Глава 58

Глеб

— А если я упаду? — атмосферная дымка, похожая на след пара, остается на стекле от ее дыхания. — Ты можешь сорваться вслед за мной.

Не отвечаю, но ответ знаю. Я не дам ей упасть. Но если бы сорвались, за Миладой полетел бы следом, не задумываясь. На подкорке понимаю, что встретил особенную девочку. Эгоистично хочу ее себе. Как надолго, пока не задумывался, но после того, как Ванька вчера ее забрал, многое за ночь переосмыслил.

Мне хорошо с Миладой не только в постели. Со временем даже самое сильное влечение ослабевает, но если человек тебе интересен, с ним хочется проводить время, разговаривать, вам долгое время не будет скучно.

Мое влечение пока не планирует ослабевать. Веду губами по скулам, руки нашли потайной замок на спине, пальцы тянут вниз замочек молнии. Хочу ее в этой позе, прямо здесь. На адреналине. Не отпускает ощущение, что стекло может лопнуть в любую секунду.

Бал правят инстинкты. Кружит голову ее аромат, нежная кожа, рваное дыхание. Платье спускаю с плеч, помогаю ему упасть на пол.

Бля…

Отмечаю сексуальный комплект белья. Вставляет так, что боюсь потерять последние остатки разума и трахнуть ее без тормозов. Напоминаю себе, что у девочки второй секс в жизни. Но так хочется спустить штаны, отодвинуть эти блядские веревочки в сторону и погрузиться в нее по самые яйца. Долбиться, не сдерживая инстинктов.

— Руки положи на стекло, — повелительно. Кладу руки на ее грудь, сжимаю упругие полушария. Зажимаю в пальцах соски через тонкое кружево бюстгальтера.

— Нас увидят… — со стоном.

— Пусть увидят, — на самом деле стекла прозрачные только с одной стороны.

Губами веду по ключицам, шее. Расстегиваю бюстгальтер, Милада убирает ладони от стекла, чтобы тот упал на пол.

— Руки верни на место… — голос проседает. Не помню, чтобы я столько сдерживался. Да и никого раньше не хотел так, как ее.

Красивая линия спины, густые волосы, разметавшиеся по плечам, длинные ноги в босоножках, округлая оттопыренная попка, которая напрашивается, чтобы ее посадили на кол.

Пуговицы летят в сторону, каждая секунда промедления меня убивает. В этой позе она такое сладкое искушение, что не отведать прямо сейчас — преступление против своего организма. Я и так держался, сколько мог. Пока освобождаюсь от брюк и трусов, решаю — снять с нее эти провокационные полоски или трахнуть так? Достаю из кармана презерватив, раскатываю на члене.

Прижимаюсь к ее оттопыренной попке. Ладони кладу на ягодицы, сжимаю, оглаживаю. Веду след от поцелуев по позвоночнику. Ее дыхание меняется, становится более рваным, с тихими стонами.

— Прогнись сильнее, — давлю на спину. Отводя полоску стринг в сторону, пальцами размазываю влагу между складками. Стимулирую клитор. Милада сжимает бедра, ловя мои пальцы в плен.

— Мы упадем… — голос дрожит от страха и возбуждения.

— Только после того, как кончим…

Многое хочется с ней сделать, но гребаное время, отведенное моим братцем, поджимает. Я дал ему слово, что с Миладой не будет так, как с другими. Она решит, когда от меня уйти. Если я позволю…

— Ноги раздвинь. Шире… еще шире… — она на грани, дрожит на моих пальцах. Проникаю сначала одним пальцем в нее, под громкий стон растягиваю стенки влагалища. Добавляю палец…

Хватит себя пытать…

Притягивая к себе бедра. Головка члена упирается во влажные складки. Миладу хочу без презерватива, даже самые тонкие из них не дают почувствовать всю остроту ощущений от проникновения.

Из меня вырывается глухой стон, когда вхожу в нее одним толчком почти до конца…

Бля… как же туго, горячо…

— Не больно? — целуя ключицу.

— Нет… хорошо…

Языком лижу нежную кожу шеи, поднимаюсь к уху, ласкаю мочку, прикусываю, посасываю… руки мнут грудь, играют с вершинками сосков… хочу их у себя во рту, но поза не позволяет.

С каждым толчком ускоряя ритм, вхожу глубже, но сорваться на дикий трах запрещаю себе. Порву девочку, она еще не готова, совсем узкая там, сжимает так, что я готов прямо сейчас спустить.

Оттягиваюсь назад, резко подаюсь обратно…

Тело дрожит, не позволяю себе кончать. Глаза закрываю, так легче не сорваться. Картина такая, что приходится рвать жилы, чтобы держаться до ее оргазма.

Большой палец кладу на колечко ануса, Милада дергается, зажимается так, что член сейчас сломает.

— Тихо… ты что брыкаешься? — свободной рукой ласкаю, успокаиваю. — Я не буду проникать, только простимулирую. Расслабься. Еще… Не бойся…

Не стоило этого делать, она меня так сжимает, что теряю остатки сдержанности. Срываюсь…

Резкими глубокими толчками вбиваюсь в нежную плоть. На бедрах оставляю от пальцев следы, потому что забываюсь, сжимаю со всей дури, что есть в теле…

Милада кричит, бьет по стеклу ладонью, бурно кончая, выжимает все из меня….

Бля… это был лучший трах в моей жизни. Меня не отпускает. Девочка долго дрожит в моих руках, не даю ей упасть, прижимаю к себе и целую, куда достают губы…

— Ты как? — выхожу из нее, разворачиваю к себе лицом.

— Не помню, чтобы было лучше…

— Мне тебя мало на два часа. С тобой мало будет и суток…