Глава 10

Инга

Когда мы подходим к двухэтажному домику из красного кирпича, у меня непроизвольно открывается рот от удивления. Неужели, простой преподаватель может себе позволить такие хоромы? Нет, это конечно не наш с отцом особняк с огромной территорией, но и тут много нужно средств, чтобы содержать такое мини-поместье. Тем более ухоженный сад с фигурами животных, сделанных из кустарников. Так еще и пруд имеется.

Это точно как в сказке, где главными героями будем лишь мы вдвоем. Нууу, втроем, считая Брауни, тут же забежавшей в дом, когда Глеб открыл дверь. Понеслась она куда-то. Наверное, проголодалась после прогулки и решила перекусить.

- А у тебя тут довольно мило, – осматриваюсь по сторонам, отмечая, что здесь уютно и очень даже тепло.

В семейном особняке нет такой живой атмосферы, которая царит здесь, в доме холостяка. Хотя…может он и с девушкой здесь живет или еще «лучше» с женой, что сейчас появится, дабы угостить чаем студентку своего благоверного. Непроизвольно зубами начинаю скрипеть, только подумав, что к этому сексуальному во всех аспектах мужику кто-то другой может прикоснуться.

Внутри все клокочет и готово взорваться как при атомной войне. Мне неприятно осознание того, что в этом милом доме может находиться другая женщина, придающая вокруг тело и уют. Мебель, ковер, занавески на окнах, немного фотографий на каминной полке, дипломы, награды… А вот это меня очень заинтересовало.

Поэтому пока что Глеб отправился за обещанным чаем с какими-то там пирожными, подхожу поближе к стене и разглядываю лакированную, блестящую бумагу в рамках. Все вроде как на итальянском языке, который я ни черта не знаю. Английский, французский в совершенстве, так еще и китайский. Отец в свое время заставил на курсы пойти, дабы его дочь знала не только родной, русский язык, но и несколько других.

- Практически вся моя жизнь, – резко дергаюсь при звуках его голоса, схватившись за сердце, – прошла в Италии. В Риме, где окончил университет и открыл свою адвокатскую фирму.

Поворачиваюсь к мужчине именно в тот момент, когда он ставит на стол две чашки, маленький чайник и тарелку с пирожными. Выглядит эта сладость очень аппетитно, аж слюнки потекли. К тому же мне кажется, что она не покупная, а именно домашняя. От этого еще больше захотелось попробовать.

Ведь дома я так ничего и не поела, даже крошки во рту не было, так как сучка Аделаида вывела меня из себя, а потом и отец встал на ее сторону. Порой я очень жалею, что бабушка далеко от меня, где-то в Таиланде греет косточки уже более десяти лет и к нам крайне редко приезжает. Да и папа рад, что теща не появляется в нашем особняке так часто.

Слышу легкое покашливание от Глеба. Поворачиваю к нему голову и понимаю, что подвисла на добрых две минуты. Просто вся в мыслях утонула, что даже не замечала ничего вокруг. Особенно того, что он слишком уж долго задерживал на мне свой проникновенный взгляд чертовски прекрасных голубых глаз. Тут не только мурашки танцульки на теле устроят, но и парад с электрическим током, затрагивающим все участки кожи.

- Неужели, кто-то доверил тебе защищать их интересы в суде? – ну вот не могу я без колкостей, так и лезут они наружу. Поддеть же преподавателя – дело святое. – Не боялись быть опозоренными?

- Тебе когда-нибудь говорили, что ты та еще язва? – кладет руки на спинку дивана и закидывает ногу на ногу. Как будто сам Аполлон передо мной сейчас сидит, а я как бедная крестьянка отчитываюсь за свои действия перед самим Богом.

- Язва может плохо сказаться на вашем желудке, Глеб Александрович, – намеренно ему выкаю, чтобы хоть какие-то границы соблюсти. – Потом долго будете избавляться от страшного диагноза.

Все-таки сажусь на противоположную сторону дивана, наклоняюсь за вкусняшкой и, откусив кусочек…просто пропадаю в удовольствии. Все мои вкусовые рецепторы взрываются от оргазма вкуса. Глаза закатываются, а изо рта вырывается непроизвольный стон. Краем глаза замечаю, что Глеб как-то странно ерзает на месте и отодвигает край свитера, словно ему в нем очень дискомфортно.

Что это с ним происходит? Непонятно.

Перевожу взгляд с него, на пирожное, потом повторяю свое действие, пытаясь сложить в голове два плюс два. И только спустя секунд эдак десять соображаю, что тут не так.

Глеб Александрович, похоже, завелся от моих стонов, больше напоминающих время секса. Ох! Такого я не ожидала. Но все-таки мысленно надеваю рожки черта на голову, решаясь на некоторые шалости. Надо снова его отставить в подвешенном состоянии. Буду для него «динамо».

