Глава 14 «Радон»

На въезде в приграничный город Радон творилось адское столпотворение. Пыль, ржание лошадей, людская ругань... Все смешалось в тот момент. Охранники гнусавыми голосами требовали сохранять спокойствие и увещевали торговцев, что это лишь плановая проверка , которую учредил Его Величество (а потому избежать ее никак нельзя). Причины подобного досмотра , тем временем, не уточнялись.

Одни говорили - дело в террористах, вторые рассказывали о шпионских схемах против нынешней верхушки власти. Были те, кто строили теории о дворцовом перевороте и незаконнорождённых королевских бастардах, а особо отчаянные так и вовсе твердили, что от Ледяного сбежала любовница. Или ее похитили? Тоже вариант.

Так или иначе, ясно было одно: торговые повозки досматривались, как и личные вещи приезжих . Личная гвардия Его Величества лютовала на территории всего Объединённого Севера, что заставило многочисленные преступные группировки схорониться в подполье, проклиная то, что заставило правителя так внезапно мобилизоваться.

Охранник вздохнул, лениво скользнув взглядом по очереди из горожан, которые выбирались за приделы Радона, а теперь возвращались обратно. Их досматривали не особо внимательно, потому как большее внимание уделяли чужакам. Очередь перешла к горбатой старухе , замотанной в чёрные тряпки, так ещё и слепой. Она опиралась на трость, больше часа находясь в этой очереди, но не жаловалась и не просила пропустить вперёд в силу возраста.

— Воршула, и ты вернулась? - миролюбиво спросил охранник, разглядывая ее. Эта дамочка появилась тут неделю назад, отколовшись от каравана степняков. Осела старуха временно, это все знали. Она и не скрывала, что ждёт корабля , который бы из Радона шёл в далёкие земли. Чтож, такие крупные корабли бывали у них не часто, стоило признать.

Воршула была гадалкой, но по пустякам не дурила. Раскладывала карты в цветном шатре, иногда по руке гадала. Охранник слышал, что она чем-то угодила местному преступному миру. То ли лекарство достала, то ли сильный яд сварила, о подробностях он не слыхал (да и не стремился, меньше знаешь - крепче спишь).

— Куда я денусь... - в ее скрипучем голосе сквозила усмешка. Не смотря на визгливые нотки, порой в тоне старухи звучала поистине молодецкая удаль. Волосы ее были чёрные, грязные и растрёпанные, но для степняков подобное в порядке нормы. Они седели поздно, а Воршуле, по прикидкам, было около пятидесяти лет, никак не больше.

Хотя, вполне возможно, что это горбатость ее портила, да крайняя степень запущенности. Были в городе те, кто считали, что Воршула намного моложе того возраста, который ей приписывали.

Но охраннику, конечно, было все равно. Он имел договорённости о том, чтобы пропускать старуху без тщательного досмотра.

— Твой корабль, говорят, через три дня придёт. Ну, куда тебе плыть? Оставайся в Радоне, здесь все тебе рады.

Серая повязка, скрывающая взгляд Воршулы, чуть дёрнулась (а может ему и показалось, все возможно ).

— Хе-ех... Мне предначертано жить в ином месте. Такова судьба, - ее голос прервался хриплым кашлем, после чего старая женщина исчезла в черте города, прижимая к боку тканевую сумку. На миг из - под повязки сверкнуло золотом, но она тотчас воровато поправила эту важную деталь.

 *  *  *

Когда я нырнула в свой шатёр, успокоение нахлынуло волной тепла. Три дня... Три дня и моя цель свершится.

Я до сих пор не верю, что у меня получилось. Кажется - чуть прикрою глаза и очнусь ото сна, все в том же мрачном и гнетущем месте. Но на самом деле я сбежала.

Боги, я действительно сбежала!

Воспоминания как в тумане. Помню, как сняла кольцо с его руки и выкорчевала метку. Помню , как пробиралась по тёмным коридорам, разглядывая пьяных стражников. Хорошо, что мне хватило ума спрятать вещи в укромном месте заранее. Потом, укутавшись в выкраденный из прачечной плащ, я прокралась в сад, где был подготовлен подкоп.

Карта позволяла мне продумать свой путь заранее. Я знала, что первым делом меня будут искать у ближайших границ, а значит, туда идти нельзя. Пересечь не успею, только облегчу задачу преследователям.

Тугие рыжие волосы пришлось связать в аккуратную гульку, а сверху накинуть растрёпанный чёрный парик, украденный у артистов, показывающих то самое представление в день планового посещения. На глаза я нацепила повязку, сделанную весьма хитрым образом. Цвет моих глаз за ней не виден, я же могу видеть очертания окружающей действительности. Пришлось пустить на тряпки одно из платьев ради этого...

