21
Маша
Весь день как «на иголках»…
Думаю всё время о Руслане…
«Где он сейчас? Чем занимается? Когда приедет?» – вопросы сыплются один за другим и не дают покоя.
Я, конечно, пыталась совладать с собой, контролировать эмоции и следовать просьбе мужа «не забивать голову», но отрешиться от тягостных мыслей не получалось. Ожидание, неизвестность и неопределённость – выматывают, лишая сил...
До сих пор перед глазами стоит образ любимого мужчины… Непоколебимая решимость, уверенность и целеустремлённость, отразившиеся на его лице, когда мы прощались, мне не просто не понравились, а всерьёз напугали.
И теперь мучаюсь.
«Интересно, что он задумал?» – не сомневаюсь: вынашивает какой-то план, ведь мы оба мечтаем вернуться в наш дом как можно скорее, а для этого нужно незамедлительно действовать.
А значит, рисковать… вот, чего боюсь...
Малыш тоже чувствует мои переживания: толкается активнее обычного, вплоть до лёгких болезненных ощущений. Понимаю, ради него я должна взять себя в руки, хотя по факту – только больше вгоняюсь в состояние, граничащее с паникой.
– Маш? – Оксана позвала меня. Прикоснулась к моему плечу, сжимая мягко.
– А? – подняла на неё взгляд.
– Выпей «успокоительное», – протягивает стакан с водой.
– Да, – согласилась: раз самой не удаётся справиться, то без лекарства не обойтись.
– Сейчас подам таблетку.
Хотела встать с дивана, но низ живота резко стало тянуть…
– Оксан… – в этот момент испытала весь ужас, представив последствия.
«Я не могу потерять его…».
– Тебе плохо? – она быстро подошла, осторожно уложила меня в горизонтальное положение.
– Что-то не так… – озвучивать своё самочувствие страшно даже на словах.
«Почему же так больно?» – и это противное ощущение только нарастает. Режет и колет…
– Прошу, не делай лишних движений, – в отличие от меня, мгновенно просканировала ситуацию. – Позвоню Артуру. Решим, как быть. Не волнуйся.
Оксана говорила чётко и по делу. И уже через пару минут пришёл её мужчина.
– Что у вас случилось? – он буквально влетел в комнату.
– Маше нужен врач. Как поступим?
– Так… – посмотрел в мою сторону, выдержав недолгую паузу. – По идее, сам не имею права решать подобные вопросы, надо бы через Руслана…
– Время не терпит отлагательств! – она повысила голос, схватив его за рубашку. – Речь идёт о жизни ребёнка!
– Едем в больницу. Срочно.
Он дал указания Оксане идти впереди, чтоб проверять обстановку по пути до запасного выхода, где стоит машина (свидетели нам не нужны). Потом аккуратно поднял меня на руки.
– Держись за шею. И описывай всё, что чувствуешь, если будут изменения.
– Хорошо, – я скорчилась от новой порции боли.
Всё-таки предчувствие меня не обмануло…
...После всех медицинских манипуляций я уснула...
И даже во сне не покидал пережитый ужас, возвращая обратно в ад. Такого страха не испытывала прежде. Нет большего горя, чем потерять своего ребёнка, а лишиться чуть ли не единственного шанса стать матерью – больно вдвойне.
Как же хорошо, что в реальности всего этого не произошло, одного случая в жизни хватило с лихвой, второй раз не вынесла бы – это просто убило бы, уничтожило меня...
Главное – всё обошлось, мы приехали в больницу вовремя. Благодаря слаженным действиям доктора угроза выкидыша миновала. Хотя как будет протекать беременность в дальнейшем? – пока неизвестно.
Не знаю, сколько я спала… Проснулась резко. Дёрнулась, как от сильного удара, и села, судорожно хватая воздух ртом.
Наконец-то удалось вырваться из цепких объятий кошмара.
«Малыш, как ты там?» – машинально положила руки на живот, поглаживая нежно. На мои прикосновения сынок ответил сразу: зашевелился, только уже спокойно.
Мысленно представляю его личико. Он обязательно будет похож на папочку.
– Руслан… – подумав о муже, в груди вновь защемило.
«Где он находится? В курсе ли, что со мной случилось?» – за окном темно, а значит прошло не меньше пяти-шести часов с момента, как я попала сюда.
Надо всё выяснить. Оксана точно должна быть здесь. Надеюсь, у неё есть новости. Иначе сойду с ума от неопределённости…
Хотела подняться, выйти на разведку, но внезапно дверь распахнулась и в палату вошла врач – именно она спасла нашего ребёнка.
– Куда это вы собрались? Вам нельзя вставать! – женщина быстро подошла и уложила меня обратно на подушку. Тут же отрегулировала кровать, сделав удобный наклон.
– Мой муж приезжал? – сейчас это всё, что интересует.
