4 сентября

Ксюша открыла глаза и посмотрела на спящего рядом Артёма.

«Какое счастье, что мне не приснилось это!» — подумала она.

Вчерашний день, бурный, значимый, невероятный, вернувший её жизнь снова в счастливое русло, действительно был, и от этого она чувствовала позабытое и такое сладкое счастье…

Когда-то давно в школе, раскрывая тему счастья, она сидела и вымучивала из себя строчки, чтобы описать его, а сейчас, узнав его по-настоящему, узнав его с другой, неведомой ранее стороны, она могла бы спокойно исписать не одну страницу. Ведь счастье было так банально просто. Просто лежать рядом и смотреть, как он тихо спит. Просто растворяться в его взгляде. Просто разговаривать с ним о всякой чепухе. Просто иметь возможность коснуться его. Просто понимать, что он жив… И так до бесконечности.

Артём зашевелился и, приоткрыв глаза, сонно улыбнулся ей.

— Как хорошо, что ты не приснилась мне!

Ксюша подвинулась к нему ближе.

— Ты говоришь то, о чём я подумала, открыв глаза, — отозвалась она и вздохнула. — Ты не представляешь, как это страшно — просыпаться утром и понимать, что это не сон, что ты потеряла любимого человека и ничего никогда уже не исправить…

Он привстал и сказал ей:

— А я, просыпаясь утром, думал, что настолько обидел тебя, что навсегда потерял. Я не мог приехать и найти тебя, чтобы поговорить, извиниться… Я мог только ждать, что однажды ты простишь меня и придёшь… Я ждал, ждал, а ты не приходила…

— Если бы я только знала тогда об этом…

От горьких воспоминаний глаза Ксюши наполнились слезами, и он придвинулся к ней и поцеловал в щёку, успокаивая:

— Как-то печально мы начали сегодняшний день. Надо исправляться!

Она кивнула и попыталась улыбнуться.

— Во сколько тебе в универ?

— Я сегодня не поеду! — решительно ответила девушка.

— Почему?!

— Я не хочу никуда уезжать от тебя! — ласково смотря на него, объяснила она.

— Из-за меня ты хочешь стать прогульщицей?! — подтрунивал Артём.

— У меня есть фея, которая всё уладит, и для всех я буду присутствовать на парах, — улыбнувшись, сообщила девушка.

— О, какие у тебя, оказывается, покровители!

— Да! У меня есть фея, которая умеет делать из Золушки… — Ксюша хотела сказать «принцессу», но, вспомнив свой вчерашний вызывающий вид, осеклась — Которая выполняет мои желания!

— И что сейчас желает Золушка?! — поинтересовался он.

— Золушка желает приклеиться к своему принцу и не отрываться от него никогда! — она легла к нему на грудь, обняв одной рукой.

— Может, она желает что-то погорячее?!

— Например?!

Девушка подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Артём повернулся на бок, и она скатилась обратно на подушку. Он наклонился к ней так близко, что сердце мгновенно ускорило свой обычный ритм, а он, обжигая дыханием, произнёс:

— Например, горячий и страстный поцелуй…

Он коснулся её губ, и они мгновенно слились, не желая отпускать друг друга.

— Да… — прошептала она в то мгновение, когда он на секунду оторвался от неё. — Желает…

Он опять впился в её губы, а она обняла его, чтобы он подвинулся ещё ближе. Стало так жарко от пылающего урагана страсти, что они скинули одеяло. Он оторвался от неё и тихо спросил:

— А что ещё она желает?!

— Желает тебя… всего… сейчас, — простонала она, тяжело дыша и тая от предвкушения неповторимых ощущений.

Ксюша надела вчерашнее платье и стояла, разглядывая себя в зеркало. Артём вошёл в комнату, остановился и, пожирая её глазами, констатировал:

— Безумно сексуально!.. Я бы не хотел, чтобы ты его носила где-то, кроме дома!

Она обернулась и, смущаясь, потянула платье за подол вниз.

— Не понимаю, как я вчера решилась его надеть. Оно вообще мало мне…

Он посмотрел на глубокий вырез, из которого выпрыгивали её груди, на ткань, как чулок обтягивающую её похудевшую, но всё ещё аппетитную фигуру, и заявил:

— Нет, не мало, но оно однозначно вызывает желание затащить тебя снова в постель!

Ксюша покраснела.

