Глава 9

Олег продолжал внимательно смотреть на меня. Словно хотел проникнуть в мои мысли и фантазии. А они у меня очень и очень откровенные. Я попыталась отогнать их. Не получилось. Ах, какой у Громова взгляд! Завораживающий, уверенный и, пожалуй, наглый. Загадочная улыбка тронула его тонкие губы. Мне показалось, он понял, о чем я думаю.

Я потупила глаза и начала усиленно размешивать сахар в чашке. Наконец решилась и попросила:

— Расскажи мне, что я тебе вчера спьяну наговорила. Я вела себя очень глупо?

— Не глупее среднестатистической пьяной женщины.

— Все-таки что я несла? Я должна знать.

— Зачем? — удивился Громов. — Может, лучше не надо?

— Говорят, что у трезвого на уме, у пьяного на языке. Рассказывай.

— Ты уверена?

— Да, — я решила испить эту чашу до дна.

— Как пожелаешь, — пожал он плечами. — Для начала ты доверительно сообщила мне, что все мужики сволочи, и я в том числе. Уж не знаю, почему.

— Прости, я не соображала.

— Не поверишь — догадался. Продолжать?

— Да, — прошептала я.

— Потом ты рассказала мне свою жизнь с мужем и историю вашего развода. Но сбивчиво. Я так и не разобрал толком, кто кому изменял, с кем и сколько раз. Однако подробностей было много.

— Он мне изменял, — выдавила я.

— Значит, я все-таки все понял правильно, — улыбнулся Олег.

— Что еще я говорила?

— Требовала от меня сделать тебе ребенка. Немедленно. Потому что бывший муж у тебя козел. Видимо, это как-то связано одно с другим.

Я покраснела до ушей.

— Я всегда хотела детей. Прости…

— Перестань извиняться. Ты же ничего не соображала после той дряни, что тебе подсыпали. Да и сейчас ничего не помнишь из того, что было.

— Что еще я требовала от тебя?

— Больше ничего. Ты немного всплакнула, потом уснула, и я повез тебя к себе, так как свой адрес такой скотине как я, ты сообщить не пожелала.

— Я тебя обзывала?

— Самую малость. И совсем не обидно, — продолжал веселиться Олег. Он отхлебнул кофе и лукаво посмотрел на меня. Его глаза озорно искрились, но были добрыми.

— А кто меня раздел? — осторожно поинтересовалась я.

— Видимо, ты сама разделась. Как только я положил тебя на кровать, ты приказала мне не прикасаться к тебе и идти… Сказать куда?

— Нет, — испугалась я. — Не надо! Я догадываюсь… А я что, еще и матом ругалась?

— Не ругалась. Ты на нем говорила. И притом очень виртуозно, — доверительно сообщил мне Олег и рассмеялся. Но, увидев ужас на моем лице, тут же успокоил меня. — Думаю, под воздействием подобных психотропных веществ это нормально.

— Я в жизни ни одного слова матерного не сказала, — прошептала я и почувствовала, как краска опять заливает мое лицо, словно я нагло врала. — Откуда же я могу виртуозно на нем говорить?

— Загадка психологии. Слышал, что некоторые люди под наркотой или под наркозом начинают говорить на других языках. И очень неплохо. Вспоминают школьные знания. Тайна мозга, объяснению не подлежит.

— Похоже, эти знания у меня тоже со школы… Ох, лучше бы я по-английски заговорила…

— Это все мелочи и ерунда. А теперь давай поешь как следует. И перестань думать о вчерашнем вечере. Все прошло, и настал новый день. И он прекрасен, это я точно знаю. Сейчас поищем твой клатч, потом поедем к Лизе, — Олег уже успел распланировать все, включая мои планы. — Лиза живет в нашем доме за городом, и выходные я стараюсь проводить с дочерью.

— Жаль, но я не смогу составить тебе компанию. Я одета неподходяще, — попыталась отбояриться я, вспомнив про разодранные чулки и испорченное платье. — И вообще, как я в порванном платье покажусь на людях?

— Так заедем к тебе домой, переоденешься. Надеюсь, теперь я могу тебя туда отвезти? Не боишься рассекретить свой адрес?