– Никого не было, – отрицательно помотала головой. – А вот ваша подруга всё это время ожидает в коридоре.
– Позовите её, пожалуйста, – не сомневалась в ответственном отношении Оксаны: не оставила меня, выполняя указания Руслана.
– Сначала осмотрю вас. Задерите рубашку, а ноги согните в коленях, – деловито сказала.
И принялась за работу: ощупала внимательно живот, затем засунула пальцы внутрь вагины...
Я скорчилась.
– Больно? – уточнила она.
– Нет, – неприятно.
Она ещё сделала ряд манипуляций, после чего озвучила:
– Кровяных выделений нет, тонус матки в норме. Всё хорошо, – сняла перчатки, выбросив те в урну. – Нужно поставить капельницу, чуть позже придёт медсестра. Приглашу вашу подругу. И помните: вам прописан постельный режим, главное – никаких волнений, резких движений. Отдыхайте.
– Да… – легко лишь на словах.
Но я постараюсь.
Оксана зашла, стоило доктору покинуть палату. Не понравилось мне выражение её лица – напряжённое, задумчивое и, как будто, расстроенное.
– Как дела?
– Хотела спросить то же самое, – она приставила стул к кровати и присела.
– Я в порядке. Чувствую себя значительно лучше.
– Напугала ты нас… – прикоснулась к моей руке, сжимая мягко.
– Где мой муж?
– Маш, ты только не переживай.
– Что произошло?
– Нет повода для паники.
– Оксан… говори уже… – неведение ещё больше нервирует.
– Ладно, скажу, – она тяжело вздохнула. – Телефон Руслана не отвечает. Артур пытается найти его, пока безрезультатно…
Руслан
Евгения охотно поделилась информацией касаемо всех дел мужа – то, чего я не знал, недостающие детали, чтоб иметь полное представление о происходящем.
Не сомневаюсь: она сказала правду, ведь заинтересована, как и я, в скорейшем разрешении проблем, пусть мы и преследуем разные цели. При этом не рассчитывала, что предложу взамен свою помощь – разобраться с недоброжелателями Константина. Хотя надежда в её глазах была, а когда я уходил из подвала, тихо произнесла: «пожалуйста, пусть он вернётся ко мне… живым...».
Нет, что угодно, но для этого ублюдка палец о палец не ударю, пусть сам выбирается из дерьма (собственными «стараниями» и «заслугами» оказался в данной ситуации). Нажил врагов – теперь не удастся остаться «чистеньким».
Рано или поздно справедливость должна была восторжествовать. Время настало!
Впрочем, моё вмешательство может многое изменить. Только в отличие от других участников сговора мне будет проще действовать, ведь я в курсе всего.
Что касается Кирилла, то… Поговорить мы поговорили, конечно, но отношения с ним испорчены. Сошлись на том, что как только всё закончится – забудем о существовании друг друга и никогда не потревожим, а до этого не будем препятствовать планам каждого из нас. На удивление, он даже извинился, хотя искренности в словах я не услышал. Ну а Евгения, по моему совету, «включила дурочку» и ничего ему не рассказала, изображая неведение – заикалась и плакала.
Следующим на очереди был Самсонов.
Он сам поспешил позвонить, попросив подъехать к нему в офис как можно быстрее. Для виду я поинтересовался случившимся. В ответ ожидаемо прозвучало: «речь пойдёт о моей жене».
И уже через полчаса я зашёл в его кабинет.
Увидев меня, Константин изумился:
– Что с тобой?
В одежде бандаж не заметен, а вот хожу я, слегка согнувшись и держась за рёбра – периодами боль напоминает о себе, бьёт точным, простреливающим ударом в пострадавшее место. Зато лицо нагляднее смотрится: бровь наплыла над глазом, разбитая губа опухла…
– Неудачно упал на тренировке, – сразу пояснил, чтоб не развивать эту тему дальше.
– Бывает… – он громко выдохнул. – Ты знаешь, где Женя? Дома не ночевала, телефон отключен… нигде не могу найти…
– Понятия не имею. Она передо мной не отчитывается.
– Надо пробить её номер. Не нравится мне это…
– Хорошо, – заметив, как он напряжён, я уточнил: – Что, есть какие-то подозрения?
«И ведь если бы он волновался за неё… Но нет, исключительно собственный покой заботит».
– Есть опасения… – Самсонов откинулся на спинку кресла, внимательно взглянув на меня.
– Например? – внезапно я поймал себя на мысли, что поведение Константина выглядит странным. Обычно он раздражается по любому поводу. Сейчас же: держит эмоции в узде.
– Ей слишком много известно…
– Похищение? – «типа» строю версии.
– Может быть… или предательство…
– И что собираешься делать?
– В покерный клуб поеду, развеюсь.
«Серьёзно? Будет играть? В то время как нужно действовать...» – и это вызывает ещё больше вопросов.
