Глава 14. Позднее купание
Последний крупный глоток вина явно был лишним. Мир кружился цветным калейдоскопом, пол норовил выскользнуть из-под ног. Самое обидное — я отлично соображала. Помнила, в какой ужасной ситуации оказалась, и лишь тело подводило. Сидеть в красивой беседке одной было скучно и грустно. Мысли прыгали с темы на тему, я злилась на отца, на Нейтана и на себя. Почему не хватило духу рассказать всё отцу, когда мамы не стало? Боялась остаться одна. Без его защиты. По крайней мере, зная правду, он не стал бы подталкивать меня к разоблачению.
— К демонам, — выдохнула я, вываливаясь из беседки. Каблуки туфель тонули в земле, юбка путалась под ногами. — Ненавижу! Всех ненавижу! Дурацкие наряды, дурацкий этикет! Глупые правила!
Я задыхалась, тонула на суше. Кровь требовала окунуться в море, спрятаться под толщей воды от всех проблем. Как просто было бы уплыть отсюда. Никто даже не узнал бы, куда я пропала. Была Каролина Нейшвиль — и вся вышла.
— Нельзя, — шептала я, снимая платье и складывая на крыльце беседки, — папа будет волноваться, а у декана начнутся проблемы с тайной канцелярией. Но чуть-чуть поплавать же можно? Никто не увидит! Лучшего способа протрезветь и остановить поток мыслей всё равно не найти. Давай, Каролина, давай. Быстренько окунёшься — и такая свежая станешь, будто не было бутылки вина. Ты же леди! Тебе не к лицу шататься по академии пьяной. Вдруг кто-нибудь подумает о тебе плохо? Побереги репутацию!
Подавив нервный смех, я разделась до тонкой сорочки, но холода совсем не чувствовала. Жаль, проклятая скромность не позволила снять и её. Мокрые тряпки только мешались в воде.
— Гори всё синим пламенем, — выдохнула я, оставляя туфельки рядом с платьем. — Запутаюсь хвостом в юбке, так запутаюсь. Не утону.
Зато будет потом в чём возвращаться на холм. Не голой же мне идти?
***
— Обожаю свою работу, — с придыханием сказал сыщик по связи через ракушку. — Какой вид. Нет, ну какой вид!
А Роджер места себе не находил. Нет, сидел он в кустах прямо за беседкой, метафорически не находил. Каролина Нейшвиль об экспериментальном артефакте даже не вспоминала. Она раздевалась!
— Может, вы отвернётесь? — спросил декан у сыщика.
— Помилуйте! — возмутился он. — Если я упущу объект слежки, то получу от начальства знатный нагоняй. А выговоры у нас не как у вас…
— С помещением на дыбу? — ёрничал мальмийский принц. — Или с четвертованием? Избавьте меня от фальшивых отговорок. Перед вами леди!
— Я же не виноват! — горячился сыщик. — Она сама!
Роджер с тихим выдохом прикрыл глаза. И что теперь делать? Выскакивать из кустов с диким криком: “Немедленно оденьтесь?” От испуга Каролина долго не придёт в себя. Чего доброго в лазарет придётся вести и отпаивать успокоительным зельем. Нормальный разговор об артефакте уже сорвался. Его просто не с чего начать.
“Что вы здесь делаете, лорд Этан-Бейли? — Слежу за вами. А вы почему раздеваетесь?”
Ох, и скрываться дальше нельзя. Если процесс обнажения нужен для какого-нибудь тайного ритуала из старых книг, то очень скоро Каролина останется без сорочки.
“Сыщик будет рад, — ехидно шептал внутренний голос. — А ты, Роджер?”.
А у него кровь от головы отливала, стоило представить соблазнительные изгибы девичьего тела. Бархатную кожу, восхитительный аромат цветочной воды от волос.
Да, чтоб его все демоны бездны драли! Да, он хотел увидеть Каролину Нейшвиль без вороха тряпок, лент и чулок. Свою студентку. Чужую невесту. Совсем ещё юную, наивную и такую прекрасную.
Что творилось с телом? Фантазий хватило, чтобы из кустов стало нельзя выходить. Какой позор! Лорд-декан академии, а завёлся, как мальчишка, от одних только мыслей.
“Помолодел-то как, — вовсю изгалялся внутренний голос. — Не будет больше жалоб, что стареешь? Ух, какая готовность к любовным подвигам! Полная боевая”.
