Глава 2. Есения

Мечта всякого интеллигента — женщина, несомненно умная,

культурная, образованная, порядочная, интересная в общении, и при этом,

в постели- похотливая самка, и ненасытная сучка!".

© А.Пушкин из письма Вяземскому.

Рогов затащил-таки в престижный ресторан в центре Москвы. Я упиралась, как могла, но Остапа понесло.

Евгеньевич даже увольнением пригрозил и пообещал двойную оплату за день. Сладкая пилюля сработала, потому что я очень хотела туфельки, увиденные в ЦУМ, но копить мне на них еще долго. Зато смогу отложить.

Я листала меню, стараясь не изойти слюной.

– Что-то выбрала?

– Пожалуй, стейк из семги, греческий салат.

– Все? – хохотнул Кирилл.

Вздернула бровь.

– А по мне видно, что я много ем?

На самом деле слопала бы сейчас и слона, но на ночь наедаться – плохая привычка.

– Нет, но день был длинным…

– А желудок узкий, чтобы лишний раз его растягивать, – занудно пробормотала.

Это вон он может в качалку ходить среди бела дня, а мне когда? Даже дома не могу заниматься: сил нет. Приходиться корректировать вес питанием.

Официантка подошла и босс сделал заказ.

– Приятный ресторан. Я тут в первый раз.

– Знаю, – отложила меню и напряглась.

Взгляд начальства мне не нравился. Вообще. Слишком уж пристальный.

– Кто же знал, что все так выйдет?

– Как? Когда устраивалась на работу, мне не говорили, что я буду наполовину свахой. Женщин вы ищите сами, а я лишь бронирую столики и тд. Но вы хорошо платите, поэтому мне не трудно.

– В неформальной обстановке пора бы уже перейти на «ты». Все же знаешь размер моих трусов.

Главное, что не презервативов, а то не смогла бы спокойно спать.

– Что вы, Кирилл Евгеньевич, у меня язык не повернется, – ехидно улыбнулась и взяла в руки телефон, – Не возражаете?

Босс заскрипел зубами, что-то пробормотал и кивнул.

Я набрала маму. Давно ей не звонила. Некогда. С родственниками у меня натянутые отношения, вплоть до скандалов. Живут они в Московской Области. Папа – предприниматель и желал, чтобы дочь была подле и впрягалась в семейный бизнес. Только вот мне было неинтересно. Я хотела сама и именно в столице. Где есть шанс заработать и добиться высот.

Меня не привлекала перспектива трудиться в офисе, больше похожем на каморку и общаться с алкашами, которые работали на отца. Мама же была на стороне папы и считала, что дочь обязана помогать. Но никто не спросил, нужно ли это мне.

После ссоры с главой семейства, я дома появлялась редко. Но с мамой созванивалась периодически.

Что сейчас меня сподвигло набрать ее номер, не знала. Но благо то, что родительница не взяла трубку.

Нам принесли еду, пожелали приятного аппетита.

Живот заурчал, чем вызвал улыбку шефа.

– По поводу твоих обязанностей, – Кирилл Евгеньевич сделал глоток заказанного сока, – В скором времени я буду искать новую помощницу.

Мне поплохело. Я даже не в силах была жевать мясо и смотреть боссу в глаза. Меня увольняют? Да за что?

У меня было мало косяков… Да я работе отдаюсь, как раб!

– Расслабься, Есения, – голос Рогова звучал слишком таинственно.

– Знаете, не получается, – выдавила.

– Я расширяю компанию ровно на один отдел, во главе которого встанешь ты. У тебя очень хорошие организаторские способности.

– Кирилл Евгеньевич…

– Это не обсуждается. У меня есть планы, и я хочу, чтобы ты занимала в моей фирме иную должность, чем секретарь.

Тут вроде мне нужно было пафосно заявить, что если не я его помощница, то никто не подойдет. Сколько у него их было? Много!

Но рост в карьере – это то, к чему я стремилась.