…Самому стало интересно, куда же всё-таки делся телефон Евгении. Ведь при ней ничего не было – и это, откровенно говоря, заставило напрячься в тот момент...
А аппарат отыскался быстро – лежал всё это время в спальне, в их доме. Она просто не брала его с собой, когда собралась ехать ко мне: очень предусмотрительно, если данный визит девушка хотела оставить в секрете от мужа.
Ну и я теперь спокоен. Допускал мысли, что её телефон выпал где-то по пути, в машине, подъезде или квартире, хотя проверил каждый угол и не обнаружил.
«Понервничал я тогда...» – главное: не потерять контроль над ситуацией. Другого шанса вырваться из этой кабалы не будет…
С готовой информацией поехал к Самсонову.
Наверняка, Константин свяжет исчезновение жены с предательством и бегством, пока не настигла расправа – и мне выгодно, чтобы он думал именно так. Пусть видит врагов везде, с опаской оглядывается по сторонам, теряется в догадках, кто же окажется «тёмной лошадкой» – эта роль снова моя.
Столкну всех лбами и выйду из «игры». А дальше – хоть трава не расти.
«Наконец, вернёмся с Машей в наш дом… и заживём…» – единственное, чего хочу. Надеюсь, моя девочка в порядке. Волнения ни к чему хорошему не приведут. За последние несколько дней она не раз подвергалась тревожным атакам…
…Я подъехал по нужному адресу. «Покерный клуб» – по смыслу это не совсем так, скорее – место для избранной публики, где можно найти развлечения на самый притязательный вкус. Загородный дом принадлежит знакомому Самсонова. Со стороны мероприятие выглядит как светский вечер: приличное общество, парадно-деловой стиль одежды, приятная ненавязчивая музыка, благородные напитки, изысканные блюда… Иными словами – неспешный ленивый отдых во всех его проявлениях.
Охранник на воротах задержал меня (конечно, моя персона вызвала массу вопросов: внешний вид не по дресс-коду, вдобавок – арендованная машина не соответствует статусу здешних посетителей). И прежде чем пропустить на территорию, он связался с кем-то по рации, после чего жестом показал проезжать.
Константин нашёлся за игровым столом, в окружении двух «фей любви» – как примитивно и ожидаемо. А вот его поведение выглядит всё более и более странным. Откуда взялось это спокойствие? – на него не похоже. И если на Евгению ему плевать, как насчёт её осведомлённости? Не может он игнорировать ситуацию, пустив на самотёк. Тогда почему бездействует? Это наводит на конкретные размышления: «Самсонов что-то скрывает или задумал…». Но как понять, ошибаюсь я в своих ощущениях или нет? – внутреннее чутьё твердит: всё не так как кажется…
– Рус! – он махнул рукой, заметив меня. И тут же выгнал дамочек. – Давай к нам.
Я присел на свободный стул.
– Сыграешь? Скоро партия закончится.
– Не хочу, – не до игр мне сейчас. На что ещё обратил внимание: Константин абсолютно трезв. Даже не знаю, что больше удивляет: эмоциональный контроль или отсутствие алкоголя?
– Женя объявилась? – уточнил Константин, не отрывая взгляда от карт. В голосе прозвучало равнодушие: судьба жены ему совсем не интересна. Эта история может выйти боком для неё. Он способен на всё, в том числе избавиться радикальным путём.
– Нет. Телефон дома был, а где она находится – пока неизвестно. Ищем, – я, действительно, оставил указания ребятам из службы безопасности прочесать город, будучи уверенным в надёжности выбранного места – у Артура её не найдут.
– Повышаю, – Самсонов пропустил мимо ушей мои слова, как не имеющие значения, никакой реакции не последовало, лишь кинул пачку денег в общую кассу.
– Олл-ин, – следующий игрок сыграл «ва-банк».
– Поддерживаю, – присоединился ещё один.
– Поддерживаю, – Константин расплылся в улыбке победителя, тоже поставив на кон всё. – Вскрываемся, – он дождался всех, и только потом сам положил карты на стол. – Стрит флэш, господа. А теперь я вас покину…
Самсонов забрал свой выигрыш. И мы вышли на улицу. «Прогуляться, подышать свежим воздухом» – как он выразился. Его настроение всё больше напрягает и раздражает…
Я даже машинально огляделся по сторонам, проверяя обстановку. Интуиция буквально вопит, сигнализируя о красном уровне опасности, хотя кроме нас в саду никого нет.
– Где моя жена, Рус? – опять спросил.
– Ищут, – как-то иначе прозвучал его вопрос, с подтекстом что ли.
– А я не о Евгении спрашиваю. Где Ева? Моя Ева!
Ответить я не успел, как и отреагировать. По голове сзади прилетело что-то тяжёлое, вырубая меня…