Глава 20. Людмила
Глава 20. Людмила
Матвей утром ушёл на службу, а мы с Кокосом остались одни.
Скучно. Очень скучно. Мне бы ещё хоть кого-нибудь в квартиру, чтобы было кому мозг ковырять.
Может, намекнуть Матвею, чтобы вернул свою маму? С ней я хоть и было, в основном, на нервах, зато скучно мне точно не было. А то без неё даже этот сопливый сериал с широкобровым размазнёй смотреть не интересно.
Ещё один и, пожалуй, основной минус того, что я оставалась одна – я слишком много думала. И думала я, конечно, о маме и сестре. Как там они? Что делают? Чем занимаются? Не нашла ли сестра новых проблем на свою голову? Клянусь, с её характером и любовью к авантюрам ей бы больше подошло быть пацаном. Тем самым пацаном, который на кортах, постоянно на каких-то мутках, созвонах, «ща порешаем». Решать, правда, почти всегда приходилось мне. Ибо сестра пока умеет только создавать задачи со звёздочкой, но не решать их. Знала бы мама, сколько раз я доставала её из мутных компаний и даже из отдела полиции…
И так хотелось вернуться на учёбу, на работу. Хотелось вновь вернуться в тот бешенный режим жизни, в котором я ныла о том, что ничего не успеваю. Никогда бы не подумала, что буду скучать даже по этому.
А ещё от скуки я готовила. Много готовила. Не знаю, как в Матвея столько всего помещается.
Кокосу тоже достаётся. Вижу, что он начал толстеть, но, к счастью, он не считает это минусом. Всегда со мной на кухне, всегда на всякий случай голодный.
Сегодня я решила запечь на ужин куриные голени. Пока они запекались, я в комнате Матвея занималась фитнесом. Поднимала гантели, несколько раз подняла гирю весом двадцать четыре килограмма. Мощных бицепсов, как у Матвея, не выросло.
А с какой лёгкостью он поднимает эту гирю по утрам, ммм…
Ну а я решила остановиться на ролике для отжиманий. Баловалась им, как мужик в том рилсе, и сама же с себя смеялась.
Тут главное не вспоминать, как Матвей использует его по назначению, и как при этом перекатываются его мышцы под блестящей от пота коже.
Так, стоп! Нужно срочно выбросить тот поцелуй из головы! Было и было. Для дела было.
Решила, что, в принципе, пятнадцати минут для фитнеса мне достаточно. Взяла книгу и забралась с ней на кровать под одеяло. Кокос забрался мне на ноги и, включив виброрежим иногда лениво ловил лапками страницы, которые я перелистывала.
Мы с котом услышали, как кто-то копошился в дверном замке. Уж очень долго и неуверенно.
Матвей открывал всегда быстро. В несколько щелчков.
Я слезла с кровати. Книгу и Кокоса оставила на одеяле. Взяла ролик для отжимания и, крепко сжав одну его рукоятку в кулаке, на цыпочках пошла в прихожую к двери.
- Поменял всё-таки, пидор… - хмыкнул насмешливо незнакомый мне мужик, входящий в квартиру.
То, что он незнакомый, я поняла по пуховику с меховой опушкой капюшона, наброшенного на его башку.
Матвей носил дублёнку. А этот чувак был в пуховике, и пахло от него совсем по-другому. Не так, как от Матвея. А это уже не просто тревожный звоночек, это уже целый набат.
Чувак этот всё ещё меня не заметил. Он захлопнул дверь, сбросил с плеча на пол огромную спортивную сумку, резким движением руки скинул с головы капюшон.
Тревога моя увеличилась в разы, когда я увидела, что у него до самого затылка есть татуировка. Где-то от задницы, наверное, начинается. Точно наёмник. Я в фильмах видела таких.
Теперь у меня не осталось сомнений в том, что его нужно бить по башке роликом для отжиманий прямо сейчас.
Уверено замахнулась и…
И я не поняла, что произошло дальше, как так получилось, и что со мной будет теперь.
Но я точно ощутила лицом, насколько в прихожей жёсткая стена, и как сильно у меня заломлены за спиной руки, в которых уже не было никакого ролика. Контроля над ситуацией в них тоже не имелось.
- Ты кто такая, залупа мелкая? – суровый тихий голос рычал над самой макушкой.
А покемон, оказывается, не так уж и обидно…
- Это ты кто такой? – храбрилась я, пытаясь одновременно высвободить свою руку и увидеть амбала, который так лихо меня завернул.
- Я первый спросил.
- А я любопытнее.
- Хрен поспоришь.
