Глава 19

Глеб

- Неправильный ответ, Искорнев. Была допущена грубая ошибка, которая в реальной жизни стояла бы твоему клиенту свободы.

- Но, Глеб Александрович, мы это даже…

- Сядь на место. Живо! – бью раскрытой ладонью по деревянному столу, от чего все студенты подпрыгивают на своих партах. – Я твой ответ не засчитываю. И вообще…. – размахиваю методичкой. – У вас есть десять минут, чтобы прочитать с пятнадцатой по тридцатую страницы. Потом выборочно спрошу о статьях, – слышится гул недовольства, но плевать я на это хотел. – Иначе каждый из вас не будет допущен до экзамена. Приступайте!

Сажусь за преподавательский стол, даже ни разу не взглянув в сторону Инги, которая опоздала на пару, дав мне повод на ней сорваться и заставить сделать дополнительное домашнее задание. Из-за ее чертовой дерзости вообще как с цепи сорвался, не хватало только брызгаться слюной. А так был бы вылитым бульдогом, обозлившимся на весь род человеческий.

Сегодня от меня каждому студенту досталось. Уже который день нахожусь в бешенстве и срываюсь на всех вокруг. Даже алкоголь после возвращения домой не помог изгнать Ингу из собственных мыслей. Она словно въелась под кожу, ничем ее не вытравить. Дрянь, что взрослого мужика чуть к себе не приковала цепями, собственным телом и мнимой невинностью.

Уничтожить бы все мысли о ней в кровати другой женщины, но ведь не тянет ни черта. Лишь она перед глазами, как чертова наркота, от которой так легко получить сильнейшую зависимость.

Можно было отказаться от преподавания права в ВУЗе, но я не хотел из-за какой-то девки подставлять своего друга. Он ведь не виноват, что я попал в очень непростую ситуацию.

- Глеб Александрович, – какой-то смертник подает голос. – Пара уже закончилась.

Кидаю взгляд на наручные часы. Время занятий точно к концу подошло, а я даже не услышал звонок. Повезло. Будь у нас в запасе еще целый час, все бы меня уже возненавидели.

- Все свободны, – шум, гам раздается со всех сторон. Студенты спешно покидают аудиторию, как будто получили свободу после многолетнего тюремного заключения.

Сам начинаю собирать вещи, когда за последним человеком закрывается дверь. Наконец-то блаженная тишина. Можно расслабиться и больше себе нервы не поднимать. Надо держать себя в руках, а не срываться на тех, кто в принципе ни в чем не виноват.

- Глеб, – сейчас я не настроен слышать ее голос.

Присутствие рядом Инги подобно тому, словно кто-то зажившую рану начинает ковырять ржавым гвоздем, занося в нее еще больше инфекций и медленно убивая.

- Пара закончилась, – грубо и отстранено. – Покиньте аудиторию, студентка Чернышова.

Стараюсь не смотреть в ее сторону, иначе точно сорвусь. Или причиню боль или же трахну на столе, так же причинив много боли. Инга меня не слушается, а просто складывает руки на груди и явно намеревается начать серьезный разговор.

- Послушай, Глеб, мои одногруппники не виноваты в твоем плохом настроении. Не стоило на них срываться. То, что произошло у тебя за эти два дня, меня…

- …совершенно не касается, – заканчиваю за нею фразу, видя недоумение и шок в глазах. – Разве пристало студентке ругать преподавателя за проведенную пару? Зачем ты задержалась здесь. Иди на следующее занятие, не заставляй тебя ждать, – чуть было не назвал имя ее жениха.

- Да что с тобой такое? Ты не был таким еще два дня назад. Что случилось? – хочет дотронуться до моего локтя, но я отхожу на два шага назад. Прикосновения способны вызвать отвращение. – Глеб?

