ГЛАВА 8

Ева

— О Боже! — вскрикивает Ирка, рассматривая мой новенький загранпаспорт. — Это уже не смешно! Ты понимаешь, что это все ненормально?

— Что именно ненормально? Что он не залез мне в трусы? Или что у него серьезные намерения, и он хочет на мне жениться, а не банально затащить в постель?! — никак не могу понять, что именно ей не нравится.

— Ага, и возьмет он тебя только после свадьбы в первую брачную ночь, — с издевкой произносит Ирка. — Уж лучше бы затащил в постель, это хотя-бы можно понять. Но увозить жениться после трех дней знакомства… Это меня пугает. Может, ты заметила что-то странное в его поведении?

— Что ты имеешь в виду?

— Может, он ненормальный? Или извращенец?

— Нет, ничего такого не заметила. Он немного властный, не любит, когда ему перечат, принимает все решения сам, но это хорошая черта для мужчины, он к тому же внимательный и заботливый.

Достаю большую сумку и тщательно ее протираю от пыли.

— И когда это ты начала разбираться в мужчинах?

— Что вижу, то и говорю. Давай не будем ссориться, я завтра утром улетаю.

— Ты сейчас серьезно?! Я никуда тебя не отпущу! Если он действительно принц, так пусть поживет здесь и докажет свою нормальность! Да ты сама ненормальная, раз согласилась бросить все и лететь в чужую страну с незнакомым мужиком!

— Ничего я не бросаю! — открываю шкаф и складываю в сумку летние вещи и нижнее белье. — Я тоже не дура, согласилась поехать в Испанию всего на месяц, а потом, если все будет хорошо, вернусь сюда, соберу документы, решу вопрос с учебой и… В общем, там будет видно.

— Я все равно никуда тебе не отпущу! — заявляет Ирка. — Нельзя верить мужикам на слово, неизвестно куда от тебя везет! Может, он вообще продаст тебя в рабство или заставит заниматься проституцией! Сколько таких случаев было!

— Ну что ты несешь?! Ты что, фильмов пересмотрела? — отвечаю, собирая заколки, расчески и резинки для волос.

— Нет, это ты перечитала романов и веришь в сказки, а я реально смотрю на жизнь. Так что можешь разбирать сумку! Я все равно не выпущу тебя из этой комнаты!

Ирка подхватывает сумочку, выходит из комнаты и реально меня запирает! Перевожу взгляд на полочку, но своих ключей не нахожу. Вот коза!

— Открой меня немедленно! — колочу в дверь кулаками. — Ты просто мне завидуешь!

— Ага, вся обзавидовалась! Все, я ушла! А ты включи мозги и подумай! — кричит мне подруга и уходит.

Выдыхаю, сажусь на кровать и рассматриваю свои вещи. В Испании жарко, Давид сказал, что сейчас там примерно двадцать шесть — двадцать восемь градусов. Я хотела попросить у Иришки ее черный купальник и сарафан… Ну и не нужно мне от нее ничего! У меня осталось немного денег, можно купить что-нибудь не очень дорогое. Черт, я же заперта!

Беру телефон и ищу номер коменданта — у Тамары Николаевны должны быть ключи. Набираю номер, но в ответ получаю сообщение, что телефон отключен. Откидываю аппарат, и начинаю злиться на Ирку. Она точно завидует, потому что мечтала о красивом богатом мужике постарше. Я помню, как она пьяная делилась со мной, что Ванька — это запасной вариант, пока она не найдет достойного мужика. А я никого не искала, он сам меня нашел.

В чем-то, конечно, подруга права — наверное, я очень тороплюсь, но, кажется, я влюбилась в Давида с первого взгляда. Иначе как объяснить это непонятное влечение? Разум рядом с ним отключается, и мне так хочется отдаться в его сильные руки. Его близость сводит с ума, заставляет пьянеть, и сердце бьется так сильно, будто выпрыгнет из груди. Я уверена, что это малая доля того, что можно с ним испытать — он может дать в тысячу раз больше, и мне хочется это испытать. Он как запретный сладкий плод — все кричат нельзя, и от этого хочется еще сильнее. Ну и что, что он старше на пятнадцать лет? Ну и что, что из другой страны — разве это препятствие? И потом, Давид четко обозначил, что настроен серьезно. А на простую интрижку я бы и не согласилась.

Решительно набираю номер подруги, чтобы потребовать меня выпустить. Я совершеннолетняя и имею право поступать, как хочу!