— У меня нет другой одежды с собой. Придётся так доехать до дома, — пожав плечами, сказала она.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ — Ты хочешь уехать?

— Надо забрать одежду, — она подошла к нему и обняла его. — Мне не хочется уезжать от тебя, но завтра в институт я не могу так пойти.

Он похлопал её по попе и устремил свой взгляд на вырез декольте.

— Да, в универ в нём я тебя не пущу! Скажу тебе честно, в этом платье ты вызываешь у мужчин слишком неконтролируемые желания.

Она опять смутилась от его слов и, улыбнувшись ему одними глазами, пообещала:

— Я быстро съезжу, пока тебе будут делать массаж и мучать лечебной физкультурой.

— Может, пока ещё есть время, займёмся другой физкультурой?! Приятной… — призывно улыбаясь, предложил он.

— Тёма!

— Сама соблазняешь меня этим платьем! — возмутился он и, взяв его за край, потянул наверх. Ксюша засмеялась и перехватила его руки, не давая себя раздеть.

— Тёма!

Он остановился, и она одернула платье.

— Потом.

В этот момент они услышали, как хлопнула входная дверь. Девушка испуганно посмотрела на него, а он подмигнул ей, давая понять, что он рядом.

— Артём, сынок! — раздался из коридора голос.

— Я тут.

— Привет, — женщина вошла в комнату и, встретившись глазами с Ксюшей, с презрением посмотрела на неё.

Девушка почувствовала, что краснеет, осознав, что опять встречается с его матерью в неподходящем виде.

— Я поеду, — тихо произнесла она, повернувшись к Артёму, когда поймала его взгляд.

— Я провожу тебя, — ответил он, кивнув, и, опираясь на палочку, пошёл за ней, игнорируя появление матери.

Когда он вернулся в комнату, то, сердито смотря на мать, спросил:

— Хорошо спишь ночами?! Совесть не мучает?!

— Я тебя не понимаю.

— Ты сказала Ксюше, что я погиб! — повысил он голос и бросил на мать взгляд, полный бессильной злости.

— Что?! Я вообще её не видела! — возмутилась женщина.

— Мама!

— Я не видела её! — почти закричала она в ответ.

— Ты звонила ей по телефону в тот день, когда произошла авария.

Она посмотрела на него, и её невероятные голубые глаза наполнились слезами.

— Сыночек, в тот день, когда произошла авария, я вообще ничего не помню! Ни что делала, ни что говорила… Ни как поехала на опознание… — её голос задрожал от тяжёлых воспоминаний.

— Допустим, — согласился Артём. — Но почему ты не пустила Ксюшу ко мне, когда она пришла?

— Она два месяца жила без тебя. Ты ей был не нужен. Я не хотела, чтобы она опять ворвалась в твою жизнь и всё разрушила. Она чуть не убила тебя! — почти крича, оправдывалась женщина.

— Мама!

— Ничего бы не произошло, если бы не было её!

— Мама! — крикнул Артём.

Она сквозь слёзы посмотрела на него:

— Вот теперь эта девчонка настраивает тебя против меня.

— Это неправда! — вскипел молодой человек. — Ты обманула меня, когда я просил, чтобы ты посмотрела в окно… Я слышал её голос… Она была там… А ты сказала, что никого нет!

— Я никого тогда не видела! — упрямо твердила женщина.

— Мама, давай ты оставишь нас в покое! — устало предложил он, подойдя к ней ближе, чтобы видеть её глаза.

— Это твоё окончательное решение?!

— Да!

— Хорошо, я сдаюсь. Пусть будет эта, — примиряюще сказала она и хотела дотронуться до его щеки, но он отошёл:

— Ксюша, мама!

— Ксюша.

Ксюша вошла в квартиру как можно тише, чтобы не привлекать внимания и успеть переодеться до того, как попадётся на глаза родителям, но ничего не вышло. В гостиной она сразу столкнулась с матерью. Та посмотрела на кусок материи, обтягивающий тело дочери, таким взглядом, что слов было и не нужно, чтобы понять всю степень её возмущения.

Ксюша покраснела и пробормотала:

— Привет, мама.

— Ты так ходила в университет? — проигнорировав слова дочери, спросила та.

