Глава 19. О прекрасном принце и скользких крышах

— Любите гулять по крышам?

В первый момент мне показалось, я не правильно поняла. Да и во второй тоже. И это вместо приветствий и представлений. Первое, что он сказал мне.

Я оглянулась на Гиллеврея, тот только хмыкнул, пожав плечами, словно подобное в порядке вещей. Или это действительно в привычках принца?

Эйдан не был красавцем в привычном смысле. Нет, он безусловно привлекал внимание, но в чертах лица было что-то неправильное, что я никак не могла уловить. Мягкости не было, словно все лицо наскоро вырубили топором… правда вырубили искусно и гармонично, но наплевав на изящество. От его взгляда пробирали мурашки. А еще, он казался старше своих лет.

— По крышам? — растерянно переспросила я. Вдруг действительно чего-то не понимаю.

Эйдан кивнул, мое замешательство, похоже, доставляло ему удовольствие.

Ладно.

— Все зависит от крыши и от компании, — сказала я, глядя прямо ему в глаза.

Эйдан улыбнулся. Мой ответ принят.

Глаза у него, кстати, небесно-голубые.

— Тогда идемте, — сказал он, — посмотрим на дворец и город свысока. Сегодня ясно, небо будет звездным.

— Прямо сейчас?

— Зачем нам ждать? По крышам лучше гулять вечерами, днем там скучно.

Я снова оглянулась на Гиллеврея, но от него никакой поддержки.

Хорошо, по крышам, так по крышам, звучит странно, но даже интригующе. Вряд ли меня зовут в такое место ради создания интимной обстановки, а вот поговорить и узнать получше — как раз самое место. Только платье у меня совсем не подходящее. И вырез на платье… с таким откровенным декольте надо стоять ровно, не наклоняясь и не дыша, без резких движений, чтобы что-нибудь ненароком не вывалилось. Как я буду в таком лазить по крышам — даже не представляю. Да и в платье вообще.

— А если я запутаюсь в длинной юбке и поскользнусь, ваше высочество, вы сможете меня поддержать? — спросила я.

Эйдан улыбнулся шире.

— Возможно, ради таких мгновений я веду вас на крышу, леди Торкул.

— Чтобы поддержать девушку? Что же мешает вам сделать это здесь?

— Ничего, — за одно мгновение он сделал едва уловимое быстрое движение вперед, обхватил меня за талию. — Но здесь это не так интересно.

Я даже пикнуть не успела, замерла.

А он отпустил меня и отступил на шаг, на свое место.

Спокойно. Это игра. Демонстрация. Он мне ничего не сделает, если бы хотел — давно сделал бы, ему действительно ничего не мешает. Тут главное от испуга и неожиданности не дернуть ниточку связи, не стоит беспокоить Харелта.

— И куда же мы пойдем? — спросила я.

— Старый храм Гойра Вседержителя. Если подняться по восточной башне, можно выйти на крышу, и уже оттуда забраться на центральный купол. С него открывается отличный вид.

— Вы ведь уже были там, ваше высочество?

— Безусловно, леди Торкул.

Не знаю, чего я ожидала от внезапной встречи с принцем, но уж точно не этого. Мессир венатор остался в приемной, а меня Эйдан увел за собой. Он просто махнул мне, приглашая, и пошел, не особенно-то оглядываясь и интересуясь, иду ли я за ним. Ничего не объясняя.

Он же меня не сбросить с крыши собирается? Это было бы слишком глупо.

Мы шли сначала по длинным коридорам, потом вышли в пустой внутренний двор, и снова через галерею дальше, пока действительно не вышли к огромному каменному храму. Принц шел быстро, и я, подобрав юбки, едва поспевала за ним.

Интересно, других претенденток он тоже водит на крышу? Испытание?

Легкий запах благовоний и старого дерева. Нечеловечески-огромное пространство внутри, колонны уходящие ввысь, полосы лунного света, пробивающиеся сквозь узкие окна ротонды над головой.

Тихо и пусто, только у дальней стены, у алтаря, горит жертвенный огонь. Его питает магия, я знаю, и потухнуть он не должен, пока в мире осталось хоть немного силы… или пока боги не пожелают этого.