Я почувствовала, как хватка на моих руках значительно ослабла. Ещё одним колдовским движением своих рук, бугай развернул меня к себе лицом и теперь спиной впечатал в стену, удерживая ладонями за плечи.
Перед собой я увидела сначала татуированную шею, а затем быстро подняла взгляд в его темные глаза. Смотрел он цепко, холодно. Но на дне его глаз читалась шальная хулиганская ухмылка.
- Матрас где? – спросил он, всё ещё держа свои ладони на моих плечах.
- Ты ищешь, где поспать, что ли?
- Матвей, - вздохнул бугай. – Матвей где? Братишка мой.
- Братишка?! – я удивленно вскинула брови и вновь опустила взгляд на его изрисованную шею. - Ты - братишка?
- Да. Младшенький. Красивый.
- Красивый? – я скептически повела бровью.
- Сомнения? – мужик убрал от меня руки и сейчас преспокойно снимал пуховик и ботинки.
- Такой взрослый, а до сих пор веришь во всё, что мама говорит?
Он повесил пуховик на крючок и медленно просканировал меня оценивающим взглядом.
И смотрит так… Липко. Будто даже чуть-чуть трогает, хотя стоит на расстоянии вытянутой руки.
Если бы не его внешнее сходство с Матвеем, которое мне сейчас стало очевидно, я бы никогда не поверила в то, что он его брат. Потому что Матвей, даже когда злой, так не смотрит. Его взгляд даже в те минуты, когда он хочет меня прибить, кажется куда мягче, чем у этого типа, который, по сути, ведет со мной простой диалог. Но смотрит он при этом так, будто мысленно прикидывает, во сколько пакетов я помещусь.
И если злого Матвея можно подёргать за усы и это прикольно, то этого изрисованного хочется обойти стороной по большой-большой дуге.
- Ты кто? Я так и не услышал ответа на вопрос, - он просто спросил, а по ощущениям будто нож к горлу приставил.
- Я… - мне же всё ещё нужно перед всеми сохранять легенду, что я девушка Матвея? Наверное, да. Хотя этот чувак выглядел так, будто он меня насквозь видит. – Я девушка Матвея.
- Ты? – он снова смерил меня взглядом. И в этот раз он смотрел на меня как на прикол какой-то.
Продолжая на меня смотреть, он расстегнул замок своей кофты и снял её, оставшись в простой черной футболке. Моему взору открылись руки, которые тоже были сплошняком в тату. Даже на пальцах что-то было нарисовано. Вот ему заняться нечем..
- Сомнения? – передразнила его недавнюю интонацию и даже бровь выгнула так же, как до этого сделал он.
На его губах появилась лёгкая усмешка. Взгляд немного смягчился. Мне даже показалось, что он меня уважать начал.
- А чё такая мелкая?
- Не мелкая, а… короткая просто, - вздохнула я.
- Забей. У нас матушка тоже короткая.
- Я знаю.
- Откуда?
- А мы с ней водку пару дней назад пили.
- Водку?! С матушкой?!– его глаза шокировано округлились.
Ага! Не ожидал?
- Да. Валентина Александровна такая милашка, - делано пропела я.
- Милашка? Матушка?! – вскинул он удивленно брови. Божечки! Даже он в это не верит. – Теперь понятно, почему Матрасик вдруг изменил своему вкусу на длинноногих красоток, - хмыкнул мужик.
- То есть я не красотка? – отреагировала резко и обижено.
И снова этот сканирующий взгляд.
- Не в моём вкусе, - бросил он ровно. А затем повернулся в сторону кухни и пошёл туда. – А чем таким вкусным пахнет? Ты готовишь?
- А ты здесь ещё кого-то видишь?
Я шла за ним. Насторожено.
Он хоть и убедил меня в том, что он брат Матвея, но сложно полностью расслабиться перед человеком, который вошёл в квартиру к родственнику, предварительно взломав замок.
- Ммм, запеченные голени. Кайф, - расплылся в улыбке как чеширский котик. – А на гарнир что? Пюрешка, - ещё более довольно протянул он, заглянув в кастрюлю на плите.
- А ещё - салатик! – повторила известный всем мем.
- Ништяк, - он одобрительно покивал.
Отошёл к раковине и помыл руки. С мылом.
Какой воспитанный, однако, татуированный шкаф пожаловал.
- Как тебя зовут? – поинтересовалась я, пока он вытирал руки.
- А тебя?
- Я первая спросила.
- А я любопытнее, - подразнил он.
- А я девушка.
- И что?
- Настоящие мужчины уступают девушкам.
- Смотрю, спорить – твоё любимое занятие?
- Нет. Просто хобби, - повела я плечами.