Девушка посмотрела на мать, размышляя, что ей ответить. Если сказать, что она там не была, то ей придётся выслушивать лекцию о том, как плохо начинать учебу с прогулов и что, конечного же, здесь не обошлось без Артёма. Если же сказать, что она была там в платье, что надето на ней, то придётся слушать нелестные высказывания о себе, и, разумеется, опять во всём будет виноват он.

Решив, что оба варианта неудачные, она проигнорировала вопрос и заявила:

— Я приехала за вещами.

Женщина мгновенно переключилась на более волнующую её тему.

— Значит, ты всё-таки решила сожительствовать с этим… — мать подбирала подходящее слово, сердито сверкая глазами. — С этим…

— С Артёмом, мама, — как можно спокойнее ответила Ксюша. — Я буду жить с Артёмом! Мы любим друг друга и хотим жить вместе!

— И тебя не коробит, что, как бы любя тебя, он предлагает быть всего лишь любовницей, а не женой?!

— Он поправится, и мы распишемся, — пытаясь не нарываться на открытый конфликт, сказала девушка.

— Можно и сейчас расписаться при желании! — констатировала мать. — Но ему просто этого не надо!

— Мама, почему ты хочешь вечно вмешиваться в чужую жизнь?! Мы сами решим, когда и что будем делать! Как нам лучше! Это наша жизнь! — срываясь, закричала девушка, не в силах больше сдерживаться от возмущения, снедавшего её от несправедливости по отношению к нему.

— Ксения, давай ты успокоишься и всё обдумаешь, а пока будешь просто встречаться с ним. Я не буду запрещать тебе этого, — пытаясь найти компромисс, предложила женщина.

— Мама, я два месяца существовала без него! И сейчас ни за что на свете не откажусь от возможности проводить с ним всё своё свободное время! Просыпаться с ним, засыпать, готовить ему еду… — воскликнула она и посмотрела на мать влажными от переполняющих её эмоций глазами.

— Он разобьёт тебе сердце, когда выставит тебя вон, как прошлую девушку…

— Мама, он любит меня!

Женщина посмотрела на дочь и вздохнула.

— Что есть его любовь?! Эмоции, которые сотрутся о быт?! Страсть, которая угаснет от твоей доступности?.. — с грустью перечисляла она.

— Мама!

— Я прожила гораздо больше, чем ты, и знаю о любви много того, чего не знаешь ты! И я не хочу видеть, как ты будешь угасать оттого, что он тебя выкинет, как использованную вещь, когда ты ему надоешь!

— Почему ты не веришь в настоящую любовь?! В такую любовь, чтоб на всю жизнь! — воскликнула Ксюша.

— Потому что ничто в жизни не вечно…

— А наша любовь — на всю жизнь! — упрямо произнесла девушка. — Наша любовь — навечно!

— Как же ты наивна.

— Я люблю его! Я верю ему! И я ухожу! Никакие слова меня не остановят! — не сдавалась Ксюша, глядя в глаза матери. — Даже если мне суждено быть счастливой всего несколько недель, несколько дней, я буду наслаждаться ими, а потом буду умирать без него, но никто у меня не отнимет мой кусочек счастья!

Произнеся последнее слово и не дожидаясь того, что ей ответит мать, она побежала в комнату и, громко хлопнув дверью, рухнула на кровать, пытаясь успокоиться, чтобы быть в состоянии собирать вещи.

Артём ждал Ксюшу, она должна была вот-вот вернуться, и, когда в дверь позвонили, он шёл в полной уверенности, что это она. Однако на пороге оказалась Кристина.

— Зачем ты здесь?!

— Я эти два месяца каждый день была у тебя, и ты не спрашивал, зачем! Ты забыл?! — возмутилась девушка и шагнула в прихожую.

— Нет. Так же, как и то, что вчера ты не пускала ко мне Ксюшу, — парировал Артём.

— Прости, — тихо ответила она и опустила глаза. — Я пришла как раз извиниться за это.

Он удивлённо посмотрел на неё:

— Ты — извиниться?!

Она кивнула.

— Тёма, нас так много связывает. Мы ведь знакомы с детства. Я поняла, что нам не быть любовниками, что ты любишь Ксюшу, но… давай останемся близкими друзьями.

Он был искренне удивлён её словам и её адекватному поведению. Она не вешалась на него, не пыталась поцеловать его, ничего не кричала, а просто спокойно стояла рядом и говорила разумные вещи.