Наши шаги отдавались гулким эхом.

— Сюда, — принц направился к небольшой двери, едва заметной в глубокой нише.

Оттуда открывался проход на винтовую лестницу. Высокие узкие ступени, которые все не кончаются, по ним идешь, идешь… Но я не жаловалась, жаловаться сейчас уж точно не стоит. Если это испытание, то я справлюсь. Эйдан пару раз останавливался, дожидаясь меня, потом шел вперед снова.

Безумие какое-то.

Потом вдруг лестница закончилась, и над нами открылось звездное небо.

Мы выбрались на небольшую площадку, а перед нами… Ух, какая тут высота! Дух захватывает.

Твою ж мать…

Пока я осматривалась, принц перелез через балюстраду и соскочил на плоский конек крыши. Мне за ним? Там полоса, шириной сантиметров пятьдесят, наверно, пройти можно, но только высота такая, что ноги трясутся. Если сорваться, то конец… я себе все переломаю, шею — уж точно.

— Уже немного осталось, — подбодрил меня принц. — Нам во-он туда.

И показал на козырек ротонды.

— А ваш папа-король знает, что вы тут лазаете по крышам? — сказала я.

Эйдан засмеялся.

— Знает. Он не одобряет, но уже давно смирился с моими развлечениями. Вам страшно, леди Торкул?

Тепло ли тебе девица? Да песец как холодно!

— Если я отсюда навернусь и сломаю шею, то вас, надеюсь, строго накажут, — сказала я.

— За что меня наказывать? Это же вы навернетесь, — невинно пожал плечами Эйдан. — Если боитесь, давайте руку, будем падать вместе. Хотя я, признаться, падать не собираюсь.

Ладно. Поздно отступать, я подписалась на это сама. Очень надеюсь, мне зачтется.

Лазить через забор в платье с двумя нижними юбками — идея еще та… Я зацепилась и чуть было не свалилась через парапет, но Эйдан успел поймать меня, удержать, помочь перелезть и поставить на ноги.

Потом, придерживая за талию одной рукой, второй — невозмутимо одернул лиф на моем платье, поправляя декольте, а то пока я лезла, там все сбилось и перестало что-либо прикрывать. Я аж покраснела, а Эйдан только хмыкнул с легкой иронией.

— Красивое у вас платье, леди Торкул.

— Какое дали, такое и надела, — буркнула я. — Все мои удобные вещи остались в другом мире.

— Ничего, здесь можно пошить новые. Вы держитесь за меня и не смотрите вниз.

Ноги слегка дрожали. Хотя, после того, как я лазила по веревкам-корням между островками, мне уже нечего бояться. Но тогда все казалось слишком дико и нереально, словно во сне, я даже не верила до конца. А сейчас все как на самом деле… И теплая, крепкая рука принца держит меня.

Козырек ротонды, под первым рядом окон, примерно на уровне моей груди.

— Давайте, я вас подсажу, — сказал принц.

— А вы уверены, что нам туда надо?

— Уверен, — сказал он.

Он пригнулся, предлагая встать себе на спину. Что ж, я подобрала юбки повыше, ухватилась за карниз, встала принцу на плечо, и он приподнялся, помогая мне залезть выше. Заползла, сражаясь с юбками. Он подтянулся и легко уселся рядом.

— Красивый вид отсюда, — сказал, как ни в чем не бывало. Глянул на меня.

Это точно. Фантастический вид. Впереди и справа раскинулся город, а чуть позади храма — дворцовый сад и сам королевский дворец Китдана. Некоторые окошки слабо светились, ровные ряды фонарей на улицах, темные воды Айна, высокие мосты… Отсюда кажется — мир такой огромный. Люди тихо живут своей жизнью, не думая о том, что творится на дальних рубежах.

— Вон там разлом, — тихо сказал Эйдан, показывая куда-то вперед и чуть вправо. — Если приглядеться, видно слабое свечение вдали.

И по его тону как-то сразу и очень отчетливо стало понятно, что игры кончились. Речь пойдет о серьезных вещах.

— Да, я видела его, когда мы пролетали.

