Глава 29
Проснулась баронесса поздно и в очень плохом настроении. Сны оставили гнетущее впечатление: она куда-то бежала, сидела перед холодным камином, плакала, а Менестрель снимал с лица маску, под которой ничего не было, и гулко хохотал. Сплошной кошмар! И Тиана решила бороться за своё хорошее настроение.
Накинула халат, отпихнула ногой стул, на котором вечером мог бы сидеть Менестрель, и покатила столик к двери. За мгновение до того, как баронесса повернула ключ, в дверь постучали.
Она хотела громко и весело крикнуть: «Меняю ужин на завтрак!» — но прямо за дверью оказался слуга, и он лишь чудом увернулся от столика.
— Простите, — смутилась Тиана.
— Ничего… Досточтимая баронесса Арлей! Вас просит прийти королевский лекарь! Срочно!
— А что там случилось?
— Не знаю, баронесса. Мне ничего более не сказали.
— Ждите.
В комнате, где лежал герцог, ощущался лёгкий сладковатый запах разложения. А Мегана пребывала в хорошем настроении и даже улыбнулась сестре.
— Он не жалуется на боль, Ти! Только пьёт меньше и почти не говорит!
Герцог, в сознании, смотрел мутными глазами прямо перед собой. А лекарь был хмур и недоволен. Он поклонился:
— Досточтимая баронесса Арлей! Подойдите сюда, пожалуйста.
Сиделка откинула простыню, и в дыре на рубашке Тиана увидела огромную багровую опухоль, как раз между двумя воспалёнными ранами от шпаги.
— Внутри жидкость, и я собираюсь вскрыть гнойник, — тихо сказал лекарь. — Если он прорвётся внутрь… А вас, баронесса, я прошу увести сестру. Сами понимаете…
— Понимаю, — кивнула Тиана. — Пока не вскрывайте. У меня есть кое-что, и, может быть, это поможет. — Баронесса перевела взгляд на сиделку: — Слугу позовите. И быстро.
Она дала слуге ключ от комнаты и угрожающе произнесла:
— Если зайдёт кто-то, кроме вас… На спинке стула висит холщовая сумка. Принесите её сюда. Бегом!
Слуга поклонился и вышел, а топот ног за дверью показал, что он воспринял приказ буквально.
Теперь осталось вывести сестру, и Тиана на всякий случай достала из сумочки игломёт. Но тут в дверь вошёл король в сопровождении шута. Тиана присела в поклоне:
— Ваше величество!
Только вот Мегана повела себя несколько иначе. Она вскочила с дивана, выхватила кинжал и закричала:
— Убийца!!!
Но более ничего не смогла ни сделать, ни сказать — в руке Тианы щёлкнула коробочка, и младшая баронесса Арлей рухнула обратно на диван.
— Вы убили её, баронесса? — ошеломлённо спросил король.
— Нет, ваше величество. Это игла синего кактуса. Она просто спит.
Король понимающе кивнул и прошёл к постели герцога Кайриса. Посмотрев на бледное лицо друга, он поморщился и сказал:
— Я очень сожалею, Сайрил, что нанёс тебе эту рану.
Герцог услышал — он прикрыл и вновь открыл глаза.
В то же время Тиана вытащила из плеча Меганы иглу, забрала кинжал и отстегнула от пояса сестры ножны.
— Вы опять спасли короля от верной смерти, досточтимая баронесса Арлей! — с улыбкой поклонился шут. — Прямо-таки наваждение какое-то!
— Вы прекрасно знаете, господин Бари, что это не так. В данном случае моя сестра важнее.
— В данном случае… — повторил шут. — А в другом случае вы смогли бы…
— Без колебаний, — отрезала Тиана.
Шут длинно сглотнул и быстро направился к выходу, потому что туда же шёл король.
— Прошу прощения, ваше величество!
Король повернулся к Тиане, и она поклонилась:
— Думаю, что ваше величество не слышали того слова, которое было произнесено женщиной случайно, в пылу раздражения?
— О чём вы, баронесса Арлей? Насколько я помню, девушка спала, когда мы вошли.
— Точно так и было! — подтвердил шут из-за спины короля.
— Спасибо, ваше величество! — Тиана облегчённо вздохнула. — Из-за болезни герцога моя сестра почти не спала, перенервничала и не совсем в себе…
— Как её зовут? — спросил король и вдруг нахмурился.
— Мегана, ваше величество.
— Сестра… — пробормотал король. — Мегана Арлей… Бари… Бари! Что происходит?!
Но за спиной короля уже никого не было, и Вард Первый ринулся из комнаты с криком:
— Где этот шут?!!
— Побежал в сторону оранжереи, ваше величество! — сообщил запыхавшийся слуга с сумкой в руках. — Вот, баронесса, то, что вы велели принести, и ключ!
— Спасибо!