В ресторане заиграла живая романтичная музыка, официант поставил на наш столик вазу с цветами, клубничный чизкейк и осыпал меня розовыми конфетти, попутно приговаривая:

– С Днем Влюбленных! Совет, да любовь!

– Я тебя сейчас самого полюблю, – проворчала, – Весь вечер придется выковыривать из волос. Но вот что за гадство?

– Это романтичный подарок от нашего заведения, – пролепетал молодой официант.

– Одарили, – фыркнула.

– Спасибо, – шеф галантно улыбнулся и вздернул бровь, – Я всегда подозревал, что внутри Есении Журавлевой бушует пламя, но не догадывался какое оно сильное.

– Вы это поняли по одной моей реплике?

– Нет. По скованности, по стилю в одежде, по интонации и взгляду. Ты терпишь меня, не перечишь, выполняешь точно мои распоряжения и не раздражаешь. Хотя, я предпочел бы тебя настоящую. Но для этого нужно сделать несколько шагов.

– Давайте есть, Кирилл Евгеньевич, – мне не хотелось ничего знать про его планы.

Они заведомо не нравились.

Остальную часть вечера мы ели молча. Точнее шеф пытался задавать личные вопросы, но я пресекала его бурную деятельность.

Но все же не выдержала и выпалила:

– Кирилл Евгеньевич! Я понимаю, что зачастую помощники являются друзьями своих шефов. Но я не верю в дружбу между мужчиной и женщиной, и разделяю работу с личной жизнью. Поэтому, если желаете обсудить вопросы, касающиеся фирмы, то я только за, а остальное…

– С чего ты взяла, что я хочу дружить?

Взгляд серых глаз заставил буквального гореть. Кровь прилила к щекам.

– Не знал, что ты умеешь так мило краснеть, – слишком мягко произнес мужчина.

А я не полагала, что шеф решит со мной флиртовать. Боги, кому скажешь, не поверят!

– Никто не знал, – пробормотала я, откладывая столовые приборы и вытирая губы салфеткой, – Пожалуй, мне нужно отойти. Попросите счет и не оплачивайте без меня, Кирилл Евгеньевич.

– Иди в туалет и не беси меня, – рявкнул так, что я вздрогнула.

Встала, выпрямилась, хмыкнула и ушла.

Рогов

Она серьезно предложила оплатить ужин самой?

Мужчине хотелось долбануть по столу, но сдержал низменные порывы. Кирилл знал, что характер у него не сахар, да и то, что Есения продержалась на должности так долго, о многом говорит.

Например о том, что женщина она амбициозная, но добивается всего сама, а не через постель.

Как было до нее…

Ведь не зря была такая текучка. Многие из предшественниц Журавлевой пытались соблазнить его. Некоторые и правда оказывались в постели начальника, а потом за пределами компании.

Кирилл не одобрял отношения в офисе, но сам был не безгрешен. И радовался, как дурак, когда Есения не предпринимала попыток залезть к нему в штаны. А потом, спустя, наверное, полгода мужчина посмотрел на девушку другими глазами.

Ему стало казаться, что под напором ее груди, единственная пуговка на пиджаке лопнет… А задница!

Кирилл никогда не считал себя фетишистом по женским ягодицам, но у Журавлевой была «что надо» и хотелось запечатлеть на ней поцелуй. Это помимо всего остального…

Желание росло в нем с каждым днем. Мужчина пытался разрядиться с другими, но никто из них не смог потушить огонь, бурлящий в крови. Кирилл заканчивал с дамами, не доходя до секса. Возбуждение потухало, как только он вспоминал, что перед ним не Журавлева.

И ладно, если бы он ее только бы хотел. Но нет… Есения была умным и дельным собеседником с тонким чувством юмора и дозированной язвительностью. Которую, сдерживала из последних сил.

И именно сегодняшний день стал для Рогова переломным. Он видел, как ее ласкали мужские взгляды, как ослабляли галстуки при встрече, как делали комплименты, на которые лично Журавлевой было плевать.