— Нет, — слабо улыбнулась я. — Тем более что ты его легко можешь узнать, если захочешь.

— Можем заехать в магазин и купить тебе одежду.

— Однозначно, нет, — категорически отказалась я, представив себя в рваном платье посреди торгового центра.

— Тогда дам тебе длинную куртку — из машины до квартиры добежишь, никто не заметит. Платье у тебя реставрации, думаю, не подлежит.

— Ты и это заметил? — смутилась я, и почувствовала, как кровь горячей волной прилила к моим ушам.

— Ну, разрез до талии на боку было сложно не заметить, — доверительно сообщил Олег и этим добил меня. — Кстати, чулки тебе очень идут.

Меня бросало то в жар, то в холод. Я плотнее запахнула махровый халат. Вот покрасовалась я перед Громовым!

— Ладно, пошутил. Не смотрел я на твои чулки. Если только самую малость. Уверен, коллеги тоже ничего не заметили. Темно было, и я тебя прикрывал своим телом. Так что ты мне просто обязана за спасение репутации.

Возразить мне было нечего. Мы закончили завтрак. Я надела рваное платье, сверху куртку. Получилось ужасно. Но зато совсем не эротично. Мы спустились на персональном лифте в подземный гараж. На мое счастье, там было пусто. Наши шаги гулким эхом раздавались в холодном помещении и замирали под потолком. Олег держал меня под руку, и я вздрагивала при малейшем шуме.

С трудом забралась в высокий внедорожник. Почему-то Олег выбрал его, а не низкий BMW. Импровизированный разрез предательски обнажил мои ноги. Громов помог мне, и я поймала его взгляд на своем бедре. Мне этот взгляд понравился. Он едва не прожег дыру на моей коже и сильно повысил самооценку.

Клатч в ресторане нашелся. За ним сходил Олег, оставив меня в автомобиле. Очевидно, чтобы не распугать посетителей и персонал. Так что сверкать голыми бедрами в очередной раз мне не пришлось. Как и предполагал Громов, клатч оставили на видном месте, на барной стойке. Я очень обрадовалась. Все было в целости и сохранности — ключи, смартфон, деньги.

Потом заехали ко мне домой. К счастью, бабулек на скамейке пред подъездом не было. А то засыпали бы меня вопросами по поводу внешнего вида и не только.

Я переоделась для отдыха на природе и вернула Олегу его безразмерную куртку, в которой откровенно тонула. Хорошо, что купила удобные и красивые джинсы. Спасибо за это Даше. Без нее выбрала бы что-то бесформенное. А эти так хорошо сидят на мне. Но не об этом надо сейчас думать, а о том, как я вела себя вчера вечером. От этого на душе сразу становилось тревожно и пакостно.

Через полчаса мы выехали за город. Внедорожник Олега несся по трассе в направлении закрытого коттеджного поселка. Тихая ненавязчивая музыка заполняла салон и располагала к размышлениям. А размышления меня не радовали.

Снова и снова я вспоминала злосчастный корпоратив и мой позор. Хорошо меня Ленка с Лёшенькой подставили. Продумали все до мелочей. И меня алкоголичкой перед красавцем-мужиком представили и из конторы выжили. Убили одним выстрелом двух зайцев.

Даже если меня не уволят, я уволюсь сама. Насмешки будут сыпаться теперь не только мне в спину, но и в лицо. Напилась до безобразного состояния. Теперь не докажешь, что мне в коктейль что-то подмешали. Дала по физиономии замдиректору, и неважно, что он меня пошло лапал и сам был в стельку пьян. Танцевала эротические танцы. Надеюсь, что не на столе. А в финале бешеная моль валялась на земле перед рестораном, и из-за нее любимец всех наших женщин получил в глаз.

Лишь бы у Олега не было из-за этого неприятностей. Возможно, он недооценивает депутата Калинина и его трепетную любовь к сыночку.

— О чем задумалась? — прервал мои невеселые размышления Олег. — Все о твоем корпоративе?

