в новых ощущениях… которых оказалось очень мало.

Ничтожно.

Ирина жадно цеплялась за мужские плечи, царапалась. В какой-то момент Дима оторвался от неё, стянул футболку с плеч, и девушка сразу же прижалась губами к разгоряченной, чуть солоноватой коже. Да… То, что ей требуется здесь и сейчас.

Руки Димы тоже не бездействовали. Он задрал подол её платья и нырнул в трусики. Ирина не сопротивлялась.

Напротив.

Приподняла бедра, обеспечивая больший доступ.

Его пальцы дотронулись до лобка и сразу внутрь, между мокрых, сочащихся влагой складочек.

Ирина выгнула шею, откинула голову назад.

Зажмурилась. Крепко-крепко. А потом впилась ногтями в спину Дмитрия. Его пальцы были внутри Ирины, они проникали сначала осторожно, потом всё более увереннее. Его губы целовали её шею, ключицу, ловили сосок. Ирина снова и снова гладила плечи мужчины, то спускалась вниз, к пояснице и бедрам, то зарывалась в коротких темных волосах. Один раз не выдержала, захватила их, оттянула назад. Дима глухо зарычал, поддался.

Их взгляды снова встретились. Серебро плавилось на глазах.

Ирина снова прижалась к мужским губам, не в силах совладать с потребностью чувствовать его.

Во всем виновата Мексика… этот город… этот вечер… Только они.

Послышался треск рвущейся ткани. Ирина позже поймет, что это были её трусики.

Её платье оказалось полуспущенным, сбившимся на груди и на талии. Бюстгальтер тоже остался болтаться, правда, расстегнутым. Происходило странное в восприятии Ирины. Мир сместился. Ушёл в сторону, за грань.

В груди всё сильнее разгорался огонь.

Дима приподнялся, окинул Ирину взглядом, полным лихорадочного блеска, и приспустил штаны, высвобождая член.

Ирина облизнула пересохшие губы. Ей нравилось то, что она видела. Подрагивающий красивый член с розовой головкой. И с не менее красивой жемчужной каплей.

Он провел рукой по нему. Сжал головку.

А потом направил в Ирину.

Боялась ли она?

Да.

Хотела ли она?

Да.

— Я осторожно, — с внутренним надрывом, смотря ей в лицо, сказал Дима и вошёл в Ирину.

Она ему поверила.

Она ему доверилась.

Здесь, под голубым небом Мексики, где ещё витал дух старых недобрых богов. Где люди от рождения обладали ярким страстным темпераментом.

Она приняла его. Его любовь. Его чувства.

И раскрылась сама.

Было… немного больно. Чуть-чуть. Боль сразу же ушла. Дима не двигался, смотрел на неё. И целовал. Осторожно. Лоб, губы, щеки, глаза.

— Как ты… скажи…

— Дим… двигайся…

Она опустила руки на его бедра.

— Скажи мне, — потребовал он снова.

Ирина прикрыла глаза и выгнулась.

— Хорошо… мне… Да, хорошо…

Она не врала.

Её слова послужили спусковым курком. Дима задвигался. Сначала плавно, внимательно наблюдая за ней. Сам он давно покрылся испариной. Осторожнее… ещё осторожнее… А вот теперь можно до конца.

Ирина стонала громко, в голос. Ей было мало. Внизу, между бедер, пылало, и когда оргазм накрыл её, она оказалась неготовой. В очередной раз прижалась к Диме, дрожа всем телом.

Он последовал за ней почти сразу же. Толчок. Ещё одно проникновение.

И замер, тяжело дыша.

— Снова в меня, — едва слышно прошептала Ирина, не разжимая объятий.

— Снова в тебя, — довольно подтвердил молодой мужчина, сильнее прижимая её к себе.

Чтобы уж наверняка.