Так и родилась легенда о гадалке Воршуле. Я шла по лесу, пока не вышла к тракту. По счастью, недалёко находился караван степняков. Они были давними союзниками нашкорцев и часто останавливались в южных городах, потому я попросила их о небольшой помощи. Мол, приехала навестить сына, да оказалось он тут умер и идти мне теперь некуда . Хочу вернуться в Нашкор, но с пути совсем сбилась. Мы договорились, что они подвезут меня до ближайшего приграничного города, конечно, не бесплатно. Украденные драгоценности способствовали их согласию сотрудничать.

Я ждала подставы с обреченностью висельника. Мы уезжали все дальше от замка, а я чувствовала лишь мандраж загнанного животного. В голове билось лишь сумасшедшее:

"Хоть бы не поймали... Хоть бы...."

И в этот раз судьба решила мне подыграть, не иначе. Мы доехали до Радона, небольшого портового городка , граничащего с западными королевствами. Переходить границу было опасно, там меня могли раскрыть. Я приняла решение сбегать из страны морем, а потому с нетерпением ждала, когда причалит крупное судно, способное спасти меня из опасной ловушки.

Хотя, стоит признать, я недооценила Даррена. То, какие проверки начались следом за моим побегом... Это сильно. Он настолько уязвлён? В моей душе поднималась волна злорадства, сдобренная страхом. Если он меня найдёт, наша игра кончится печально. Аскерос насадит бережно отрубленную голову на пику.

... Но пока что мне сказочно везёт. В Радоне я сразу представилась гадалкой и едва не попала в переплёт. Оказывается, здесь много преступных группировок, которые без особой радости относятся к чужакам. Однако, на момент моего приезда, подельник крупнейшей группы контрабандистов страдал от сильнейшего отравления. Они решили, что пришедшая со степняками горбатая старуха сможет помочь им с этим. Но я мало что могла сказать. Определила, что страдает мужик не от сильного яда, но от запущенной стадии сальмонеллеза . К сожалению, в прошлой жизни сталкивалась с этой болезнью... Спасти его было уже невозможно.

По просьбе "Отца" контрабандистов, я дала ему быстрый яд, от которого мужчина сразу же умер. И после этого они посчитали своим долгом временно взять меня под крыло, даже предлагали остаться. Байка про сына им не сдалась, они сразу поняли, что я имею проблемы с законом. И что моложе того возраста, который так старательно наигрываю.

В общих чертах... Все сложилось неплохо. И лишь ночами я кричала от кошмаров, в которых звенела сталь, умирали от яда, а хищные глаза Ледяного Короля преследовали меня по пятам.

Если вы спросите «легко ли выживать, будучи в бегах?», я отвечу: не сложнее, чем во дворце, или храме. Моя жизнь в этом теле была посвящена выживанию с первых минут пробуждения. Я уже очень давно привыкла вздрагивать от любого шороха и искать подвох даже там, где его нету на самом деле.

Я засыпаю и просыпаюсь с мыслью, что этот день может оказаться последним. И мне это… Нравится.

Наверное, это адреналиновая игла. Едва ли я когда-то смогла бы жить иной, спокойной жизнью. А может, просто не задумывалась об этом.

… Если представишь, как дома ждёт заботливый муж, дети, тёплый дом…

Слишком легко в это поверишь. Ослабишь хватку. Нарушишь правила установленной игры. И неминуемо проиграешь

А цена проигрыша – смерть.

Нет, конечно, у меня нет времени об этом задумываться.

*  *  *

На торговой площади Радона стояло много разноцветных шатров. Там продавали благовония и редкие фрукты, лекарства и цветные бусы. Говорят, кое-где можно было найти редкое оружие, или даже торговцев людьми. Официально в Северных землях это было запрещено, но Радон словно стоял на перепутье всех направлений и правил. Слишком тёплый для Севера. Слишком грязный и скользкий.

Признаться честно, все это отчасти напоминало мне почти забытый Нашкор. Я находилась в одном из шатров, с покосившейся вывеской. Работала, если хотите конкретики.

К гадалке тут в основном заходили девушки и юноши в поисках любви. Те, кому и по ромашке достаточно погадать для веры. Я пела им лестью о красоте, любви, заморских странах и героях. И хотя это ложь, но ложь такая приятная, что за неё не грех отдать медяк. Бывало, что заходили рассорившиеся семейные пары, у которых не было детей. С такими разговор был совсем в иную степь, ибо им не обещания нужны, а психологическая помощь. Но в этом мире подобные услуги оказывали именно такие шарлатаны, как я, отлично знакомые с поведенческими основами. Сеанс гадания, в итоге, превращался в душевные разговоры о высоком и не очень. Я давала им советы о том, как улучшить сексуальную жизнь и взаимопонимание в семье, невольно хмыкая про себя. Из Дворца да в психологи (сексологи?)…

В общих чертах, услуги подобного характера оказывали также священники. Но мзду за подобную помощь они брали приличную, да и советы их на практики сводились к «обрати взор на Великих и всё будет прекрасно». Согласитесь, такое себе решение.

