Глава 10. Смерть ходит рядом
Король затащил меня в свою спальню. Швырнул так, что я упала на пол. Поднес к моему лицу открытую баночку с помадой.
- Это ты дала ее Фиордес? – от ярости рука его дрожала.
- Да, но…
- Ревность? Ты способна убить человека из-за ревности? Место фаворитки захотела?!
Я попыталась встать, но король опрокинул меня и сел сверху.
- Я заставлю тебя ее съесть.
- Давайте, - я выпростала зажатую его телом руку. - Я сама съем отраву. Лучше умереть, чем постоянно быть без вины виноватой. И пусть боги покарают вас так же, как когда-то короля драконов.
Король, не ожидая такого ответа, распрямился, отвел от моего лица баночку с помадой. Но я выхватила ее и, глядя ему в глаза, лизнула содержимое. Сладкая, ароматно пахнущая смерть.
- Наверное, мне на роду написано погибнуть по вашей милости. Ни крупицы счастья... – жалко было умирать вот так, лежа под тяжелым королем. Я смахнула слезу. Нет, я не буду плакать. Нельзя уходить с ненавистью в сердце. Порывисто вздохнув, гася рыдания, я прошептала: - Спасибо за подарки, которыми вы одарили меня. Насилие, унижение, ложь… - я кашлянула, от сладости яда свербело в горле. – Но это не я, а вы убили Фиордес. Может быть, она была бы счастлива со своим генералом, если бы вы не развратили ее, - баночка с помадой выпала из моих рук и покатилась. - И все, кто живет в этом замке, тоже давно мертвы, просто пока об этом не догадываются. Лучше уж небесные чертоги, чем рядом с вами.
Я облизала губы и расслабилась, приготовившись к страшным последствиям своего необдуманного поступка. Все равно мне не жить: не яд, так Дикрей убьет меня. Прислушалась к ощущениям: болело колено - видимо, я ушиблась, когда меня швырнули на пол. Ныло запястье, за которое меня волок Таллен.
Король встал, прошел к кровати, на которой еще лежало нижнее белье его последней любовницы, и позвонил в колокол.
- Фурдика сюда!
- Я здесь!
- Промойте ей желудок. И дайте какое-нибудь противоядие.
Доктор сел на корточки и внимательно посмотрел на меня, лежащую без движения.
- Помирать вздумала? – он собрал остатки яда с моих губ. Сунул палец в рот, пососал. – И как они научились делать такие ароматы?
- Фурдик! Ты обезумел?!
- Помаду тебе дала леди Шер? – доктор не слушал короля.
Я кивнула.
- Я сразу догадался. Только у нее помада от Величи Браски. И если бы в ней был яд, то первой умерла бы наша малышка.
- Но я не пользовалась ею.
- Почему? – доктор удивился, не представляя, как можно отказаться от такой помады. Он подобрал баночку и так же, как Фиордес, зачерпнул содержимое пальцем. - М-м-м, великолепно, - он, смакуя, закрыл глаза. - Такие губы я бы целовал бесконечно.
- Фурдик! Как ты можешь?! Ты же не знаешь наверняка!
- У леди Шер не было резона травить Милену, она ей не соперница. И к тому же Шер знала, что вы приехали с Фиордес, а, значит, малышка вас не интересует. Зачем зря грех на душу брать? А к генеральше Кройц помада попала случайно, правда, милая?
- Она сама взяла, - я по-прежнему лежала на полу. Мало ли в какие игры играют мужчины? Вдруг все-таки отравилась? Падать с высоты роста больно.
- От чего тогда умерла генеральша Кройц? – король отвернулся к окну. На его скулах ходили желваки. С пола мне был особенно хорошо виден его профиль.
- Проклятие.
Таллен резко обернулся. Доктор поднялся и протянул мне руку. Пришлось вставать. Смерть откладывается до появления бывшего жениха.
- Откуда ты знаешь?
- Нашел в коробочке с пудрой, - доктор извлек из кармана вырезанную из кости пудреницу.
- Да, это Фиордес. Мы покупали ее вместе в Нордаги.