В холодную воду, что ли, нырнуть? Там точно любое неуместное вожделение исчезнет. Прямо с обрыва. Как Каролина…
Роджер в последний миг сообразил, почему она раскинула руки и взмахнула ими, как птица крыльями.
“Высоко, — пронеслось в голове. — Что она делает? Разобьётся!”
И больше он ни о чём не думал. Рванул из кустов и прыгнул с обрыва вслед за ней.
***
Море приняло меня в объятия и сомкнулось над головой, защищая от остального мира. Но не ко всем оно так благосклонно. Тот, кто нырнул следом, поднял фонтан брызг. Я обернулась, до дрожи боясь, что Лили всё же пошла за мной. Ноги превратились в хвост почти мгновенно. Мой преследователь точно видел перед собой русалку.
“Лорд Этан-Бейли”, — мысленно застонала я.
Наверное, заметил, как я бросилась с обрыва и подумал, что утону. А теперь он разглядывал меня с немым любопытством, особенно присматриваясь к хвосту, и шёл на дно. О да, море защищало меня и мой секрет. Если я развернусь и уплыву, то никто не узнает про хвост. Декан отчаянно пытался выплыть, работая руками, но не справлялся. Лишь на мгновение им завладела паника, он пытался позвать меня и хлебнул воды.
К демонам тайны!
Я бросилась к Рожеру, обняла за талию и потянула вверх, увлекая за собой. Нужно помочь ему сделать глоток воздуха, дальше мальмийский принц справится сам. Я уплыву и буду отрицать, что вообще выходила из комнаты. Девочки подтвердят, а по пути к беседке мне никто не встретился.
Наши головы показались над водой, но декан не приходил в себя.
— Да что ж такое!
“Не умирай, пожалуйста. Слышишь? Ты что делаешь, Роджер? Ты с ума сошёл?”
Никогда ещё я так быстро не плавала. Ни юзифиции, ни скаты не стоили таких стараний, как человеческая жизнь. Его жизнь.
На берег нас выбросило волной, а следующая едва не затащила обратно. Я старалась отталкиваться хвостом от песка, но тащить за собой взрослого мужчину оказалось слишком тяжело.
— О боги, — взмолилась я, — если бы хвост хоть раз исчез, когда он так мешает!
Его тут же привычно закололо тысячами маленьких иголок, а потом чешуя растаяла прямо на глазах. Превратилась в кожу.
— А что так можно было? — охнула я, ощупывая ноги. — То есть необязательно прятаться по кустам, пока не высохнешь?
Мне показалось, будто волны донесли чей-то смех. У моря есть чувство юмора? Невероятно!
Волочить Роджера, упираясь пятками, было удобнее, хотя по-прежнему сложно. У меня получилось оттащить его на безопасные несколько шагов.
— Давайте же, лорд Этан-Бейли, — я села рядом с деканом и прислонилась ухом к его груди. — Сердце ведь бьётся, приходите в себя!
Причитания не помогали. Я стала мысленно перебирать, чему нас учили в академии. Ну ведь сдавали мы зачёт по безопасным погружениям! И я точно знала, что нужно делать, если товарищ едва не утонул.
— Искусственное дыхание, — вспомнила я. — О боги, мне придётся его целовать!
Непозволительно для почти обручённой леди. И что совсем уж выходит за рамки благопристойности, сердце сладко замерло при мысли о поцелуе с Роджером. Да, он декан, а я студентка. Да, он принц, а я недостаточно знатного рода. Да, он ни в коем случае не должен узнать мой секрет. Но можно на секундочку представить, что я здесь не для спасения жизни? Будто мы женаты или помолвлены, и у меня есть законное право на лорда Этана-Бейли?
"Смелее, — подсказывал внутренний голос, — на берегу никого кроме нас, сам Роджер без сознания. Никто и никогда не узнает о том, что я себе позволила".
И я решилась. Поцеловала декана! Нежно касалась его холодных губ, согревая их своим дыханием. Гладила мокрые потемневшие волосы самыми кончиками пальцев, слушала его сердцебиение и будто медленно умирала — так тесно было чувствам в груди. Но я знала, что всё правильно. Первый поцелуй должен быть с ним. С тем, кто долго ухаживал за мной, присматривал издалека и не позволял себе большего, чем хитростью остаться наедине. Да-да. Именно таким должен быть наш единственный поцелуй. Тайным. Украденным. И солёным.
Ох! Вкус морской соли отрезвил. Напомнил, что времени совсем мало. Я плотнее прижалась к губам Роджера и выдохнула воздух.