— Разлом расширяется ладони на две-три в год, — сказал принц. — Немного, но это не остановить, и чем дальше, тем быстрее. А к югу, за Брайницем, наметился еще один, пока лишь трещина в земле, это дело времени. И никто не знает, где пройдет следующий. Возможно, уже при нашей жизни — прямо по городу. Землетрясения случаются все чаще.

Мне даже не по себе стало. То есть, я знала все это, но слышать вот так…

Смогла только кивнуть.

— Вы ведь понимаете, леди Торкул, — сказал принц, — что охранять вам придется не только дворцовый сад, но весь Китдан.

— Догадываюсь. Думаете, его можно защитить? То есть, вот на самом деле предотвратить все это?

Принц чуть поднял бровь, глянув на меня, и усмехнулся снова, только довольно горько на этот раз.

— Нельзя, — мрачно сказал он. — Все, что мы можем делать, это подкрашивать покойника, придавая ему чуть более свежий вид. Но вернуть к жизни не можем. И все же, мне хочется верить, что средство есть, мы просто пока не знаем об этом. Боги уже построили наш мир однажды, из пыли и пепла… Так, может быть, есть способ построить заново? — принц хмурился, глядя вдаль. — Может быть, есть что-то, что запустит процесс в обратную сторону. Если мы сможем отыскать Сердце Мира в пещерах под землей… Вы бы не испугались спуститься со мной в пещеры?

— Для этого вы позвали меня сюда? Посмотреть, не испугаюсь ли я влезть на крышу, чтобы понять, не испугаюсь ли спуститься под землю?

— Отчасти, — в его глазах мелькнул интерес. — Так вы бы спустились?

В памяти невольно всплыли истории про катакомбы, где держат таких, как я, вытягивая из них всю силу.

— Смотря, что мне придется в этих пещерах делать, — осторожно сказала я.

— Спасать мир.

— Если, спасая мир, я не должна буду погибнуть сама, то могла бы попытаться.

Эйдан усмехнулся.

— А пожертвовать собственной жизнью ради спасения сотен тысяч? Ради восстановления целого мира?

— А реально есть способ его спасти? Вот насовсем, а не просто подкрасить покойника?

— Не знаю, — он вздохнул. — Но другого мира у нас нет. Вам же рассказывали, как поступают с неугодными шагги?

Вот тут мне совсем не по себе стало. Надеюсь, это не угроза?

— Про катакомбы? — сказала я.

— Про катакомбы, — согласился он. — Но вам нечего бояться, леди Торкул. У вас сильный и яркий дар, не стоит… зарывать его в землю. Думаю, мы найдем способ использовать ваш дар куда более эффективно.

И все же, капля угрозы в этом есть. Предупреждение. Мне не стоит забываться и чувствовать себя в безопасности. Я только инструмент.

— Мой муж не позволит так поступить со мной.

— Не будьте такой наивной, — в голосе принца угрозы не было, скорее усталость. — Если он попытается прилететь за вами, его собьют еще на подлете. Над Китданом хорошая защита. Но лишаться хорошего опытного хранителя, такого, как Торкул, нам бы тоже не хотелось. Одаренных юношей не хватает, его некем заменить. У него ведь к вам какие-то чувства, да?

Принц повернулся ко мне, и у меня даже сердце замерло.

— Я могу говорить только за себя. О его чувствах и его мотивах спросите его самого.

— Значит «да». Не краснейте, не злитесь, это обычное дело. Хранители часто привязываются к людям, это даже помогает в их работе. Хотя от привязанностей и возникает множество проблем. Одно время мы даже пытались это использовать, искусственно формировать связи, чтобы у молодого хранителя не было шанса испугаться грозы и отступить, потому что в этом случае он понимал — пострадает человек, который ему дорог. Но потом отказались от подобной практики. Да, мотивация растет, но и круг интересов смещается.

Даже передернуло.

— Это ужасно, — тихо сказала я. — Разве можно так с людьми?

