Эпилог
Десять лет спустя
Я запустила блокнот в эту ухмыляющуюся морду и топнула ногой.
— Все! Реально все! Это была последняя капля.
— Угу, — протянула проходящая мимо Маня, не отрывая глаз от планшета. Она поправила сползшие с носа очки и заворчала: — Уже третья последняя капля за этот месяц.
— А ты не умничай! — закричала я ей вслед. Думает, если копия папаши, то все ей можно?
— А ты не ори на ребенка, — в тон мне ответил Лео. И добавил: — Истеричка!
Я в ужасе охнула, и Алекс повторил за мной.
— Ой, зря, па… Зря.
— Дети! — завопила я на весь дом. Тут же из кухни показался и Макс. — Собирайте вещи, мы уезжаем!
Машка меланхолично угукнула, Алекс обреченно застонал, а Максим и вовсе махнул на меня рукой и спрятался. У него там мультики, конечно. Кому вообще нужна истеричная мама, так? Поймала предовольный взгляд Лео. Он сложил руки на груди и подпер дверь, явно ожидая, что я как обычно развернусь и пойду на крышу. Там вид успокоительный, а он мне потом еще и чай ромашковый спустя минут десять принесет. Мы помиримся, поцелуемся, заделаем очередного ребенка… НЕТ! Надоело! Реально все!
— Ах так? Ну вы свой выбор сделали.
— Ма! — возмутился Алекс. — Ну что вы опять грызетесь? Очередной ведь пустяк.
— Пустяковей некуда, — поддержал Лео, развел руками и снова послал мне этот свой насмехающийся издевательский взгляд. Вот бы бросить в него еще что-то! Да нечего. Подготовился, котяра, все бьющееся спрятал.
Выдохнув, я с демонстративным спокойствием пошла в кладовую. Там у нас чемоданы хранились.
— Поставь, он тяжелый.
— Легче твоих издевательств, — огрызнулась я.
— Да что ты!
Он начал преследовать меня, пока я поднималась наверх.
— Для кого этот цирк, Ди? Мы оба знаем, что ты никуда не поедешь.
Я просто сбросила вещи с полок в чемодан и сверху кинула косметичку.
— Хорошо, что ты в этом уверен, — язвительно заявила я. — Значит, не будешь даже пытаться меня остановить.
— Даже пальцем не пошевелю, — пригрозил он. А потом и сам взорвался. — Нет, правда! Мне, может, тоже надоело. Хочешь уехать? Вперед! Лети в свою Россию с попутным ветром.
— Вот и полечу!
— Угу.
Я запрыгнула сверху на чемодан и начала его застегивать. Мне по большому счету все это и не надо, достаточно пластиковой карточки. Но больно уж собирать чемоданы нравится. Лео стоял молча ровно пять секунд. Я считала.
— Ну чего ты хочешь? Можно подумать, тебе чего-то в жизни не хватает.
Правду Алекс говорил, зря он начал этот разговор, хотя он и был неизбежен. Но все же… Остановиться я уже не могла.
— Да, в самом деле! Что это глупой блондинке надо? — Я начала загибать пальцы. — Муж с вечной хотелкой есть, дом на три этажа и с огромной территорией есть, трое детей есть. А чего еще от жизни надо? А ты не подумал, что я устала? Мы только поженились, я сразу забеременела. А может и раньше, но Маше об этом знать не обязательно. Года не прошло, и я снова с пузом. А потом? Потом, Лео, сколько ты мне дал отдохнуть? Два года. Всего два года, и у нас третий ребенок. Я что, похожа, на молочную ферму? — и сама же ответила. — Нет!
А потом подняла чемодан и покатила его к лестнице.
Он, как и обещал, даже пальцем не пошевелил.
— И что теперь? — спросил он, не оборачиваясь. — Вот так просто уйдешь?
— Вот так просто и уйду, да.
Начала спускаться и услышала грохот в спальне. А еще я истеричка.
— Мам, телефон не забудь, — напомнила Маша и протянула мне трубку. — А то в прошлый раз папа тебя по всему городу искал.
— В этот раз все серьезно, — заверила я.
Алекс поднес мне сумку. Макс выкрикнул из кухни, чтоб молока купить не забыла. Ишь, заботливые какие.
— В аэропорту молоко не продается, — огрызнулась я и ушла, громко стукнув дверью. Достало все!
Запихнула чемодан в машину, поехала в аэропорт. Дорогу не запомнила, все прокручивала в голове варианты событий и пыталась представить себе это будущее, которое вдруг нежданно негаданно нарисовалось благодаря Лео. Нет, ну какой же подлый котяра! Все за меня решил, а потом “Ну чего ты паникуешь?”
Очнулась на парковке аэропорта. Думала, не будет этого противного щемящего чувства в груди, ведь я, правда, сильно разозлилась… А нет. Невозможно с этим Перезом. Привязал меня к себе всевозможными способами, и теперь даже расстояние в пару десятков километров отдаются ноющей болью в груди. Стукнула по рулю, приглушила предательские слезы. Не могу без него.
Люблю, гада. Больше жизни люблю.
Вздохнула, потянулась к сумке. Хотела телефон достать, а нащупала внутри маленький черный блокнотик. Алекс видимо поднял и всунул.
Наш дневник. Можно сказать, семейная реликвия. На нем уже живого места нет, ни одной пустой странички. Точнее, был маленький огрызочек, мы его для знатного события берегли, а сегодня Лео и тот заполнил.
