Глава 19

Глава 19

Дождавшись, пока королевская свита уберется со двора, Эндрю приказал закрыть ворота, и отправился навестить Дилана. Весь пол в комнате, куда стащили раненых, был засыпан слоем соломы, где горничные уже протоптали дорожки. Оттуда, тянуло запахом гниющей плоти и нечистот, и доносился монотонный заунывный стон: кто-то отдавал богу душу или же собирался сделать это в ближайшее время. Лорд поймал неряшливую толстуху, вперевалку выходящую из комнаты, и спросил:

-- Лекарь где?

-- Вчерась был, ваша милость. Всё наказал, что делать надобно, мы и сполняем, как велено, – заговорила тетка неожиданно хрипловатым шёпотом. -- От, питье разносила, -- она тряхнула ведром с каким-то мутным пойлом.

Поняв, что особого толкуне добьется, Энедрю прошёл чуть дальше по коридору и с трудом нашёл конуру, куда приказал перенести друга. Вроде бы – комнату кого-то из служанок. Дилан спал, и Эндрю, неуклюже потоптавшись и не зная, стоит ли разбудить приятеля, тихо вышел, оставив дверь открытой – окна в комнате не было и воздух казался душным и спёртым.

Из этой част замка, если пройти по коридору дальше, путь упирался в лестницу, ведущую на второй этаж. Именно там, насколько Эндрю запомнил план собственного нового дома, размещались старшие слуги и была раньше комната его жены. По переходам можно было попасть в основную часть замка, но лорд решил сократить себе путь и вышел на улицу, вернувшись в замок через главный вход.

К его удивлению, молодой супруги в его собственной комнате не оказалось. Зато как только он зашёл внутрь, кто-то и служанок в коридоре громко крикнул: «Пришё-о-о-ол!»

Решив, что это жена потребовала от служанок доложить о его возвращении, Эндрю сел за стол и принялся ждать. Однако, через несколько минут, когда в комнату постучали, он с удивлением увидел на пороге собственную тёщу.

-- Вы позволите, милорд?

-- Входите, миледи Блаунт. Думаю, нам есть о чём поговорить.

-- Да, господин барон. Я хотела бы получить распоряжения о ведении хозяйства, пока вас не будет, и… И вы обещали ставить денег…

-- Где сейчас находится моя супруга, миледи Блаунт?

-- О, милорд, она может быть где угодно! Отец слишком набаловал Сандру, и она не привыкла мне отчитываться.

Это и был один из тех моментов, который не давали картинке в голове лорда сложиться полностью: Сандра вовсе не производила впечатления избалованной папиной дочки, хотя миледи это подчёркивала не в первый раз. Но лорд видел, как вдовствующая баронесса управляет слугами и хозяйством замка, а также видел комнату, в которой его супруга жила до замужества и не мог поверить в пылкую любовь отца к девушке, живущей рядом с прислугой.

-- Присаживайтесь, миледи Блаунт. Я хотел бы поговорить с вами. Ответьте мне на вот такой вопрос…

Следующие двадцать минут Эндрю слушал о том, что именно и как собирается делать миледи Блаунт в его отсутствие. Там были и жалобы на то, что хозяйство потерпело изрядный урон, устраивая этот пир, и слова о том, что стоит поднять налоги крестьянам, и достаточно практичные слова о том, недостаток каких продуктов необходимо восполнить до осени. Звучало все довольно разумно, но милорд обратил внимание на то, что о слугах и раненых тёща даже не упомянула.

Закончив свою речь, миледи Блаунт уставилась на зятя, ожидая, когда он выделит ей необходимую сумму, но лорд молчал, задумчиво барабаня пальцами по столу и глухой звук частых ударов действовал миледи на нервы. Тем более, что ей сильно не понравился и ответ лорда:

-- Благодарю вас, миледи Блаунт. Я подумаю, как сделать лучше. Ступайте к себе.

Миледи даже не сразу поняла, что её ожидания не оправдались, ещё с минуту она растерянно разглядывала зятя, потом, сообразив, что это неприлично, встала, поклонилась и ушла.

