Глава 14
Оттавио высокий и массивный… Казалось, даже стал больше, после того как я видела его в последний раз…
На мужчине простая черная майка, штаны, которые плотно обтягивают его массивные бедра, на ногах ботинки… Его тело блестит от пота и крови… На нем было много крови. Но я знала что эта кровь не его… А многих других людей, в том числе и Савицкого.
В правой руке Оттавио находился мачете, в левой руке… Он держал за волосы… голову. Настоящую человеческую голову! И я не сразу понимаю, что эта голова Егора.
Он бросает её в мою сторону, как трофей, и я прослеживаю за тем, как она котится ко мне, оставляя по себе кровавый след.
Мне не страшно после его поступка… И даже не противно.
А наоборот… Я чувствую в себе некое ликование, счастье, благодарность… Моего обидчика, насильника и мучителя больше нет! Нет! И я с трудом могла в это поверить…
Я бросаю на Оттавио растерянный взгляд, и вижу, как он рассматривает меня, потемневшим от злости, одичавшим взглядом…
Его дыхание было тяжелым, поза пугающей, угрожающей… А его длинные волосы, растрепанные и влажные после длительной драки, спадали ему на лицо, делая его вид ещё более устрашающим.
Я понимала, что Оттавио не причинит мне вред, что он пришел за мной, чтобы помочь и спасти… Но инстинктивно сжалась в комок, когда он сделал ко мне первые шаги.
- Не приближайся к ней! – рыкнул Итан и Оттавио остановился на полпути, обернувшись к нему и смерив уничтожающим взглядом. Я заметила, как он сильнее сжал рукоятку своего мачете, и принюхался. После чего окинув внимательным взглядом соперника и Моорана, который продолжал находиться в клетке без сознания. Кажется он заметил их только сейчас… И я понимаю почему, его охватили эмоции от первой встречи со мной, из-за чего он на миг потерял бдительность.
- Не трогай его, - попросила я, поднимаясь на дрожащие ноги. – Он друг… Твой брат, - сообщила, и Оттавио вернул ко мне свое внимание. Он посмотрел на меня и в его взгляде вновь появился опасный блеск… Потому что когда я поднялась на ноги он увидел меня во весь рост… То есть, мое избитое, израненное тело, одетое в белье, которое практически ничего не прикрывало.
Эмоции Оттавио были на лицо… И сейчас я могла поклясться, что чувствовала их… Именно в этот момент, он жалел о том, что так быстро убил Савицкого и сделал бы это ещё раз, с огромным удовольствием.
Приблизившись к моей клетке, мужчина внимательно посмотрел на замок, а затем взялся за прутья клетки и попробовал разломить их. Конечно, у него ничего не вышло.
- Ты не сможешь разогнуть прутья… Специальный сплав, - говорит Итан, наблюдая за ним. Как и я.
Оттавио бросил на меня очередной внимательный взгляд… Было очевидно, что ему не терпелось вытянуть меня из темницы и прикоснутся ко мне. В прочем, я тоже ощущала что-то подобное, но могла контролировать себя. Мои силы были на грани, а значит и притяжение на уровне этих сил…
- Ключ должен быть у Савицкого, - ответила я, продолжая оставаться подальше от мужчины. Хотя видела, как он потянулся ко мне рукой, чтобы прикоснуться. Я не приблизилась, смерив его испуганным взглядом.
- Аиша…, - позвал он, своим глубоким тембром, заставляя меня задрожать. Это был первый раз, когда я услышала его голос. Это было первое его слово – мое имя…
Он просил подойти к нему, но я отрицательно покачала головой, в неком защитном жесте обхватив себя руками. Просто боялась… Боялась того неизведанного и опасного что могло произойти и что бурлило между нами…
Оттавио не настаивал на том, чтобы я приблизилась к нему. Он знал, что доберется до меня только после того как откроет клетку и ему было известно как это сделать. Только вот он не хотел оставлять меня.
Спустя несколько секунд нашего зрительного контакта, мужчина избавляется от своей черной майки и протягивает её мне между прутьями.
- Одень, - просит.
Я принимаю, вещь и послушно надеваю её… Теплую от его тела, вкусно пахнущую и сводящую меня с ума.
Как только оказываюсь в его майке, чувствую себя более защищенной, уютней и спокойней… Как же много значила для меня его энергетика и сила.
После того как моё тело оказывается прикрыто одеждой, Оттавио заметно успокаивается.