— Они не люди, — сказал Эйдан. — То есть, изначально, конечно, люди. Но в процессе воспитания и тренировок они перестают быть людьми. Иначе просто не могут справляться со своими обязанностями. Личность и собственные желания почти полностью стираются, хранители умеют лишь служить миру, и не думать о себе. Защищать человечество в целом и каждого в отдельности. Так их служба наиболее эффективна. Мы здесь должны выбирать, о ком заботиться — о нескольких десятках хранителей, несущих службу и готовящихся на нее заступить, об их чувствах и безопасности… или о безопасности сотен тысяч других людей. Вы даже не представляете, миледи, что происходит, когда гроза прорывается вглубь страны. Когда тени прорываются. Я как-то видел… и надеюсь не увидеть больше никогда. Любой из хранителей должен сорваться по первому зову, если понадобится, не думая, как он устал, как ему плохо, или, уж тем более: «мне слишком мало платят, чтобы я так рисковал своей жизнью». Потому что тут любая плата мала. Потому, что если он не сделает этого, погибнут тысячи. Если для хранителя есть интересы превыше долга, он не справится. И нам некем его заменить.

Расходный материал. В хранителях не хотят видеть людей, кем бы они ни являлись на самом деле. «Какая разница, чего хочу я?» — помню, как Харелт сидит ко мне спиной, пытается справиться.

— Они такие же люди, — тихо сказала я.

— Неужели? А вы можете назвать хоть что-то, что ваш муж делал исключительно в личных интересах? Не в ваших, не для людей в целом? Он привязался к вам, но, думаю, даже не попытался уговорить остаться? Нет? Хотя мог бы просто заставить вас. Или хоть поторговаться, как ваш первый муж. Я не говорю, что хранители бездушные големы, они скорее преданные псы.

— Разве преданность — это плохо?

Принц чуть склонил голову на бок, разглядывая меня.

— Для вас, так совсем неплохо.

Черт… главное, не начать чувствовать себя сволочью.

И хватит об этом.

— И много претенденток на место хранительницы Дворцового сада? — спросила я, чтобы сменить тему.

Принц, безусловно, отметил это, понимающе так повел бровью.

— Сейчас всего двенадцать, — небрежно сказал он, — но серьезно стоит рассматривать только четырех. Остальные здесь для того, чтобы мы могли присмотреться и понять, как их лучше использовать. Это не всегда очевидно сразу и не хочется пройти мимо талантливых девочек.

«Лучше использовать» — Эйдан говорит это так спокойно, без всяких сомнений.

— А меня вы в число серьезных претенденток включаете?

— А вы думаете, я всех таскаю на крышу?

— Как знать, — пожала плечами я, — может быть, это ваше любимое развлечение и вы лазаете на крышу по три раза в день. Мне сложно судить о ваших привычках.

— Разумно, — согласился он.

И вдруг взял меня за руку. Эйдан держал одной рукой, второй — осторожно поглаживал мои пальцы, словно изучая на ощупь. Потом глянул на меня, словно ожидая моей реакции.

Я замерла, ожидая.

А он коснулся моих пальцев губами… и не спешил отпустить.

Хрен его знает, что правильно сделать. Вырваться? Куда я тут с крыши денусь? Еще свалюсь от неловкого движения. Возмутиться? С другой стороны, поцеловать даме ручку — не такой уж серьезный проступок. Не могу сказать, что принц мне так уж неприятен.

Это ведь тоже проверка, могу поспорить.

— У вас красивые пальцы, вы знаете? — сказал Эйдан.

Я несильно потянула руку к себе. Но он не отпустил.

— Отпустите, — сказала я. — Зачем вы это делаете?

— Чтобы посмотреть, что будете делать вы, — он ухмыльнулся.

Полагаю, взывать к его благоразумию и ныть, что я замужем — будет бессмысленно.

— А если я испугаюсь, дернусь и мы упадем с крыши?

— А вы не дергайтесь, леди Торкул. Я не сделаю вам ничего плохого.

«Леди Торкул»! Это чтобы я не забывала? Одной рукой Эйдан все еще держал мою, второй обнял меня за талию.

Ну, и куда я денусь? Скажу, что мой муж прилетит и заклюет его?

Но все же, могу поспорить, сейчас он не пойдет дальше обнимашек.

— Отпустите, — сказала я твердо. — Простите, но мне не нравится, когда ко мне тянут руки незнакомые мужчины.

— Так давайте познакомимся поближе? — он даже чуть подвинулся ко мне, так, что я ощущала тепло его тела.