В общем, по итогам, работы у меня было достаточно. Я брала за услуги сущие копейки, но умные люди частенько приносили в дополнение натуральные продукты, за что им сердечное спасибо. Сегодня, правда, работать не особо хотелось. Я думала лишь о том, что еще немного и покину чёртов Север.

Пока я здесь – не чувствую себя свободной. Ощущение преследование не отпускает. Так недалеко и до паранойи… Мне приходится уговаривать себя, что всё в порядке и за мною не послали полчища диких псов. Но видя стражников в Радоне, мне всякий раз хочется запрыгнуть на ближайший корабль и уплыть далеко-далеко. Скоро так и случится.

Я старалась не строить многочисленных планов на будущее. Но, как минимум, мне придется найти хороших лекарей. Потому что я продолжала выделять яд. Тёмные сгустки, похожие на кровь, приходилось сцеживать со слюной. Яда становилось меньше, когда я отпускала на волю змеиное тело, шпионя за горожанами и вылавливая полезные слухи.

Люди говорили о повышении торговых пошлин и о бесчинстве работорговцев… А также о том, что внезапные проверки короля, быть может, к лучшему.

Я так не считала. А новый слух и вовсе заставил меня немало напрячься.

«Король, говорят, лично выехал патрулировать земли… Давно такого не случалось»

Неприятный холодок змеей скользнул вниз по моей спине. Конечно, нет смысла так нервничать. Он не знает, где я. Просто не может знать, каким бы великим колдуном не был. Два дня, осталось продержаться два дня и все.

Тем временем, торговая площадь становилась всё более шумной. Посреди неё танцевала прекрасная девушка, привлекая к себе взоры. Пока люди любовались её движениями, юркие мальчишки обворовывали зевак, мелькая в толпе ловкими зверьками.

Я слышала, что у местных банд нехило обострились отношения. Они и раньше жили не особо дружно, у преступного мира большие аппетиты и пересекающиеся интересы. Но одновременно с тем, как ужесточились проверки, банды ощутили, что власть способна прижать их в любой момент. И начали грызться друг с другом. Все опасаются предательства и все же понимают – выживает сильнейший и хитрейший.

… Но иногда не обязательно быть лучшим, когда можно подкосить конкурента нелегальным способом.

Мне ещё повезло, что Радон в этом плане относительно мирно держался на грани закона и беззакония. По крайней мере, до сих пор были лишь недовольства, а конкретных стычек не возникало. Вероятно, в других городах Севера всё не столь радужно.

Когда палящий полдень, наконец, уступил время закату, я вышла из своего шатра, дабы подышать порывами свежего ветра, доносящего соленый морской бриз. Как ни странно, подходить к берегу ближе не хотелось. Там воняло гниющими водорослями. Я шла по улочкам Радона, суетливо сгорбившись. Мысли мои были подвержены странной ностальгией.

Я по чему-то отчаянно скучала. Не разумом – сердцем. Ум отказывался воспринимать причины, но душа всё равно трепыхалась, любуясь малиновым закатом.

… Эту идиллию нарушил чей-то вскрик и рассекающий хлопок хлыста. Какой-то мужчина тащил ту самую танцовщицу, что развлекала всех сегодня. Она плакала и сопротивлялась, получая за это болезненные удары.

Ох, я почти забыла об «этой» стороне жизни. Конечно, я не собиралась вмешиваться. Слишком много вокруг людей, которых не спасти. Но мужчина, затолкавший несчастную в барак, внезапно обернулся и заметил меня:

— Эй, слепуха! Давно хотел с тобой покумекать, сюда иди.

Я нахмурилась (через повязку не видно). И вместо этого бодро засеменила подальше. Нечего мне с работорговцами обсуждать. Опасное это дело.

— Стоять! – он и не думал меня отпускать. Нагнал, схватив за плечи и пару раз встряхнул в воздухе.

— Убегать вздумала?! Я же знаю, не такая ты и карга! – мужик шарился по моему балахону своими пальцами, словно пытался отыскать застёжку. Черт, я словно опять беду накликала.

Зычный звук поющего охотничьего рога заставил меня вздрогнуть и испуганно дёрнуться. От этого движения, повязка чуть сползла с глаз… И на сей раз совсем не вовремя.

— Ба! Да ты же желтоглазая! Хе-хе, многое объясняет… Вас сейчас так ловят… Ценный товар.

Нет времени думать о конспирации, я начала со всех сил выдираться из его цепкой хватки.

— Сука!

Его кулак замахнулся, чтобы отвесить оплеуху. Я зажмурилась, и услышала звонкий свист, словно спущенной тетивы… И открыла глаза, когда вытянутое копьё пробило шею мужчины, пригвоздив его к стене.

Брызги крови на моём лице… Дежавю?