Глава 5

ГЛАВА 5

 А мне вспомнилось моё первое и единственное на данный момент счастливо-горькое замужество, которое продлилось так мало. Юлиан (вообще-то он Ювеналий, вот такое редкое имя) потрясающе ухаживал, поэтому мене трудно представить особу женского пола, которая смогла бы перед ним устоять. Мы с ним учились в одном институте, на одном факультете, но в разных группах. Мы, в смысле большинство ребят и девчонок, только закончили школы, а Юлию было уже 23, и он сильно выделялся среди всех первокурсников и не только. Высокий, статный, с удивительными тёмно-синими глазами, опушенными длинными чёрными ресницами. Почему удивительными? Хотя они и были в основном тёмно-синими, но их цвет менялся постоянно: то небесно-голубые, стальные серые, то фиалковые, а иногда, правда, очень редко, цвета морской волны. Представляете себе такого красавца с атлетической фигурой воина-римлянина, иссиня-чёрные волосы слегка вьются и ниспадают на плечи, особую пикантность придаёт одна единственная седая прядь. Было в его образе что-то демоническое, что притягивало к нему представительниц прекрасного пола. Да и умение не просто со вкусом одеваться, а способность подать себя явно были на его стороне. Он в любой компании был к месту: великолепный танцор, рассказчик, то есть личность совершенно неординарная. Как потом выяснилось очень неплохой психолог по женской части, но это было потом.

- Родионова, опаздываешь? – неожиданно раздалось у меня над ухом.

- Ага, первая пара, препод зверь, обещал, что опаздывающие зачет не получат, – я ответила на автомате, а повернув голову увидела Юлика, – А у Вас разве нет первой пары?..

-Нет, мне ко второй.

- Значит в библиотеку?

У нас получить нужные книги или учебники, особенно перед сессией, можно только с утра. Между парами или после занятий в библиотеке бурлил настоящий водоворот из студентов разных курсов. Гвалт стоял такой, что оглохнешь, в толпе охромеешь на обе ноги сразу, а толку будет чуть.

- Родионова, не тупи, я похож на человека, который с утра потащится в библиотеку?

Сердце сладко замерло, а ноги вдруг стали ватными.

- Эй, ты, что решила под машину броситься, чтобы Никулишина не видеть! Он этого не поймёт - к нему на зачёт народ по пять-семь раз ходит. Принцип у него такой – студент обязательно чего-нибудь не знает… Помучает, поиздевается, а потом всё равно поставит.

- Ой, да я просто не заметила эту машину дурацкую… А что Никулишин действительно такой зверь или это байки…

- Зверь, зверь, - усмехнулся Юлик, - только он такой по отношению к студентам женского пола исключительно. Женился, видишь ли, на своей студентке, а теперь всем мстит, особенно хорошеньким. Так что и тебя не минует чаша сия.

До института оставался один поворот, и мы незаметно для самих себя влились в толпу спешащих к первой паре студентов разных факультетов и курсов. Юлика кто-то окликнул, а я не стала его ждать (ещё чего, а то подумает, что и я из числа его воздыхательниц).