— Просыпайтесь, мой принц, — шептала ему я и продолжала делать искусственное дыхание. — Просыпайтесь же!
***
Последнее, что помнил Роджер перед потерей сознания — как сильно свело ноги в ледяной воде. Отличный пловец, опытный ныряльщик ничего не смог сделать. Камнем пошёл на дно. Видел Каролину, хотел до неё дотянуться и не успел. А она чувствовала себя как рыба в воде. Ему даже показалось, что в складках белой нижней сорочки мелькал русалочий хвост.
Да нет, глупости. Игра больного воображения. Страх смерти сдавил грудь, вода пошла в лёгкие — вот ему и привиделась последняя надежда на спасение.
— Просыпайтесь, мой принц, — мелодично звенел девичий голос. — Просыпайтесь.
Он старался открыть глаза, но сначала закашлялся. Всё горело. В лёгкие и в горло словно мешок раскалённых игл насыпали. Каждая капля воды причиняла невыносимую боль. Он согнулся пополам, упёршись лбом, локтями и коленями в мокрый песок. Кто-то пытался придержать его за плечи, звал по имени.
— Роджер, Роджер. Лорд Этан-Бейли!
Наконец он открыл глаза. В мутной пелене сиял божественный лик прекрасной девушки. Медовые локоны, белая кожа, широко распахнутые глаза.
“Леди Нейшвиль”, — должен был ответить он на приветствие, но прохрипел совсем другое:
— Каролина… Ты жива.
Он помнил, что бросился за ней. Хотел спасти, но сам чуть не отдал душу морскому богу.
— Со мной всё в порядке, — выдохнула она с облегчением. — А вот вы меня изрядно напугали. Что произошло? Почему вы пошли на дно? О том, как быстро и уверенно вы плаваете, в академии слагают легенды!
Она продолжала держать дистанцию своим обращением на “вы”. Это приводило в чувство быстрее, чем остывающая на ветру мокрая одежда. Леди спасена. И она помнит, что она леди.
— Да, меня за глаза называют деканом-тритоном, — нервно улыбнулся Роджер. — Но оборачиваться я не умею, а ноги в холодной воде сводит.
Он поднял голову и сощурился, с трудом разглядев в вечернем сумраке очертания холма. Тайная канцелярия успела забить тревогу? Ракушка-артефакт после удара об воду, естественно, слетела с уха. Голос сыщика Роджер больше не слышал. Примечательно, что и он его тоже.
— А вы прекрасно чувствуете себя в воде. Вот только зачем затеяли купание так поздно? И так далеко от учебных лабораторий. Аквариумов не хватило?
— Я хотела побыть одна, — отвела она взгляд. — Без посторонних. Потому и пошла туда, где, как мне казалось… И через дыру в заборе пролезла, каюсь. Ох, лорд Этан-Бейли, такой тяжёлый был день.
И она надолго замолчала. Худые плечи вздрагивали, губы от холода побелели. Роджеру стало стыдно. Девушка сама не своя, а он набросился на неё с расспросами. Но демон ревности всё равно толкал под руку. Требовал немедленно удовлетворить его любопытство.
— Вы от лорда Гроста пытались спрятаться? Он ведёт себя не так, как подобает порядочному мужчине?
— Порядочный мужчина не сбежал бы от гнева предполагаемой невесты, — грустно улыбнулась леди Нейшвиль. — Особенно, если перед этим попросил отца устроить для неё проверку невинности. Но порядочной невесте не положено жаловаться. Поэтому будем считать, что вы ничего не слышали.
Она снова замолчала, комкая в руках край широкого подола сорочки. А у Роджера столько проклятий вертелось на языке, что няня давно отправила бы за мылом.
— Я знал, что у некромантов своеобразные обычаи, — с трудом сдерживался он, чтобы не молотить кулаками по песку в бессильной злобе, — но даже представить не мог… И ваша семья дала согласие? Можно не отвечать. Другой повод броситься с обрыва сложно найти.
Древнее развлечение, вроде как гарантирующее передачу силы рода наследнику, и редкостная мерзость. В Мальме от подобного отказались пару сотен лет назад. Роджер гордился, что вырос в прогрессивном королевстве, но заниматься наукой пошёл к соседям. А тут Гвидо Грост, сдувающий пыль с отвратительных анахронизмов. Сомневаешься в невинности невесты? Или верь ей на слово или ищи другую. Кем нужно быть, чтобы ещё до свадьбы унизить женщину, с которой собираешься прожить всю жизнь? Мать твоих будущих детей.