Но ему-то нет! Он ревновал и решил начать прокладывать путь к сердцу близкой и непонятной женщине, которая принципиально против отношений на работе.

Официант принес счет.

Рогов снова возмущенно покачал головой.

– Словно у меня нет денег, чтобы сводить красивую женщину в ресторан, – раздраженно вытащил из портмоне две оранжевые купюры.

Идея создать новый отдел пришла к нему еще пару месяцев назад. Пиар пиаром, а организация встреч, мероприятий, празднеств, выставок – это отдельная сфера для роста геморроя. И пиар отдел не справляется с поставленными задачами.

Есения станет начальником отдела и никто не посмеет сказать, что добилась она этого через постель.

Желание Рогова здесь было ни при чем. Он просто реально оценивал ее трудоспособность, мозги и активность.

Хотя мужчине было плевать с высокой колокольни на пересуды окружающих.

Помощница вернулась посвежевшая. Видимо, переварила его невинное заигрывание.

– Я тебя отвезу.

– Слишком большой крюк, Кирилл Евгеньевич. Лучше я на такси.

Чуть не заскрежетал зубами. Он выцелует это ее «Кирилл Евгеньевич». Мужчина чуть ли не наяву слышал ее стоны наслаждения и от этого в джинсах стало тесно. Удержался, чтобы не закатить глаза. Теперь придется немного подождать, чтобы там улеглось, иначе девушка заметит и уже покраснеет он.

– Я настаиваю, – отчеканил, – Иначе уволю. Уже поздно и я не хочу волноваться. Одевайся, подожду тебя на улице.

Кир курил редко. С его работой бросить курить не представлялось возможным. Привычка с детства, перешла и во взрослую жизнь. И даже спорт не дал пинка перестать дымить. Но мужчина старался делать это умеренно.

И вот сейчас, после ужина, после накатившего возбуждения, доза никотина стала для него глотком свежего воздуха. Пять затяжек, жвачку в рот и бычок в урну.

Есения вышла с гордо поднятой головой и букетом цветов. Она растерянно смотрела и кусала губы.

Привычка, которая последние пару дней доводила мужчину до душа. Да-да, иногда рука, мыло и поступательные движения разряжают тело и немного мозг. Хотя в его случае, все было куда серьезней.

В машине они ехали молча. По радио вещали о Дне Всех Влюбленных, рассказывая милые романтичные истории. Кирилл хмыкнул.

Только подумать, как женщины видят встречи со своими мужчинами!

По факту: мужик захотел, мужик организовал встречу, мужик навешал лапши на уши… Чтобы залезть под юбку. Просто потом его зацикливает на одной единственной. А она выдумывает, что ее избранник самый романтичный.

Есения хмыкнула.

– Тебя что-то позабавило?

В этот раз он настоял, чтобы девушка села на переднее сиденье.

– Да. Пляски вокруг зарубежного праздника. Все дотошно милые, ждут чего-то… Зачем ждать, если можно взять?

– Не знаю, в мое детство четырнадцатого февраля девочки ждали открытки, мальчики ждали поцелуев.

– Сейчас тоже ничего не изменилось, только ставки повысились. Подарки, а взамен секс. Хотя есть исключения, как моя подружка. Она верит, что сегодня ее сердцем приложит по голове и она в кого-нибудь влюбится. Надеюсь, не в маньяка… Ритка, хоть и семейный психотерапевт, но придурки у нее в креслах посиживают.

– А ты совсем не романтичная особа.

Есения расхохоталась.

– Предпочитаю поступки словам.

– Этот день повод сделать приятно своей второй половинке, – Кирилл прощупывал почву.

Он все-таки не так много знает о ее «личном».

– А почему этого нельзя сделать в обычный день? Что, не канает?

Журавлева отвернулась к окну. Вероятно, на этом разговор окончен. Правда, теперь Кир просто обязан проверить ее реакцию на него. Азарт, чтоб его!