Глава 14

Ди

Не могу поверить, что повелась на это его «перемирие надо отметить». А теперь посмотрите на меня! Я сижу с бутылкой в руках и хохочу над тем, как он примеряет ракушки на одно любопытное место. Шорты Ви он надевать отказался категорически. Но прикрыться я его все же заставила. И тогда он повел меня к морю.

— А там точно никто не живет? — уточнила я. — А то цапнет ведь!

Лео с хмурым видом выбросил раковину и махнул мне рукой.

— Иди ко мне. Тебе пора искупаться.

— Я и так в воде, — заверила я и указала на свои стопы. Они действительно были в воде.

— Это не считается! Сегодня жарко, как в аду, ты получишь солнечный удар, если не намокнешь.

Я улыбнулась и покачала головой. Знаю я эти его уловки. Сначала он затянет меня в море, потом потащит на глубину, а там я запрыгну на него с ногами и начнется… Нет уж! Я очень четко расставила для себя ограничения. Не больше одного поцелуя и не больше пяти прикосновений в день. И все это уже было. Только удерживая его на расстоянии, я смогу контролировать поток этих совершенно ненужных непонятных мне чувств. И когда я улечу домой, Лео станет всего лишь моим приятным воспоминанием, не более. Все предельно просто.

— У меня есть шляпа. Я останусь на берегу, а ты плыви.

Засунув бутылку с текилой в песок, я добавила к своему своду правил еще одно: не пить! Вообще не пить алкоголь рядом с этим коварным мужчиной. Один глоток не сделал меня неадекватной, но хихикала я без остановки.

Даже то, как он выныривал, меня веселило. Лео не стал спорить и уплыл, предупредив, чтобы остерегалась медуз. Мне они были не страшны, ведь в воду я не собиралась.

Сытая и в целом всем довольная, я улеглась под навес и закрыла глаза. Обеденное солнце окончательно меня сморило, и так как заниматься больше не было чем… Я уснула. Правда, там, во сне, мое подсознание очень четко обрисовало все возможные занятия с участием Лео. И кажется, я проснулась от собственного стона. Или от его зова. Вот только звучал он как будто издалека, а я никак не могла открыть глаза. Просто не было сил.

— Эй! Ди? Черт, ты вся горишь!

Он поднял меня на руки, а я даже не смогла возразить. Ведь я же не давала разрешения трогать меня. Но как приятно стало, когда все тело окутало прохладой. Морская вода омывала кожу, немного бодря.

— Если это солнечный удар, клянусь, я тебя отшлепаю, — пригрозил Лео.

Я слабо улыбнулась и наконец разлепила веки.

— Только если я попрошу.

— Диана, о чем ты только думала? Я отлучился всего на полчаса, не больше.

— Я в порядке, — заверила я. — Просто немного поспала.

Но только он поставил меня в вертикальное положение, и мир вокруг поплыл. Море слилось с пляжем в каком-то беспощадном водовороте, в глазах появились белые пятна, и меня затошнило. Я окунулась в море с головой, но даже это не помогло.

На берег я вылетела пулей и сжалась комочком под апельсиновым деревцем. С закрытыми глазами было легче.

— Ты вся зеленая. Тошнит?

— Просто уйди! — взмолилась я. — Мне надо побыть одной.

— Ага, уже. Я посмотрю, что есть в аптечке.

Разговоры о лекарствах только усугубили положение. Меня начало трясти и лихорадить. В голове снова образовался туман, и я поняла, что начала уплывать обратно в сон. Только тошнота и ломота по всему телу не давали уснуть. Так я и парила где-то на грани.

Слышала, как Лео разговаривал со мной, но не могла ответить. Чествовала, как он трогал меня, гладил, обтирал холодной водой, а потом и вовсе куда-то понес. Я думала, что этого мой желудок точно не вынесет, но мужской запах неожиданно стал моим успокоением. Прижавшись к его груди, я наконец почувствовала облегчение. А когда рядом послышался шум воды, и прохладный бриз окутал мое тело и лицо, я окончательно вырубилась.