- Макс, - бросил он. Открыл холодильник а с любопытством заглянул в него. Вынул салатник, в котором была ложка и, не отходя от холодильника, начал есть. – Зачёт. Если Матрасик не женится, далеко не уходи.
- Тут одна уже есть. Тоже далеко не уходит.
Макс чуть призадумался, но почти сразу сообразил:
- Алинка?
- Угу.
- Забей. Она мне тоже никогда не нравилась. Внешка – зачёт, да. Но! Не люблю, когда девчонки сопли пускают по поводу и без. Вообще не знаю, на почве чего Матрасик с ней снюхался.
- Почему «Матрасик»?
- Ну, типа, Матвей… Мат, - он с аппетитом ел салат. Пришлось подойти и забрать салатник.
- На ужин ничего не оставишь так, - и убрать его в холодильник.
Макс не расстроился. Облизал ложку и заглянул в духовку.
- Раньше я называл его Мат-перемат. А потом на ум пришло, что он Матрасик. Прикольно же?
- Согласна, - кивнула я ехидно.
Ля, мы крысы!
- Мне кажется, уже готово, - резюмировал Макс.
- Вырубай тогда. Но без Матвея есть не разрешу.
- Да, блин!
Пошёл обследовать кухонные ящики один за другим.
- А как ты меня так ловко в прихожке скрутил? Спрашиваю в целях самообороны.
- От кого тебе оборонятся-то? Кот скрутит? – хмыкнул он, кивнув на Кокоса. – Здорово, бродяга! Ты ещё не сдох?
- Просто в целях самообороны интересуюсь. Как ты успел заметить, я мелкая. Сильно ударить не смогу. А вот так скрутить кого-нибудь – было бы прикольно.
Мне ведь и правда нужно позаботиться о том, чтобы защитить саму себя в случае чего.
- Тебе тот приём не подойдёт. С твоей комплекцией надо… Иди сюда. Покажу для разминки.
Он отложил ложку на стол.
Я к нему подходить не спешила, но он и не ждал – подошёл сам.
- Берёшь так. И вот так.
Макс схватил меня за пальцы руки – это единственное, что я успела понять и заметить. А вот как я снова оказалась повернута к нему спиной, да ещё взята на удушающий, я не поняла.
- Только в твоем случае тебе придётся запрыгнуть на плечи. Поняла?
- Нисколько, - хохотнула я.
И в этот момент в кухню вошёл Матвей.
По его взгляду я сразу поняла, что всё плохо. А уж по тому, как он эпично бросил пакеты с продуктами на пол, стало понятно, что ситуация вообще ахтунг.
- Я её не убиваю, - Макс тут же отпустил меня и поднял руки.
- Зато я тебя сейчас убью, черкаш ты вонючий! – Матвей сейчас был зверски зол.
Но Макса отчего-то это только повеселило.
- Я тоже по тебе скучал, братишка, - лыбился тот, но при этом принимал стойку для драки.
- Плюша, лучше уйди, - бросил мне Матвей, даже не глянув на меня.
Он был занят тем, что сверлил брата взглядом и сбрасывал с себя дубленку.
- Кто? Плюша? – забавлялся Макс.
А затем они схлестнулись. Началась борьба, гремела посуда, падали стулья. Я достала большую кастрюлю, поставила её в раковину и включила холодную воду. Глядя на борьбу двух медведей, набрала половину кастрюли. И выплеснула её содержимое на дерущихся.
Они резко отпрянули друг от друга, и в полном шоке уставились на меня.
Два мокрых кота в подворотне.
- Поужинаем? – спросила я с нарочито милой улыбочкой, когда завладела их вниманием.
- Поужинаем, - тихо рыкнул Матвей. Широкой ладонью обтёр лицо от капель воды и посмотрел на брата, который сделал то же самое. – А ты нахрен идёшь отсюда, - припечатал он сурово.
Мне было неловко. Стало понятно, что между этими двумя есть какой-то конфликт.
Жуть как интересно, что они не поделили, но я пока старалась делать вид, что мне всё равно, и, раскидывала пюре по тарелкам. При этом старалась держаться поближе к Матвею. Всё же, ему я доверяла сильно больше, чем его только что прибывшему братцу. Да и за все мои выкидоны Матвей меня ещё не прибил, а этот тип уже дважды с абсолютной лёгкостью чуть не свернул мне шею.
По глазам Матвея можно понять, что он терпеливый, но по резкому, прожженному, но при этом холодному взгляду Максима что-то мне подсказывало, что он тот ещё псих.
Братья привели себя в порядок, вернулись на кухню и сели за стол друг напротив друга.