— Ира, это уже не смешно, немедленно вернись и открой дверь! Мне нужно в магазин, и я хочу в туалет! — требую, а подруга смеется в трубку, словно я сказала что-то забавное.

— Там есть красное ведерко, сходи в туалет в него, больше ничем не могу помочь. Ты мне потом еще спасибо скажешь, — говорит она и скидывает звонок.

Набираю ее номер снова, но подруга отключила телефон. Хорошо, нужно успокоиться и найти способ выбраться, открыть эту чертову дверь. Выпиваю воды, сажусь на край кровати и просто смотрю в окно, пытаясь придумать выход. Можно позвонить Светке и попросить найти коменданта. Беру телефон, и сердце вновь стучит как сумасшедшее, когда вижу, что мне звонит Давид.

— Да, — отвечаю, а сама улыбаюсь. Даже когда слышу его голос по телефону, не могу себя контролировать.

— Я звоню сообщить, что планы изменились — мы вылетаем в десять вечера на частном самолете. Завтра рано утром меня ждут дела в Валенсии, — четко сообщает он. — Так что будь готова, в полдевятого за тобой заедет Марк.

— Я не могу, мне нужно в магазин, но меня заперли, — сообщаю и сама себе поражаюсь — никогда никому не жаловалась, а сейчас кажется, что он моя защита и опора — что бы ни случилось, Давид всегда поможет.

— Кто тебя запер? — удивленно спрашивает он.

— Ирка. Она не хочет, чтобы я улетала.

— Хорошо, жди, сейчас приедет Марк и освободит тебя, — усмехается. — Так даже лучше, пообедаем вместе.

— Но мне нужно в магазин, купить кое-какие вещи…

— Ева, тебе не нужно брать с собой вещи, в Валенсии мы купим тебе все необходимое. Все, мне некогда болтать, у меня важный звонок. Жди Марка!

Давид скидывает звонок, а я вновь набираю Иришку, чтобы сообщить ей, что все равно улетаю сегодня вечером. Хочется обнять ее на прощание, поболтать, поделиться страхами, которые все-таки одолевают меня, но телефон подруги по-прежнему отключен.

Ну хорошо, и не нужно мне это прощание! В конце концов, я прилечу через месяц, и Ира убедится, что была неправа. Пусть лучше она здесь посидит и подумает над своим поведением.

Ровно через полчаса за мной действительно приехал молчаливый водитель Давида. Я была крайне удивлена, когда он открыл двери ключом, подхватил мою сумку и спокойно пошел на выход. Как оказалось, ключ он взял у Тамары Николаевны, которая на выходе пожелала мне счастливого пути, хотя я не говорила ей что улетаю.

* * *

Я никогда не летала, на самолетах, но то, в чем я сейчас находилась, было похоже на самолет только снаружи. Внутри же находился пятизвездочный отель: огромная комната с диванами и подушками и столиками между ними. Здесь даже есть бар со спиртными напитками, и улыбчивая милая блондинка — стюардесса, которая принимает нас, как самых родных и дорогих гостей. Как только мы поднялись на борт, Марк сразу скрылся в одной из кают. Давид снял пиджак и небрежно кинул его на один из диванов. Пока он закатывал рукава рубашки, блондинка не сводила с него глаз. Она улавливала каждое его действие и пожирала Давила плотоядным взглядом. Мужчина будто почувствовал и хищно улыбнулся, осмотрев девушку заинтересованным взглядом. И мне вдруг захотелось стать такой, как она. Несмотря на то, что блондинка была в форме, выглядела она идеально: красивая фигура, длинные ноги в черном капроне, классические туфли, на которых она стоит твердо. В ее ушах поблескивают бриллианты, а губы накрашены алой помадой в цвет шарфа с логотипом авиакомпании. А главное — она чувствует себя уверенно и знает себе цену. Ее ни грамма не смущает, что Давид со мной, она вообще не смотрит в мою сторону и постоянно пытается угодить Давиду.

— Добрый вечер, уважаемые пассажиры, приветствуем вас на борту нашего… — говорит стюардесса, когда самолет берет разгон на взлетной полосе, но Давид ее прерывает.

— Давай обойдемся без прелюдий, — он переводит взгляд на вырез ее блузки, а мне кажется, что я сейчас задохнусь от злости. — Елена, — продолжает он, считав имя с бейджика.

Мне кажется, или его фраза о прелюдии слышится двусмысленно и даже пошло. Девушка сверкает серым взглядом и медленно кивает в знак согласия.