Проснулась уже на закате. На привычном камне, который был мокрым и от этого прохладным. Я нащупала на своем лбу мокрую повязку и невольно улыбнулась. Он ухаживал за мной точно, как и я за ним.

— Тебе лучше? — прозвучал холодный голос Лео. Он сидел неподалеку, подпирая другой камень и смотря на меня непривычно строгим взглядом. Рядом валялась уже пустая бутылка текилы. И какой-то опасный блеск во взгляде синих глаз подсказывал мне, что Лео ее осушил буквально залпом.

— Голова еще кружится, — призналась я. — А ты как?

— Я как? — спросил он так зловеще, что моя кожа покрылась мурашками. — Ты сейчас шутишь?

Я нахмурилась и покачала головой.

— Я хочу тебя придушить, трахнуть и пожалеть одновременно. Так что я не знаю, как описать это одним словом. Точно не «нормально».

Поджав губы, я призадумалась.

— Да, одним словом не опишешь.

Он не ответил, но сверлящего душу взгляда не отвел. Я не могла его долго выдержать и опустила глаза.

— Спасибо, — робко произнесла. — Что заботился обо мне.

Он издал какой-то звук, очень похожий на шипение. А после сцепил зубы и сжал пальцы в кулак. Лео явно собирался что-то сказать, но из последних сил себя сдерживал. А я, даже зная, что ничего сейчас ласкового не услышу, не хотела, чтобы он сдерживался.

— Ну! Скажи это!

— Ты глупая!

Кажется, ему полегчало. Но не до конца.

— И?

— И ты… — он закончил по-португальски: — «Ты напугала меня».

— И что бы это значило? — загадочно пропела я, откидываясь на камень.

Даже с закатом температура воздуха не сильно спала. И, к сожалению, прохлада камня и приятный шум водопада не успокаивали как хотелось бы. Тошнота возвращалась.

— Я снова буду спать, — произнесла я, начиная дрожать. — Придумай мне, пожалуйста, какое-то покрывало.

Стоило мне закрыть глаза, и Лео зашевелился. Я застыла и затаила дыхание, когда он лег позади, вжавшись в мою спину. И конечно он все еще был в чем мать родила. И это точно не была лучшая из его идей.

— Мы же договаривались…

— Молчи, Ди, — оборвал он меня и закинул руку на мой живот, придвигая к себе еще ближе.

— Так не… Не пойдет.

— Кто не может о себе позаботиться, тот ничего не решает, — пробубнил он в мою шею. А когда я пораженно охнула, он прикусил мое ухо и безапелляционно добавил:

— Спи!

Я бы обязательно оспорила этот его приказной тон и немыслимое умозаключение, вот только… его запах и тепло оказались настоящим раем. Мое тело мгновенно расслабилось в его объятиях, и каждая конечность налилась приятным теплом. Веки стали тяжелыми, и мне больше не хотелось ни открывать их, ни спорить, ни сопротивляться… Ничего.

Как это часто бывает, я проснулась от нужды. Лео рядом уже не было, но так даже лучше. Убедившись, что головокружение и тошнота прошли, я направилась в обозначенную зону острова для физических потребностей. Девочкам направо, мальчикам, как всегда, налево.

Утро было ранним, а воздух еще прохладным — солнце едва взошло над горизонтом. Пожалуй, мое любимое время суток. Вот бы еще кофе… Со сливками!

Потянувшись и зевнув, я умылась у водопада и решила переодеться. А когда подошла к чемодану, засмеялась от того, что вся одежда оказалась перерытой. Таки искал вчера себе наряд, и кажется, что-то нашел. Ладно! Возможно, я смилуюсь над Лео и зашью его шорты. Тем более что походный швейный набор был на катере.

Я подняла белый короткий сарафанчик, и на песок выпал старый блокнот все с того же катера.