— Я удивлён…

— Я тоже! — она улыбнулась и, посмотрев на него своими большими синими глазами, объяснила: — Я просто вдруг осознала, что всё равно не люблю тебя по-настоящему… Что пора завязывать с этой детской историей и искать себе реального мужчину!

— Хорошо. Я очень рад это слышать.

— Можно тебя обнять по-дружески?! — спросила она, продемонстрировав смущение.

Артём усмехнулся. Было совсем непривычно слышать от неё подобные вопросы, и, взглянув на неё, он ответил:

— Можно.

Молодой человек открыл ей свои объятья, и она прижалась к нему, обняв его за торс.

— Буду любить тебя как друга! Или лучше нет — как брата, — сказала она ему в рубашку. — Я помню тебя ещё маленьким.

— Я тоже помню тебя, когда ты ещё играла в песочнице! — усмехнулся он.

Подняв голову, он увидел, как в приоткрытую дверь вошла Ксюша. Она увидела его, обнимающего Кристину, и от растерянности застыла на месте. Артём высвободился из объятий девушки и, подойдя к ней, легко коснулся её губ.

— Кристина пришла к нам извиниться, — чувствуя себя немного неловко от возникшей ситуации, объяснил он ей.

Ксюша кивнула и с недоверием посмотрела на соперницу. Та и вправду выглядела весьма дружелюбно, но она не особо верила, что это всё искренне.

— Может, когда-нибудь мы с тобой подружимся, — улыбнулась ей Кристина, но Ксюша знала наверняка, что этого никогда не будет. Однако она кивнула ей и, сняв туфли, надела тапочки.

— Может, угостите меня чаем?! — спросила Кристина, смотря то на Артёма, то на Ксюшу.

— Да, конечно, — согласился Артём и попросил Ксюшу: — Ты сделаешь нам чай?!

Девушка кивнула. Он улыбнулся ей и, взяв за ручку чемодан, который она привезла из дома, повёз его в комнату. Кристина последовала за ним, а Ксюша, тяжело вздохнув, пошла на кухню, чувствуя, что ревность закипает внутри как чайник, который она собиралась включить.

Девушка поставила на стол печенье и конфеты, расставила чашки, заварила чай, но они так и не пришли, и она пошла за ними в комнату. Артём стоял в спальне с телефоном Кристины в руках, а она повисла на нём и, улыбаясь, что-то объясняла.

— Чай готов, — позвала Ксюша с порога, явно не испытывая восторга от картины, представшей её глазам.

Они обернулись. Артём виновато улыбнулся ей:

— Да, сейчас идём.

Ксюша пошла обратно на кухню, воюя с разбушевавшейся в душе бурей. Ревность, как кипяток, обжигала её сердце, и она ничего не могла сделать, чтобы унять боль, внезапно появившуюся от неё.

Артём и Кристина пришли через минуту, когда Ксюша уже еле сдерживала себя от возмущения.

— Самое ужасное в моём положении — это то, что я не могу сидеть, — пожаловался Артём, встав за спинкой стула, где сидела Ксюша. — Так что, девушки, вы сидите, а я буду смотреть на вас сверху вниз!

Ксюша передала ему чашку и его любимое печенье, а Кристина села напротив и улыбнулась, отхлебнув из чашки, ощущая, что своим присутствием явно действует сопернице на нервы.

Ксюше показалось, что чаепитие длилось вечность, она уже устала натягивать улыбку на своё лицо и изображать радушие перед этой лицемеркой, поскольку ни секунды не сомневалась, что весь этот спектакль с извинениями и вдруг внезапно всплывшей детской дружбой был только частью её какого-то зловещего плана.

Когда незваная гостья наконец ушла, Ксюша с облегчением выдохнула, а Артём, поймав её мрачный взгляд, спросил:

— Что не так?!

— Не нравится мне твоя Кристина! — выпалила девушка.

— Она не моя. Ты моя, — осознавая, что она ревнует, с улыбкой произнёс Артём и потянул её за руку к себе.

— Я не верю ей, — не унималась девушка, сопротивляясь ему. — Она лицемерка!

— Ксюша, она никогда не любила меня и просто поняла это. По-моему, вполне логично. Успокойся!

Девушка сдалась и прижалась к нему, стараясь выкинуть из головы все свои сомнения и страхи.

«В конце концов, люди могут поменяться… Может, она действительно прозрела! — подумала она. — А я точно веду себя как дура. Он жив! Он со мной! Что ещё мне надо?!»