- Запить не желаешь, Инга? – приподнимает вверх брови, когда я чуть ближе к нему пододвигаюсь, якобы не доставая до чашки с чаем. – Еще подавишься, а я буду в этом виноват. В больницу не повезу, – еще чуть ближе.

В нос тут же ударяет запах туалетной воды, точно сводящей с ума. Дима всегда так много парфюма на себя выливал и всегда очень приторный. Мне порой приходилось нос демонстративно затыкать, чтобы в обморок не свалиться.

Глеб же пахнет свежестью, морским бризом, напоминающим о наших с мамой путешествиях в теплые страны. Хоть это и было всего лишь пару раз, но воспоминания так четко проносятся в голове, что я снова отвлекаюсь и даже не замечаю, как мужчина притягивает меня к себе и за секунду сажает на колени, положив бесцеремонно руки на мою задницу.

В глазах горит пламя желания, а в живота касается возбужденный член, скрытый за тканью брюк. Желваки на его скулах ходуном ходят, а вот грудь тяжело и часто вздымается, аж сердце бешено бьется. Мне по душе такая реакция на мою персону.

Упираюсь своим лбом в его, опустив глаза ниже пояса и даже не шевелясь. Просто наслаждаюсь своеобразным единением и спокойствием. Какое-то странное ощущение пронзает все тело горячими, электрическими импульсами. Мне уютно в его объятьях, мне очень комфортно. Словно тихая гавань для уставшей путницы, лишенной дома.

- Инга, – нежное поглаживание подушечками пальцев по спине способствуют дрожи по телу. Низ живота сладко тянет, а соски становятся как твердые горошинки.

Чертова реакция предательской тушки! Какая-то подстава! Но как же хочется поддаться тем чувствам, что на волю просятся.

- Глеб, – сексуально шепчу ему на ухо, прикусив мочку. Да, я умею играть в такие игры. До поры, до времени.

Секунда, две, три. Мир словно бы взрывается перед глазами, так как Глеб неожиданно отодвигает меня от себя на небольшое расстояние и тут же накрывает мои губы своими. Инстинктивно приоткрываю рот и впускаю его язык. Начинается просто какой-то бешеный, первобытный поцелуй студентки и преподавателя.

Руки мужчины блуждают по моей спине, потом опускаются на бедра, и еще больше впечатываю грудью в свое сильное, спортивное тело. Боже! Твердость в его штанах такая огромная, что начинаю тереться своей скрытой под одеждой промежностью об его член. Оба стонем. Оба тонем в том удовольствии, что вызывает поцелуй, сопровождаемый покусыванием, немедленным зализыванием небольшой ранке.

Между ног мучительно ноет, трусики очень быстро становятся влажными. Нижние губки требуют к себе немедленного внимания, возбуждение лишает всех прочих мыслей. Даже Дима не вызывал во мне такого трепета. Хоть мы с ним и полгода в отношениях, но не было дикого желания переспать. Не хотелось расстаться с девственностью.

Да-да, я до сих пор невинная в этом плане, так как еще не встретила своего, особенного человека. Звучит банально, но в этом деле спешить не стоит. Да и Дмитрий Ершов не всегда же рядом со мной будет. Следовать папиным указаниям я не собираюсь. Я не бесхребетная амеба, могу думать собственной головой. И она сейчас подбрасывает картинки далеко не розовых пони, прыгающих по радуге.

- Инга, – поцелуй прерывается так же резко, как и начался. – Нам стоит притормозить.

Он что шутит сейчас?

Разглядываю его лицо, особенно глаза. Там никакой фальши, никакого притворства. Глеб на самом деле решил все прекратить. Стремительно, словно ураган захватил меня в свой плен, а теперь дает свободу.

Да Бога ради!

Слезаю с его колен и демонстративно отворачиваюсь, дабы выпить залпом чай, не почувствовав его вкус, а ведь он не просто черный был. Ощущаю на себе пронизывающий, оценивающий взгляд Глеба. Ну и пусть любуется на мой крепкий зад, обтянутый леггинсами, и пускает слюни. Ведь его не увидит больше в своем доме. Только в университете. Так как наши отношения будут только такими, не более.

- Вызовите мне такси, Глеб Александрович, – поворачиваюсь к нему и называю домашний адрес и жду от него хоть какой-то реакции.

Мужчина лишь приподнимает бедра, чтобы достать телефон из кармана и вбить в приложении поездки. Отточенные движения с равнодушием и даже холодом. Обнимаю себя руками, уже потеряв все то тепло, что тут ощущала с самого начала. Что-то в нем вдруг изменилось, раз игривый парень превратился в непроницаемого мужика, отводящего взгляд в сторону.

Как будто ему неприятно, а может и больно на меня смотреть.

Сказка кончилась. Принц оказался злодеем, а принцесса уезжает на приехавшем желтом такси, даже не обернувшись на входную дверь дома, где точно стоит Глеб и провожает меня грустным взглядом. Интуиция это подсказывает.