Я пролистала первые странички, пробежав глазами по первым записям, которые помнила на память. Посмеялась над самыми забавными.
“День двадцать шестой. Мы опять в Португалии! Присмотрела себе крутое платье от Прада и всего за тысячу евро, а мой дикарь сказал, что эту тысячу я ему должна. Долго думала, когда это я успела ему задолжать тысячу, пока мы не встретили Диего. Лео швырнул в его неприятную морду еврики и заявил, что не продается. В общем, я подумала, что ну их, эти платья. Буду дома голой ходить”.
“День свадьбы. Эти русские невыносимы! Сначала им “горько” 50 раз подавай, потом с каждым фото на память. А после с каждым выпить водки и запить текилой. А салют будет? А тортик? А на коня? Каждую секунду мечтал всех быстрее прогнать с острова, чтобы наконец остаться с любимой женой наедине. И что она в итоге выдала? А давай деньги считать! В три часа брачной ночи. Русские… “
“Я толстаааааая! Растяжки(((Спина болит. Дико хочется селедки и Нутеллы, иногда вместе. Это песец!”
“Хочу мальчика. Назовем Энрике. Давно мечтал”
“Дни уже считать бесполезно, будем считать по Машкиным годам, так как она у нас первенькая. Марусю назвали в честь бабули Марии. Я думала, что счастливее уже не буду, но потом мне дали подержать это маленькое божество с синими глазами. Я сражена наповал!”
“Первое слово — МАМА — несправедливо все!!! А ничего, что папа тоже участвовал?”
“Ребенок второй. Растяжек больше, молока и груди меньше. Нервов тоже меньше. Но счастья таки больше. Я еще не определилась”.
“Несправедливо все вдвойне! Мальчик. И опять не Энрике. Алексей, понимаешь ли. Потому что раз мы в честь моей бабушки ребенка назвали, то и в честь Дианыного дедушки должны”.
“Я люблю своего мужа, я люблю своих детей. Я люблю обрисованные стены и вырезанные кружочки в моей новенькой блузке. Я люблю обгрызенные каблуки на туфлях за три тысячи. Я люблю жизнь. Я люблю валерьяночку. Еще раз, падла, сделаешь меня беременной, и я продам наш остров!”
“Отпуск! Дети с бабушками, я с любимой, любимая с текилой. И-Д-Е-А-Л-Ь-Н-О!”
“Я беременна! Опять. Я предупреждала? Я предупреждала. А документы на остров я найду, прятать бесполезно”.
Хмыкнула. А потом и вовсе рассмеялась. Так ведь и не нашла. Да и как можно продать самое прекрасное место в этом мире? Мы проводили там неделями на летние каникулы, а в остальное время приезжали почти на каждые выходные. Алекс и Макс построили себе отдельную хижину и играют в пиратов, зарывая сокровища по всему острову. Машка их отыскивает, но не всегда ей везет. В прошлый раз нашла дохлую змею. Лео чуть инфаркт не схватил, он их до сих пор побаивается.
Перевернула последнюю страницу дневника и еще раз прочитала самую последнюю запись от него.
“Дедушки закончились! Энрике, сынок, я жду тебя! Нам четвертого для ровного счета очень не хватает”.
Тяжело выдохнув, отложила блокнот и посмотрела на живот. Положила руку, прислушалась к собственным ощущениям. Четвертый… Я не уверена, что справлюсь. Где-то же должен быть мой предел?
Интересно, если бы я эту запись сегодня не увидела, то когда бы Лео признался, что заменил мои таблетки на витаминки? На третьем месяце?
А вот и первые симптомы появились. От запаха машины начало мутить, и я вышла наружу.
Только закрыла дверцу, как меня к ней прижали. А потом развернули и стиснули в крепких объятиях.
— Так я тебя и отпустил, — заворчал муж в мою шею.
— Так я и уехала, — в тон ему ответила я и тоже обняла.
— Ты уже не злишься?
— Злюсь.
Он молча гладил меня по волосам и оставлял маленькие поцелуи от плеча до шеи. Вот в такие моменты понимаешь, что к тебе откровенно подлизываются, а все равно балдеешь. И вообще ничего не поделать.
— А если девочка будет? — спросила я обреченно.
— Бабушек у нас еще много. Барбара есть, Вероника…
— Угу.
— Пацан будет. Я не старался.
— В смысле? — не поняла я.
— Девочка — это ювелирная работа. А мы с тобой, когда детей в Россию на зимние каникулы отправили, где только не кувыркались, кроме кровати.
Я обреченно захныкала и укусила его.
— Не делай так, а то все закончится двойней, — предупредил муж.
— Знаешь что, Лео?! Держи свой перец от меня подальше! Как мы с четырьмя справимся?
— Да легко! У нас три взрослых помощника: девять лет, восемь и шесть. Машка за троих, она у нас вундеркинд.
— Угу.
— Алекс с Максом точно за меня, они брата давно хотели. Над Манькой прикалываться ведь не получается.
Лео невинно улыбнулся, когда я хлопнула его по груди, и поймал мою руку. Поцеловал ладошку, а после и губы. Как в принципе противостоять этому искусителю?
— Я люблю тебя, — шепнул он. — И ты лучшая мама. И жена.
— Угу.
— И чего тогда паниковать? Я же рядом. Мы справимся.
Вот с этого и надо было начинать, а не “Нам четвертого для ровного счета очень не хватает”.
P.S.
На корешке дневника: “Посвящается Мари, Лешке, Максу и Рику”.