— Так-так! Новый день — новая запись! — воодушевленно воскликнула я и, одевшись, открыла свой дневник. До меня не сразу дошло, что половина страницы, где была вчерашняя запись, исписана вовсе не моим почерком, а чужим и совершенно неразборчивым. Но не зря же я в ИНЯЗе пять лет отучилась! Разобрала.

«День четвертый. Разбила новый лагерь недалеко от водопада. Разделила остров на две зоны… — это моим почерком. А вот «для неотесанных аборигенов» нагло перечеркнуто и аккуратно выведено: «ОТШЛЕПАЮ!!!»

Я охнула и пробежалась глазами дальше по тексту.

«…P.S. Диета — отстой!

P.P.S. Мог бы и прийти ночью»

И рядом же закарлючки: «ПРИХОДИЛ, КОГДА ТЫ СПАЛА!»

Нет, ну песец какой-то! Никакого личного пространства!

Насупившись, отрыла в вещах карандаш, перевернула страницу и приготовилась писать, но оторопело застыла, увидев новую пометку. Естественно, не мою.

«День пятый. Это была лучшая ночь в моей жизни!» — Эту строчку я перечитала дважды, потому что поверить в подобное откровение Лео было трудновато. И только спустя секунды перешла к продолжению ниже: «За мной ухаживал самый чуткий, ласковый и добрый мужчина в мире. Я уже молчу о том, что он адски горяч, и при виде его тела у меня текут слюнки. Не стану я здесь писать и то, что безумно хочу его каждую долбаную секунду, но все равно делаю вид, что не заинтересована, ведь я вся такая сильная и независимая, да к тому же русская. В общем, я заснула в его объятиях с улыбкой на лице, и он даже почти не воспользовался моим состоянием. А утром, когда я проснулась, этот добрейший и милейший человек…

Читать дальше я просто не смогла. У меня глаз начал подергиваться в нервном тике.

- Гррр! Лео!

— Диана?

Я не ожидала, что услышу его так сразу, потому вздрогнула и выронила дневник. А Лео показался на тропе, ведущей на пляж, с металлической кружкой в руках и набедренной сумкой-кошельком на поясе. И это все, что он нашел среди вещей Ви?!

— Ты писал от моего имени? — с упреком спросила я, стараясь не смотреть ниже сумки. — В моем дневнике!

Он внимательно меня осматривал, приближаясь шаг за шагом.

— Я думал, сегодня ты будешь не в состоянии его дополнить, но ты опять на меня орешь без причины, значит, тебе значительно лучше.

— Я не ору на тебя, я возмущена! Это дневник! Ты слышал что-нибудь о личном пространстве?

— Я рос с двумя братьями. Конечно, я ничего не слышал о подобных вещах.

— Уф! Ну ты не должен писать за меня! Это вообще подло! Раз уж залез в мои мысли, то пиши хотя бы от себя!

— Ла-а-адно! — протянул он. — А ты все прочитала?

— Нет! У меня глаза начали кровить от твоего почерка.

Он недовольно покачал головой, остановился в шаге и поднял блокнот.

— «Я безумно хочу его» — это читала? — спросил он, пробежавшись по строчкам.

Я послала ему такой взгляд, что он сам понял.

— А это: «А утром, когда я проснулась, этот добрейший и милейший человек сварил мне кофе»?

Я с подозрением и неверием уставилась на кружку в его руке, а Лео протянул мне ее, с самым серьезным видом продолжая смотреть в дневник.

Кофе! Настоящий! Мне?!

Выхватив кружку, я всунула туда нос и с блаженством вдохнула любимый аромат. И когда подняла глаза на Лео, он дочитал последние строки «моей» записи:

— «И в благодарность я решила позволить моему спасителю делать со мной, все что ему вздумается».

А после он захлопнул блокнот, швырнул его себе за спину и достал из сумки банку сгущенки. Открыл, протянул мне. И все это с такой до безумия раздражающей улыбочкой, что прямо… Ну просто…

— Гррр!

— Будь милой, у нас перемирие, — напомнили мне.