- Я уйду, - начинает, и в моей груди с болью сжимается. А он чувствует это и спешит добавить. – Меня не будит всего лишь несколько минут, я вернусь с ключом…, - обещает. – Тело ублюдка лежит наверху…
Я согласно киваю, с трудом сдерживая слезы, которые так и рвались наружу… Но я понимала, что ему нужно это сделать. А ещё я помнила о своем ошейнике.
Прикоснувшись рукой к шее и тем самым обратив внимание Оттавио на эту часть своего тела, я тихо говорю:
- Нужен ещё пульт… вот такой, - я указываю пальцем на пульт от ошейника Итана, который лежал на полу. – Чтобы снять его…
- Я смогу снять его и так…, - ответил Оттавио, хмурым взглядом посмотрев на ошейник на мне.
- Не сможешь, - отозвался Итан. - Он детонирует, если нарушить его целостность… Аиша может остаться без головы.
Оттавио зарычал… Недовольно и предупреждающе, после чего окинул Итана угрожающим взглядом. Он даже слышать не хотел, что что-то или кто-то может причинить мне вред или боль. Его от этого заметно плющило.
- Просто принеси пульты… Их двое в его левом кармане, - прошу, немного приблизившись к мужчине. Оттавио улавливает мое движение и немного успокаивается. После чего согласно кивает и уходит.
- Он дикий… И очень жестокий… Настоящий монстр, - подмечает Итан.
- Оттавио совсем недавно вышел из транса…, - объясняю. – Он мало знает внешний мир. Живет на инстинктах. Подозреваю, он уже многому научился, но все равно этого не достаточно… А ещё, нас разлучили. Это сильно влияет на него… Поймешь сам, когда встретишься с Кирой.
- Ты отведешь меня к ней? – спрашивает с надеждой.
- А как же еще… Ты её пара. Такая удача не каждому выпадает…, - не успеваю я договорить, как Оттавио возвращается в камеру.
В его руках ключ и пульты.
Он сразу приближается к моей клетке, и открывает замок. Затем шагает внутрь одной ногой, осторожно берет меня за руку и выводит наружу. Я тут же оказываюсь в его крепких объятиях, он прижимает меня к себе, и жадно вдыхает мой запах… Обнюхивает и общипывает, пытаясь понять моё состояние, учуять все мои повреждения.
Я не противлюсь ему, и уже не боюсь. Поскольку его движения и прикосновения нежные, осторожные, мягкие… А ещё мне было так хорошо в его руках.
- Всё хорошо, - пыталась успокоить я его. Но он продолжал меня нюхать, и прижимать к себе…
- Нет… На тебе слишком много ран… Слишком большая потеря крови… Ты ослабла и на грани потери сознания, - заключает. – Я хочу помочь тебе… Не бойся, - предупреждает, а затем проводит своим шершавым языком по ране у меня на скуле, затем на виску, на лбу. То же самое он делает с ранками и на ключицах, руках, плечах… Его зализывание ран быстрое, меланхолическое… Будто бы он спешил это сделать как можно быстрее. Будто у нас мало времени и на счету каждая секунда.
А для меня, каждое прикосновение его языка по моей коже, как раскаленный метал… Я возбудилась, и сама не поняла, как так получилось. Ведь он лечил меня, не делал ничего провоцирующего.
Я останавливаю Оттавио, когда он уже опустился передо мной на колени и, приподнявши майку вверх, начал зализывать раны на животе и бедрах.
- Хватит… Не здесь, - попросила я, осипшим голосом.
Оттавио остановился и вновь поднялся на ноги. Он все понял… Почувствовал мое возбуждение и от этого его взгляд опасно потемнеет. Но мы были не одни, и он об этом помнил.
Он вновь прижал меня к себе, прикасаясь носом к щеке…
- Ты больше не боишься меня? – спросил хрипло.
Я отрицательно покачала головой.
- Прости, что убежала… Я, понимала, что ты не причинишь мне вред, но все пережитое…
- Я знаю. И поэтому ни на чем не буду настаивать. У тебя столько времени, сколько нужно, - отвечает.
- Спасибо… Но мне уже лучше, - я посмотрела на оторванную голову Егора. – Поверить не могу, что его больше нет, и он не причинит мне вред…, - сказала с болью в голосе.
Оттавио накрыл мою щеку своей огромной ладонью.
- Он был совсем не страшный, Аиша, - сказал мягче. – Он был просто человеком… Жалким и гадким.
- Он был уродом… Но не человеком. Люди не могут быть такими, - поправляю я его. – Спасибо, что ты его убил…
- Поверь, он мучился… Долго и болезненно. А ещё, перед тем как сделать последний вздох, он знал, за что умирает.
- Спасибо, - опять благодарю и прижимаюсь к нему. – Спасибо…