- Чего ты хочешь, Инга? Чего?! – повышаю голос, сжимая и разжимая кулаки, только бы не сорваться. – Думаешь, что я сейчас крепко обниму тебя, поцелую и назначу свидание, да? Ну так ошибаешься. Я правда очень польщен тем, что именно мне выпала честь стать твоим первым мужчиной и привести в мир страстного секса. Но эта ночь ничего не значит. Ты далеко не особенная девушка, чтобы из-за тебя вдруг становится моногамным. Всего лишь…

Щеку обдает резкой болью от того, что Инга ударила меня со всего размаху. Заслужил, признаю это. Но как бы я еще заставил ее замолчать? Пусть не думает, что взрослый мужик воспылал к ней страстью и готов бросить к ее ногам весь мир.

- Ублюдок, – выплевывает мне прямо в лицо. – Мерзавец!

Вижу как ее глаза наполняются слезами. Инга начитает часто-часто моргать, лишь бы не показать передо мной своей слабости.

- Пусть Дима тебя утешит, милая, – делаю контрольный выстрел в голову, заставляя девушку покинуть аудиторию, громко хлопнув дверью.

На душе так гадко становится, сердце сжимается, ведь я причинил ей боль, унизил, выставив какой-то дрянью. Но ведь со стороны так это и выглядит. Она прыгает из одной койки в другую, а потом строит из себя саму невинность. Чертова дрянь, отравившая мой мозг.

- Блядь! – кидаю со всей силы методичку через всю аудиторию, от чего сотни листков разлетаются по полу и партам. – Сука! – сметаю со стола письменные принадлежности и как черт из табакерки вылетаю в коридор, врезавшись в какого-то студента.

Пролетаю мимо двух преподавательниц, пускающий время от времени на меня слюни и, оказавшись на улице, сажусь в припаркованный автомобиль. На сегодня все пары закончены, пусть остальные две группы учатся без меня. Насрать на них. Мне нужно немного расслабиться, снять чертово напряжение, иначе умом тронусь.

Домой возвращаюсь под вечер в совершенно трезвом состоянии. Ни капли не выпил, так как проезжал мимо всех баров городе, направляясь прямиком в тир своего хорошего знакомого, который и знать не знал о моем приезде в город. Викентий так обрадовался моему появлению в его обители, что с порога позвал к себе на дачу в эти выходные. Вместе с Кириллом.

Чисто мужская компания в живописном месте Москвы. Что может быть лучше? Последние теплые деньки проводим со всем размахом, вспоминая старые-добрые времена в Италии. Ведь со многими русскими друзьями познакомился именно там. Лихие были дни, а то и месяцы.

- Добрый вечер, Брауни, – здороваюсь со своей девочкой, развалившейся на диване. – Красавица моя, – чешу ей за ушком, слыша удовлетворенное урчание и поднимаюсь на второй этаж.

Оказавшись в спальне, скидываю с себя всю одежду вместе с боксерами и направляюсь в душ. Горячая вода поможет отключиться от внешнего мира. Упираюсь ладонями в белый кафель и позволяю тропическому душу омыть спину. Прикрыв глаза, тяжело вздыхаю и полностью расслабляюсь.

- Уйди, сучка! – чей-то голос слышен даже сквозь шум воды.

Какого, блядь, черта внизу происходит?

Закручиваю все краны, обматываю бедра полотенцем и четко слышу недовольный лай Брауни. Так она себя ведет только с теми, кто ей категорически не нравится, кого же там черти принесли. И мне кажется, я знаю, кто именно сейчас пытается отделаться от моей девочки.

- Как ты попала в мой дом, Эвелина?

- Убери свою шавку, пока я ей голову не разбила бутылкой, – поднимает вверх упомянутую вещь.

- Брауни, место! – хаски в последний раз издает громкий лай и царственной походкой уходит к креслу. Молодец, красавица! – Откуда у тебя ключи?

- Ой, Глебушка, – Эвелина взмахивает волосами, – почему ты так грубо меня встречаешь. Я же просто решила скрасить твое одиночество.

Развязывает пояс синего платья, которое падает к ее ногам. Завороженно смотрю на чертовски развратное нижнее белье черного цвета, в комплекте с которым еще и кружевные чулки идут. Эвелина основательно подготовилась к встрече, зная мои вкусы. Чертова стерва.