— Баронесса, — нетерпеливо позвал лекарь. — Надо вскрывать, пока ваша сестра спит. Вставить палочку между зубов герцога?
— Не надо.
Щелчок коробочки игломёта, и герцог закрыл глаза.
— У нас мало времени. У вас есть песочные часы?
— Конечно. На пять минут. Но я сомневаюсь, что мы сможем как следует почистить рану, и…
— Сможем. Начинайте!
Короткий острый ланцет легко рассёк синюшную кожу, и в подставленную сиделкой миску хлынул жёлтый в красных и зелёных прожилках гной. Лекарь осторожно выдавил содержимое опухоли, вытер разрез, выпрямился и распорядился:
— Это сжечь! А запашок тот ещё… Внутрь, кажется, не прошло, но больше ничего мы сделать не можем.
— Можем, — заверила Тиана и достала из сумки один из подарков Ретока.
— Что это?!
— Ночной мотылёк.
— Не может быть! Я читал про него, но никогда не видел! Правда ли, баронесса, что он не только поедает мёртвые ткани, но и лечит живые?! А добыть его труднее, чем яд пустотной змеи?!
— Сейчас увидим, и надеюсь, что герцогу повезёт. Переверните часы.
Тиана запустила механизм, и синий деревянный бутон распахнул лепестки, выпустив длинный стержень с белым комочком на кончике. Одновременно из противоположного конца контейнера вылезла тонкая трубочка. Комочек баронесса пристроила прямо на разрез, и уже через несколько секунд он лопнул, а в рану затекла капелька густой прозрачной слизи.
— Дело не в трудности добычи. — Тиана смахнула рукавом пот со лба. — Дело в том, что ловить ночью в Пустоши самку мотылька, чтобы убить и забрать единственное яйцо…
— Какой кошмар… — прошептала сиделка и указала на рану герцога.
Воспалённая кожа бугрилась и двигалась, как будто под напором насекомых изнутри. Иногда студенистый язычок выныривал из ранки, слизывал каплю гноя или чёрной крови и вновь нырял внутрь.
— Надо следить за временем, — нахмурилась Тиана. — Не больше десяти минут…
Так и получилось. Ближе к концу десятой минуты вздувшаяся кожа перестала шевелиться, а часть студня даже вылезла наружу. Баронесса поднесла к губам тонкую трубочку, торчащую из дна контейнера, и сильно дунула. Высокий звенящий звук заставил студень задрожать, ринуться из раны, изменить цвет на коричневый и быстро втянуться внутрь деревянного цветка, когда Тиана поднесла его ближе. Лепестки закрылись.
— Теперь надо прижать кожу и накрыть чистой тканью. Мазать ничем не надо, — улыбнулась баронесса. — Если верить Ретоку, в ране всё уже есть.
Лекарь быстро сделал требуемое и покачал головой:
— Я никогда не читал книг этого автора…
Тиана не смогла сдержать смех.
— Если бы Реток написал книгу, то весь раздел королевской библиотеки, посвящённый Пустоши, пришлось бы сжечь! За ненадобностью.
— Пустошь с ней, с королевской библиотекой! — воскликнул лекарь. — Но… Досточтимая баронесса Арлей! Вы собираетесь уничтожить куколку ночного мотылька?..
— Конечно, господин лекарь, — кивнула Тиана. — На этом настаивал Реток.
В общем-то, баронесса уже догадалась, что произойдёт дальше, и лекарь не разочаровал её, произнеся короткую, но пылкую речь:
— Баронесса! Невозможно уничтожать столь редкий экземпляр! Это кощунство! Я мог бы исследовать и описать столь редкого обитателя Пустоши! Подумайте, какую пользу принесёт такое описание путешественникам, лекарям и исследователям! Я мог бы…
— Подождите, господин лекарь! — оборвала словоизвержение Тиана. — Охотники за мотыльком пользуются специальной одеждой и масками, потому что чешуйки крыльев этой бабочки…
— У меня есть такая одежда и маска! — воскликнул лекарь и, не отрывая глаз от контейнера, жадно протянул руки. — И большой стеклянный аквариум! Его сейчас же перенесут в подземелье! Ведь нужна полная темнота?! Правда?!
— Да, — согласилась Тиана и вложила деревянную ёмкость с драгоценным содержимым в руки лекаря. — Но будьте осторожны. Там может оказаться не одна куколка.
— Великая Пустошь! Пусть их будет десять!
И стрелой вылетел из комнаты.
— Это вряд ли, — с сомнением пробормотала Тиана. — Хорошо, если четыре…
Дверь приоткрылась, и глаз королевского шута быстро осмотрел комнату. Лишь после этого Бари вошёл и встал так, чтобы дверь, если она откроется, скрыла его.