— Да, конечно, мы выполняем любое желание клиента, — отвечает она, когда мы присаживаемся на удобные кресла с подушками, между которых стоит столик.

— Если у нас появятся желания, мы обязательно вам сообщим…

Он с ней флиртует! Играет, как кот с мышкой. Нет, мышка здесь я, настолько незаметная, что они совершенно не обращают на меня внимания. Становится обидно, внутри что-то жжет, доставляя дискомфорт. Может, он так общается со всеми женщинами, и в этом нет ничего такого, но мне совершенно это не нравится.

— Елена, принесите мне воды с лаймом и мятой, а девушке… Ева, ты что-нибудь хочешь? — наконец, спрашивает Давид, обращая на меня внимание.

Хочется сказать, что я хочу, чтобы эта мымра провалилась сквозь землю, и он перестал с ней флиртовать, а то она сейчас лопнет от счастья.

— Нет, я ничего не хочу, — сдавленно произношу, продолжая смотреть в иллюминатор.

Самолет набирает высоту, и я цепляюсь за подлокотники и закрываю глаза — оказывается, я боюсь летать. Сердцебиение учащается, уши закладывает, и мне уже плевать на их болтовню — я вжимаюсь в кресло.

— Ева, тебе плохо?! — громко спрашивает Давид.

Открываю глаза и замечаю, что блондинки уже нет, а Давид внимательно меня изучает.

— Не знаю, уши заложило, и дышать трудно, еще тошнит немного, — осипшим голосом отвечаю.

— Ты никогда не летала?

— Нет.

Давид ничего не отвечает, только качает головой. К нам подходит стюардесса и подает мне стакан воды с лаймом и мятой.

— Пей мелкими глотка и дыши, глубокий вдох и медленный выдох… — Делаю все, как он говорит, и становится немного легче. — Расслабься, и все придет в норму. Если страшно, можно закрыть иллюминатор.

— Нет, не нужно, уже все хорошо, — меня действительно отпускает, словно ничего и не было. — А долго лететь?

— Четыре с половиной часа, можешь пойти в спальню и немного поспать, — спокойно предлагает он и открывает белый тоненький ноутбук, отпивая воду, вставляет флешку и начинает что-то просматривать.

— Спальня? Здесь есть спальня?!

— Да, Ева, здесь есть все для комфортного перелета. Можешь пересесть на диван, там телевизор и наушники. Можешь выбирать музыку или фильм. Если хочешь поесть, Елена расскажет, какие блюда в меню. А я немного поработаю. Утром у меня очень важная встреча, к которой нужно подготовиться, — говорит он и уже через минуту прекращает обращать на меня внимание.

Я пересаживаюсь, но так и не могу разобраться с пультом и понять, как включить музыку или фильм, а просить о помощи блондинистую мымру не хочу. Но меня порадовало, что Давид осадил ее и почти послал, когда она навязчиво, наверное, в пятый раз спросила, все ли у него в порядке и не нужно ли ему что.

— Если мне что-то понадобится, я вас позову! Для обслуживающего персонала вы слишком навязчивы, Елена! — его тон был настолько холоден, что даже я вжалась в кресло, а потом не смогла скрыть усмешку, когда стюардесса захлопала ресницами и быстро ретировалась.

Через пару часов вид ночного неба погрузил меня в сон.

— Ева… — мягкий приятный голос приводит меня в чувства, открываю глаза и понимаю, что уснула, обнимая подушку. Боже, надеюсь, я не пускала слюни и не болтала во сне. Ира говорит, что я часто разговариваю, когда сплю. — Прилетели, mi niña. — Так приятно, когда тебя будят красивыми словами, знать бы, что они значат. — Пошли, — он подает мне руку и тянет за собой.

— А который час? — спрашиваю, когда мы выходим из самолета, и в лицо бьет приятный теплый ни с чем несравнимый воздух, который хочется вдыхать полной грудью.

— Почти три часа ночи.

Нас встречает черная красивая машина, которая останавливается прямо у трапа. Из салона выходит парень, и за руль садится Марк. Давид открывает мне двери, помогает сесть и садится сам. По горькому терпкому запаху понимаю, что это его машина. Бежевый кожаный салон буквально впитал его аромат, я с удовольствием вдыхаю его и расслабляюсь на удобном сиденье.

Машина срывается с места. Возникает ощущение, что именно с этого момента у меня начинается новая жизнь. Немного страшно, но я хочу в нее шагнуть.