— Не здесь.

— А где бы вы хотели продолжить?

— Ваше высочество… вы ищете будущего хранителя или развлечение на одну ночь?

— Думаете, нельзя совместить? Вы ведь, наверняка, слышали, что я подыскиваю себе невесту среди одаренных девушек?

— Я уже замужем, — сказала как можно более холодно и спокойно.

— И что с того? Должен напомнить, вы вышли замуж дважды в этом месяце. Не вижу причин, по которым нельзя продолжить эту традицию.

И ухмылялся так самодовольно.

— Мой брак с лордом Ойгригом был деловой формальностью, мы не были мужем и женой на самом деле. Но мой брак с Харелтом — настоящий.

— Настоящий? — удивился принц. — Вы собираетесь жить с ним и родить ему детей? И именно поэтому вы здесь, во дворце, ищите работу, которую не сможете оставить да конца жизни.

— Как бы там ни было, я собираюсь быть верной мужу.

— Зачем? Хранить верность человеку, которого вы никогда не увидите, расстаться с которым было вашим личным выбором? Так зачем цепляться за это. Уверен, он не ждет верности от вас.

Я понимала, что Эйдан прав, но это только злило еще больше.

Больше никогда… От этой мысли сердце сжималось. Я старалась не думать об этом, но когда Эйдан говорил об этом вслух… накатывала тоска.6dfffc

Когда мы прощались, уже у дирижабля, и Гиллеврей ждал… Харелт стоял рядом, не касаясь меня, только не отрывая взгляда. «Удачи тебе, — сказал он. — Если будет нужно, зови, я прилечу». Так просто. Я не удержалась, обняла его, уткнулась носом в его грудь. Он погладил меня по спине. «Все хорошо, Ива. Иди». И сам оттолкнул меня, взяв за плечи. Расставания ему тяжело давались, он хотел закончить быстрее. Хотя лицо оставалось совершенно спокойно, и только в глазах… синие искры отчаянно метались… И я ушла. А он остался стоять там. Когда мы взлетели, я оборачивалась, смотрела вниз, назад… он все еще стоял.

Я ведь приняла решение, но сердце сжималось все равно.

— Меня интересует только должность хранительницы Дворцового сада, и больше ничего.

— А если ваша категоричность будет препятствовать получению этой должности?

— Значит, я вернусь к Харелту.

На какое-то мгновение мне показалось, что я сама, втайне от себя, хочу именно этого. Чтобы сорвалось, и я вернулась с чистой совестью.

— Хорошо, — неожиданно согласился принц. И вдруг вскочил на ноги прямо здесь, на карнизе, пошел по нему в сторону. — Идемте, леди Торкул, я покажу вам сад, с крыши его хорошо видно.

Твою ж мать…

Зачем же так делать?

Встать на ноги я не решилась, поэтому кое-как встала на четвереньки и медленно поползла по карнизу, всем местным богам молясь, чтобы не соваться. А ведь в платье делать это особенно удобно!

— Вон там, смотрите, — принц, как ни в чем не бывало, уже показывал куда-то вниз.

Ох, что-то у меня голова кружится.

Я подползла, но встать на ноги сил уже не хватало. Чертово декольте! Но думать о нем и о том, как я по-дурацки выгляжу, сил уже не хватало, только о том, как бы не упасть.

Эйдан протянул мне руку, предлагая помочь подняться.

— Можно, не буду вставать, посижу, — сказала я. — А то голова кружится…

— Не бойтесь, я удержу вас.

— А не боитесь упасть сами?

Он посмотрел на меня так снисходительно, фыркнул, удивляясь моей наивности.

— У меня ботинки на специальной подошве, которая не даст упасть и удержит на любой поверхности. Магией можно не только девушек привораживать и молнии швырять. По крышам магия тоже помогает лазить, я ведь не идиот, чтобы так рисковать.

Магия у него, значит.

Ну и черт с ним. Я взялась за его руку, поднялась. Держал он действительно крепко и надежно, и стоял очень устойчиво. Руки у него сильные…

— Думаю, вы мне нравитесь, леди Торкул, — сказал принц. — Думаю, у вас есть все шансы должность получить.