Я ожидала, что доктор вытряхнет содержимое, но нет. Фурдик перевернул и показал королю дно. Я тоже сунула нос меж двух склонившихся над вещью мужчин. Сначала ничего не разглядела, как и король, но доктор ногтем мизинца показал на небольшую выпуклость у одной из ножек.
- Что это? - не понял король.
- Половина жемчужины селлар. Вторая должна быть у человека, насылающего проклятие. Только так установится крепкая связь, и желание осуществится. Мне ли вам, Ваше Величество, объяснять?
- Жемчужина с магией, - завороженно произнесла я. Я видела ее впервые. - Как такая крохотная и даже не целая жемчужина может нести в себе смерть?
- Как я и говорил, жемчужина селлар может все. Эту заговорили на смерть. Чем больше всего гордилась Фиордес?
- Красотой тела, - произнес ошеломленный король.
- Ее она и лишилась. И вы, мой король, увидели свою любовницу в самом из ужасных состояний. Чисто женская месть. Проникнуть тайно в покои Фиордес и прикрепить проклятие к вещи, которой она часто пользуется, несложно.
- Но кто осмелился?!
Фурдик со значение поднял бровь.
- Стража! Взять леди Шер!
***
Леди Шер сопротивлялась. Кусалась, визжала, пиналась, но, когда ее все-таки скрутили, затихла. Помада размазалась, краска для глаз потекла. Под всем этим неумолимо проявился ее истинный возраст.
- Не я! Не виновата! Всех ненавижу, только посмейте до меня дотронуться!
Быстрый обыск ничего не дал.
- Что ищем? – уточнили пришедшие на помощь охотники.
- Вторую половинку селлара, - Фурдик показал пудреницу.
Лицо леди Шер скривилось.
- И не найдете. Ее просто у меня нет и никогда не было.
Не нашли. Когда я вернулась в свою комнату, взгляд упал на баночку с румянами. Я оглядела ее всю, но ничего похожего на селлар не заметила. Румяна были исключительно красивыми, с необыкновенным перламутровым блеском.
- А что это у вас в руках, милая? – я вздрогнула. Фурдик подкрался неслышно. – Еще один подарок от леди Шер? Ловко-ловко. Мы ищем селлар там, а он здесь. И никто бы не догадался.
- Но разве вторая половина не должна быть у человека, наславшего… Ой! Честное слово, это не я! – я запаниковала. Если селлар действительно в румянах, то могут решить, что я и есть убийца.
- Успокойся. Я свидетель, что о магическом жемчуге ты узнала от меня, и у тебя просто не было времени купить его, - доктор взял баночку из моих рук, зачерпнул румяна и растер между пальцами.
- Что тут происходит? – на пороге стоял Таллен, за его спиной заплаканная леди Шер с двумя стражниками по бокам.
Фурдик протянул королю указательный палец, на котором лежала крохотная жемчужина.
- Она спрятала вторую половинку в румянах и отдала их Милене. Весьма ловкий ход.
Я невольно провела рукой по щеке. Окажись такая ничтожная капля перламутра у меня на скулах, я ее просто смахнула бы.
Леди Шер, ошеломленную не меньше меня, увели.
***
Когда ее увозили, она кричала, прижавшись к стеклу кареты:
- Позовите Таллена! Это недопустимая ошибка! Меня нельзя наказывать за то, чего я не делала! Таллен!!!
- Может, она на самом деле не виновата? – я куталась в жесткий платок. - Совсем недавно у короля были доказательства, что я и есть отравительница Фиордес.
- А кто еще? Змея подавилась собственным ядом, - Фурдик натянул ворот по самые уши. Ледяной ветер трепал его жидкие волосенки.
- Между леди Шер и Фиордес давно шла вражда. У одной получилось вернуть себе короля и не раз, а у другой нет. Небесные чертоги, примите душу покойницы, - Велица поцеловала пальцы собранных в ковш ладоней.
- Почему король такой?
- Какой? – Велица шмыгнула носом. Дракониха никак не могла поверить, что ревность заставила леди Шер пойти на убийство.