— Досточтимая баронесса Арлей, — тихо проговорил шут. — Что такое вы сделали с королевским лекарем? Я никогда не видел его таким счастливым.
— Не знаю, господин Бари, — пожала плечами Тиана. — Лекари, они такие… А вот чем вы разгневали короля? Ни разу его таким злым не видела.
Шут печально вздохнул, прислушался и развёл руками:
— Короли — они такие… Ума не приложу. А вот вы, баронесса Арлей, приносите людям столько радости. И проблем…
Мегана застонала, открыла глаза, повернула голову к кровати герцога и вскочила:
— Он умер?!
— Он спит. — Тиана встала между герцогом и сестрой. — А вот ты потеряла сознание. От переутомления, наверное.
— Правда? — Мегана потёрла лицо руками. — Я видела во сне убийцу…
— Какого убийцу?! — воскликнул шут. — Король заходил извиниться перед герцогом, а вы спали как младенец!
— Правда?
— Конечно. — Тиана благодарно улыбнулась шуту. — Господин Бари свидетель.
— А где мой кинжал, Ти? — Мегана пошарила рукой на поясе.
— Я забрала его, Мег. Почистить и смазать свежим ядом.
— Зачем ядом, Ти?! — удивилась Мегана.
Одновременно шут протестующе воскликнул:
— А вот этого не надо!
— Как хотите, — согласилась Тиана. — Я ухожу. А ты, Мег, приготовься кормить герцога бульоном с ложечки, когда он придёт в себя.
— Как маленького?! — глупо улыбнулась Мегана. — Хорошо!
Но хорошо, как это часто бывает, не получилось. Тиана решила перед поздним завтраком прогуляться по саду, чтобы подумать и успокоиться, — слишком уж её впечатлила работа ночного мотылька. Хотя она ухитрилась и не показать этого окружающим. Баронесса даже успела помечтать о еде, когда перед самой дверью её перехватил слуга.
— Досточтимая баронесса Арлей! Вас хочет видеть сестра. Она плачет…
«Эка невидаль! — подумала Тиана. — Поплачет и улыбнётся!»
Но шла за слугой быстро, как могла. Мегана у постели герцога не плакала, она всхлипывала и причитала:
— Ну пожалуйста, Сай! Ну хоть ложечку!
К удивлению Тианы, глаза герцога уже не были мутными, да и щёки хоть чуть-чуть, а порозовели. Только дышал раненый поверхностно и часто.
— По вашей милости я сегодня никак не могу поесть! — резко заявила Тиана.
— Сай тоже ничего не хочет есть! — хныкнула Мегана. — Только воду пьёт!
— А ты сама-то ела, Мег?
— Ну Ти! Ты что, не видишь?! Он не ест!
— Мег!
— Я ела! Вчера… Я не хочу!
Тиана мрачно посмотрела на обоих и спросила:
— Вы, герцог, какой бульон предпочитали в прошлой жизни?
Герцог Кайрис слабо улыбнулся и прошептал:
— Говяжий…
— Вот говяжий! — Мегана поставила одну миску и схватила другую: — Ещё тёплый! Ну Сай! Пожалуйста!
Но герцог рта не раскрыл. Только капризно поморщился.
— Мег! Съешь сама пару ложек, и у него разыграется аппетит.
— Но я не хочу, Ти! Он должен есть! Прошу тебя, Ти! Сделай что-нибудь!
Эта просьба навела Тиану на очень простую мысль. Она сулила как прекращение этого представления, так и скорый завтрак. Хотя пора уже обедать…
— Я вижу, герцог, что вы выглядите гораздо лучше мертвеца. Самое время решить нашу маленькую проблему…
В руке Тианы вдруг оказался кинжал, и кончик его клинка тут же упёрся в грудь герцога, а сама баронесса уставилась на сестру:
— Мег! Быстро съела две ложки! Иначе…
Глаза Меганы были прикованы к кинжалу, и в них плескался ужас. Она быстро проглотила три полные ложки бульона и дрожащим голосом попросила:
— Не надо, Ти… Я без него жить не смогу…
— Хорошо, — согласилась Тиана. — Ваша очередь, герцог.
Кинжал, хотя и плашмя, лёг на горло Меганы, а герцог Кайрис от удивления приоткрыл рот. Со счастливой улыбкой Мегана зачерпнула ложкой бульон и влила в герцога.
— Умничка, Сай!
С трудом сглотнув, герцог попросил:
— Не надо…
— Хорошо, — повторила Тиана. — Представьте, что я ещё здесь, и продолжайте. А я тоже хочу есть!
Кинжал с металлическим звоном скрылся в ножнах, и баронесса вышла.
— Ну Сай! Ещё ложечку! — попросила Мегана.
— Сначала ты, — просипел герцог.
Из-за портьеры у окна выглянул шут и восхищённо пробормотал:
— Как просто, элегантно и убедительно!