После ухода тёщи Эндрю просидел ещё буквально пару минут, всё так же барабаня пальцами по скатерти, а затем решительно поднялся и отправился в ту часть замка, где была старая комната жены. Именно там он и нашёл супругу, растерянно вскочившую с табуретки при виде вошедшего.

-- Вы не хотите поговорить со мной миледи Сандра?

Девушка растерянно пожала плечами, а потом кивнула ему на вторую табуретку и буркнула:

-- Присаживайтесь, милорд.

Эндрю устроился основательно, показывая что не уйдет отсюда пока не получит ответы на все вопросы. И первый же полученный им ответ лишь подтвердил его подозрения.

-- Почему вы ушли в свою комнату, миледи Сандра?

-- Потому что дверь в покои отца, где мы провели с вами ночь, лорд Грегори, оказалась заперта.

-- Понятно… Скажите мне, миледи Сандра, как относился к вам отец?

Удивление девушки было настолько велико, что она бросила таращиться на деревянную щелястую столешницу и подняла взгляд на мужа:

-- Мне кажется, что барон Блаунт даже не помнил, как меня зовут, – наконец ответила она.

-- Кто может подтвердить ваши слова, миледи?

Выражение лица девушки изменилось, оно стало не растерянным, а задумчивым, как будто она кое-что поняла. Впрочем, тянуть паузу она не стала и осторожно ответила:

-- Подтвердить смогут те из слуг, кто не получал специальных приказов от миледи Блаунт.

Это было почти то, что лорд ожидал услышать. Проверка и в самом деле была не слишком сложной: достаточно опросить не горничных миледи тёщи, которые скажут все, что им приказано, а каких-нибудь лакеев и прислугу, входящую в парадные комнаты не каждый день – поломоек, швей и прочих.

Решив сделать это попозже, Эндрю спросил:

-- Вы сможете самостоятельно вести хозяйство, миледи Сандра?

И надо сказать, что ответ жены ему понравился:

-- Сложно сказать, милорд. Признаться, меня никогда не допускали до серьезных хозяйственных дел, но я быстро учусь, у меня отличная память и я очень хорошо считаю. В замке достаточно слуг, которые получали приказы от моей матери и поэтому точно знают, что и когда нужно делать.

-- Хорошо, миледи… Но вы женщина и даже если к хозяйству вас не допускали, всё равно вы видели достаточно для того, чтобы желать исправить некоторые вещи. Что бы вы исправили первым делом?

Ответ одновременно и поразил лорда Эндрю и обрадовал его:

-- Первым делом, милорд я занялась бы ранеными. Сегодня утром, когда я искала ключи от комнаты отца, я спускалась вниз и видела, что они брошены без должного ухода, – она немного помолчала и неторопливо пояснила: – Понимаете, слуги заботятся о нас и всё хозяйство дома держится на их плечах. Но и они должны получать от своих хозяев не только кров и еду, но и заботу. Сейчас все видят, что раненые практически оставлены на произвол судьбы. И каждый думает о том, что если заболеет, то его бросят тоже…

Разговор с юной супругой был долгий и достаточно плодотворный. Эндрю нравился и её подход хозяйству и её забота о людях. Это полностью совпадало с теми установками, которые он получал в доме своего детства. Он прекрасно помнил, как отец повелел взять в дом овдовевшую женщину с двумя детьми – супругу убитого в дороге Берча. При жизни Берч был ловким малым и отец регулярно пользовался его услугами: отправлял с обозом торговать в город. И, когда однажды обоз не дошёл до города, так как перебили всю охрану и самого торговца, а товары разграбили, в семье появилась новая служанка с двумя мальчишками-подростками. Своим сыновьям старый баронетт пояснил:

-- Работа бабе при доме всегда найдётся. Мальчишки подрастут – определим или на конюшню, или другую работу по силам подберём. Зато все работники будут знать, что ежли с ними что случится – семья без них не пропадёт и голодом сидеть не будет. Люди лучше работают, если верят в завтрашний день.

Так что пусть с точки зрения затрат позаботиться о раненых и выйдет накладно, зато взгляды на отношения с прислугой у миледи Сандры очень правильные. Даже наёмники сражаются лучше, если купивший их услуги лорд держит при отряде лекаря -- все ценят заботу.