- Заставляет страдать. Меня, королеву, леди Шер…
- Наверное, он просто не замечает, что вам плохо, - Фурдик постучал ногой о ногу. Мороз крепчал. - Вы же улыбаетесь, прихорашиваетесь для него.
- Бессердечный, - буркнула Велица.
- Совсем недавно ты говорила о грудном молоке, с которым наш Таллен всосал сострадание… - Вокан обнял дракониху.
- Не всосалось, - откликнулся Фурдик, поворачиваясь к нам.
- Что будет с леди Шер? Ее осудят? Сошлют на каторгу?
- Король не позволит, чтобы леди Шер судили, - за всех ответил Фурдик. - Она слишком долго была рядом с ним. Зачем обнародовать то, что должно быть скрыто?
- Боюсь, наша Казуля уже не вернется, - дракониха шумно высморкалась в платок. – Она ненавидела это деревенское имя, поэтому просила называть себя не иначе, как леди Шер.
- Ее убьют?!
- Если бы король хотел, леди Шер сгинула бы как Зуйка. Тихо. Без шума. И коней никуда не надо было бы гонять, - Вокан стряс с бороды снежинки.
Мое воображение тут же нарисовало, как леди Шер, беспрестанно оглядываясь, в страхе бежит от короля, а он следует за ней неотвратимо. И вот уже жар опаляет ее лицо, и идти больше некуда...
- Нам лучше не знать. И не болтать, если сами не хотим оказаться в опале, - ворота закрылись, и Велица, беспрестанно вздыхая, пошла в дом. А я осталась стоять на морозе. Как же просто король вершит судьбы! Без суда, без возможности оправдаться! Достаточно попасть к нему в немилость, и ты перестанешь существовать.
Я не верила, что леди Шер убьют. Скорее всего ее закроют в каком-нибудь монастыре, где обяжут хранить молчание. Она сама рассказывала, как король избавляется от своих любовниц.
Так я получила еще один наглядный урок: у короля нет снисхождения даже к тем, кого он когда-то любил.
***
Через двор опять с тяжелыми ведрами спешил Палек. На этот раз я не стала его окликать, тихо пошла следом.
Бесполезно запоминать дорогу и считать повороты, если ты за кем-то следишь. Внимание должно быть сосредоточено на чем-то одном.
Палек вывел меня в просторную пещеру - один из коротких рукавов действительно оканчивался морем. Оно рокотало, но его брызги не долетали до той ямы, куда мальчишка вываливал содержимое обоих ведер. Я принюхалась. Воздух был холодным, но гнилью совсем не пахло. Присутствовал какой-то незнакомый аромат, но определить, что это, не удавалось. Так может пахнуть какая-нибудь дикая, несовместимая смесь, например, огня и воды.
Палек не стал задерживаться и, как только ведра опустели, стремглав бросился назад. Он непременно столкнулся бы со мной, если бы я не вжалась в нишу.
- Ой! – пискнула я, падая спиной назад. Топот мальчишки уже стих, и я поторопилась подняться, на ходу отряхивая одежду от каменных крошек. Нельзя упустить Палека, без него я не выберусь. Но удивительное дело, я не смогла найти проход, через который только что вывалилась. Передо мной стояла сплошная стена.
- Эй! – закричала я, еще надеясь, что Палек не убежал далеко. – Э-э-эй! Я здесь!
Ответом мне было шумное дыхание откуда-то сзади. И издавать его должен был зверь размером с быка, не меньше.
- Мамочки, мамочки, мамочки… - я крутанулась на непослушных ногах и попятилась вдоль стены, желая не только видеть опасность, но и нащупать рукой хоть какую-нибудь лазейку. Шаг зверя был тяжел. Земля подо мной подрагивала. Наткнувшись на валун, я едва не упала, но, сообразив, что это единственное укрытие – дальше только та самая пещера с ямой для отбросов, скользнула за камень и легла, молясь всем богам, чтобы меня не заметили. Уткнулась лицом в ладони и перестала дышать.