Сверлили друг друга взглядами и стучали пальцами по столу: татуированными и теми, что вырывают меня ночами из кошмаров.
Сидели и, похоже, ждали, когда их обслужат.
Типичные мужики…
- Я вам нанималась, что ли? – не выдержала я, не спеша ставить перед ними тарелки. – Чай, ложки… - многозначительно намекнула обоим.
Они молча встали. Матвей налил всем по кружке чая, Максим положил всем по ложке и расставил на столе наполненные мной тарелки и салат в центре стола.
Они снова сели друг напротив друга. Я села в центр стола, примерно между ними.
Братья есть не спешили, а я взяла ложку и резко покачнулась, когда Матвей молча, но весьма красноречиво придвинул стул со мной к себе поближе. Тарелку поближе ко мне тоже не забыл придвинуть.
Макс на это действо лишь тихо хохотнул, качнув головой. Взял ложку и начал есть. Сначала неуверенно, а затем накинулся на еду с большим аппетитом.
- Зря ты её так далеко от меня отодвинул, - сказал он вдруг, с полным ртом. – Такая и мне бы пригодилась.
- Рот закрой, - желваки Матвея начали жить своей жизнью.
Внутренне я напряглась сильнее и пожелала держаться к Матвею ещё ближе. Сама ещё немного к нему придвинулась. Он же есть не спешил, сверлил сердитым взглядом прожорливого брата. Я положила ладонь на кулак, что он держал сжатым на столе. Только это заставило его отвлечься от брата и посмотреть на меня.
- Покушай, - произнесла я почти шепотом и ласково погладила его по кулаку, который начал смягчаться.
Матвей глубоко и шумно вдохнул, моргнул, будто переключился на более мирный лад, и тоже начал есть.
Мы ели молча. Братья периодически стреляли друг в друга взглядами, а я смотрела на них.
- А между вами какой-то конфликт, да? – прикинулась глупой овечкой.
- Интересами не сходимся, - похоже, Матвей ответил весьма поверхностно.
А вот у его брата секретов не было:
- Угу. По разные стороны законы.
- Да?! – я изумленно выгнула брови. – Получается, если ты полицейский, - указала на Матвея. -… то ты… бандит?
Максим самодовольно ухмыльнулся.
- А она у тебя умная, - хмыкнул он. – Из универа какого-то забрал?
- Да. Я у крыльца дралась с собакой, - гордо созналась. – А ваша мама в курсе ваших тёрок?
- Матушке вообще лучше не знать, чем её сыночки-корзиночки занимаются. Она не знает, чем занимаюсь я, поэтому для неё я просто предприниматель. А Матрасик у нас специально для мамы сидит только в кабинете и перебирает бумажки, а не ловит на свою задницу пули, ножи и конченных по дворам.
- Обалдеть! – протянула я. – А ваша мама какие-то сериальчики турецкие смотрит. А тут такие страсти! Братья по разные стороны закона – это так романтично!
- Знаю, детка, - подмигнул мне Макс.
Матвей сжал в кулаке ложку.
Пора срочно смягчать ситуацию.
- Кому-нибудь добавки? – поинтересовалась я.
- Мне! – Макс тут же протянул мне свою уже пустую тарелку и учтиво добавил. – Пожалуйста.
Я взяла тарелку и вопросительно посмотрела на Матвея.
- Не надо, Плюш, - произнес он сдержанно.
- А мне надо, Плюш, - Макс словно дразнил его.
- Для тебя она Людмила. Вежливо и с улыбкой, - процедил Матвей сквозь стиснутые зубы.
Я поняла, что запахло жареным и отошла подальше от стола, но поближе к кастрюле с пюре и противню с курицей. Стояла к ним спиной.
- Я, может, тоже хочу её Плюшей называть. Забавно же, - Макс настойчиво дёргал моего тигра за усы.
А в следующую секунду я услышала глухой удар и звон посуды.
Вздрогнула и резко обернулась.
Матвей сидел, как сидел. Будто и не двигался вовсе.
А вот Максим…
А Максим всё так же надменно и вместе с тем хулигански ухмыляясь, стирал с лица ладонью майонез из салата.
Похоже, Матвей только что приложил его лицом в салат.
Странно, что они опять не сцепились.
Поставила перед Максом добавку и снова села рядом с Матвеем.
- Зачем приехал? – сурово поинтересовался Матвей. Мне кажется, я даже слышала, как он гудит от злости.
- Потом обсудим, - Макс покосился на меня.
- Поняла. Ухожу, - я только собралась встать, как Матвей поймал меня за руку я мягко удержал. – Доешь, Плюш. Не торопись. Этот подождёт, - кивнул он в сторону брата.