— Да. Мне теперь проходу давать не буду. И так доставали, а теперь… Не знаю, как дотяну до увольнения. У меня вообще другие планы были и все насмарку. Знаю, что сама виновата, но обидно… Не хочу об этом думать, а не получается…

— Поверь, все образуется. Я тебя в обиду не дам.

«Почему? Что тебе до меня?» — хотелось спросить Громова, но я благоразумно промолчала.

Внедорожник остановился перед глухими воротами в высоком каменном заборе. Видеокамеры уставились на нас красными глазами вампиров, изучая и оценивая. Через несколько секунд ворота бесшумно распахнулись и пропустили нас в закрытый мир олигархов, банкиров и депутатов. В этот мир я попала впервые.

Прямая, как стрела, дорога вела вглубь поселка. За легкими коваными заборами зеленели лужайки, а роскошные особняки напоминали о викторианской Англии и русском модерне. Роскошно, добротно. Иногда даже со вкусом.

Вскоре мы повернули на боковую аллею, засаженную березами. На них только-только начали пробиваться молодые листочки, и деревья стояли, словно укрытые зеленым кружевом. Ажурные ворота перед великолепным особняком в стиле псевдоготики были открыты. Очевидно, нас уже ждали. У парадного подъезда стоял маленький, слегка потрепанный двухдверный «Сузуки».

Автомобиль Олега зашуршал гравием по подъездной дорожке и остановился у высокого каменного портала. На крыльцо выскочила Лиза и замерла. Олег быстро вышел из автомобиля и в два прыжка оказался у крыльца. Он раскинул руки, и девчушка кинулась в его объятья, заливисто смеясь. Олег закружил Лизу, потом перекинул ее через плечо и подошел к автомобилю. Он поставил дочку на землю, открыл дверцу и помог мне выбраться из высокого внедорожника.

— Кира, я тебя ждала! — Лиза прижалась ко мне, и я обняла ее.

К нам подошла пожилая женщина лет шестидесяти. Олег нас познакомил. Это была няня Лизы Валентина Михайловна. Очень приятная дама с добрыми глазами. Полноватая, улыбчивая, в очках и с седыми волосами, собранными в шишку. Нет, не дама, скорее, добрая бабушка.

— Я вам сегодня больше не нужна? — поинтересовалась няня у Громова. — Справитесь без меня?

— Да, думаю, мы справимся, — рассмеялся Олег. — Кира будет Вашей заместительницей на сегодняшний вечер.

Бабушка из сказки подошла к «пляжному» внедорожнику «Сузуки», лихо забралась в него, махнула на прощанье рукой и умчалась прочь.

Лиза потянула меня за руку:

— Пойдем, я тебе все тут покажу.

Она потащила сначала в дом, а потом в парк. Я узнала, где живет дракон Тоша, где прячется Лиза, когда играет в прятки, какие розы ей нравятся больше. В пруду живут красные японские карпы. Их можно кормить крошками. А в зимнем саду есть огромный вольер с попугаями, которые умеют разговаривать…

Минут через сорок нас нашла горничная и пригласила к чаю. Стол был накрыт в оранжерее. Я в жизни не пила такого ароматного чая. Миндальные печенья таяли во рту, а шоколадные конфеты были произведением кондитерского искусства.

Мы шутили и болтали ни о чем. Я перестала думать о предстоящем скандале на работе. Сегодня я отдыхаю и получаю удовольствие от этого.

После чая мы играли в мяч на лужайке перед домом. К нам присоединился огромный черный лабрадор Кинг. Он с лаем бегал за мячом, который упорно не помещался у него в пасти. Однозначно, няня Валентина Михайловна не носится по лужайке сломя голову, как бешеная моль Кира. Лиза заливисто смеялась и время от времени делала мелкие пакости, стараясь столкнуть меня и Олега. Милая девчушка!

Вечером охранник Олега отвез меня домой. Всю дорогу в город я думала о том, как Лизе повезло с отцом. И как хорошо мы все вместе провели время.

«Начать искать работу. Поторопить бывшего с продажей квартиры. Подумать, как жить дальше», — накидала я в дневнике программу максимум на ближайшие дни. Да, и еще: «Почему я так много думаю об Олеге?» Ответа на последний вопрос я не знала.