— Подонок, — всё-таки выдохнул сквозь зубы Роджер.
Кровь кипела и требовала немедленного вызова на магический поединок, но повода не находилось. Договорные браки аристократов исключали вмешательство третьей стороны. Родители ударили по рукам? Прекрасно! А мнение жениха и невесты изначально никого не интересовало. Разве что перебить предложение Гвидо Гроста более выгодной партией.
“Тобой, например?” — с сарказмом спросил внутренний голос.
Нет, им не получится. Да, он младший принц, но пока что второй в очереди на престол после старшего брата. Отец не допустит. Не примет Каролину исключительно из страха, что Раймонд бесплоден и не сможет зачать сына. И тогда все взгляды обернутся на Роджера. Невесту ему подберут, как племенную кобылу.
“Тоже мерзость, правда? — вкрадчиво уточнил внутренний голос. — А ты тут кулаком себя в грудь бил, что вырос в прогрессивном королевстве. Все аристократы одинаковы. Подавай им чистую кровь, сильный дар, и чтобы невесту папа с мамой одобрили”.
— Я что-нибудь придумаю, — пообещал Роджер, ещё не зная, что сделает. Мысли в голове крутились самые безумные. — Попрошу у одного из своих кузенов предложить лорду Нейшвилю помолвку. Фиктивную. Лишь бы выдавить из него отказ Гвидо Гросту. Сколько у вас времени до, скажем так, официальной церемонии?
— Мы же договорились, что вы не слышали признания, — шёпотом ответила она. — Да и не о чем тут разговаривать. Благодарю за попытку помочь, но я со своими проблемами сама справлюсь. Не стоит впутывать в историю кузенов, друзей и других представителей мальмийской знати. Серьёзно, лорд Этан-Бейли, моя помолвка не стоит вашего внимания.
Гордо вздёрнула нос и надула губы. Стена между ними стала ещё выше. Проклятье, да как же так? Все старания впустую. Что бы ни делал Роджер, становилось только хуже. Каролина летела в пропасть, широко раскинув руки. И не позволяла себя спасти.
Стало так больно, как даже под страхом смерти не было. Желание удавить щенка-Гроста затмевало разум. Сломать ему шею своими руками, а потом увезти Каролину на другой конец света. Туда, где нет никакой знати. Туда, где ни одна живая душа не посмеет указывать, как им жить.
“Ты уже почти решился, Роджер”, — пискнул внутренний голос и замолчал.
С холма спустились два сыщика тайной канцелярии с одеялами в руках. Нашли “утопленников”. Сейчас начнутся долгие разговоры, ненавязчивый допрос и предложение проводить их в лазарет.
— Сначала леди, — лорд-декан жестом отказался от одеяла. — Она замёрзла.
***
Во взгляде Роджера мне виделся целый океан эмоций. Он будто хотел сказать нечто важное, но не стал. Или не успел. Нас прервало появление двух мужчин в тëмных камзолах. Я с немым вопросом посмотрела на декана. Спрашивать вслух, кто принёс нам одеяла, было бы невежливо. Но и проигнорировать появление незнакомцев я не могла.
— Лорд Этан-Бейли, вы с ума сошли? — испуганно прошептал тот, что был выше и стройнее. — А если бы мы не увидели, как вы прыгаете с обрыва?
— Я спасал леди Нейшвиль, — холодно ответил декан. — Она оступилась на краю.
— Хорошо, что всё благополучно закончилось, — округлил глаза низенький крепыш и осенил себя божественным благословением. — Беседка лорда Сафракса — опасное место.
— Леди здесь с моего разрешения, — подчеркнул Роджер. Смотрел на меня, держал в руках своё одеяло, но заворачиваться в него не спешил.
— Артефакт испытывала? — сощурился первый. — Или новое заклинание?
— Вы слишком любопытны для лаборантов, — осадил их декан. — За помощь благодарю, но дальше мы сами.
— Как угодно, — с нарочитым безразличием пожал плечами второй. — Мы всего лишь проявили сочувствие и хотели помочь вам добраться до лазарета.
— Леди Нейшвиль прекрасно стоит на ногах. А если понадобится, — Роджер понизил голос, но спину держал прямо и взгляд не отводил. — Я донесу её на руках.
— Не стоит. Со мной всё в порядке, — возразила я, краснея от такого пристального внимания. Ох, не думала, что у моего ночного купания будет столько свидетелей. — Сейчас вернусь в комнату, выпью горячий чай, чтобы согреться, а потом лягу спать. Нет нужды беспокоить лекарей.
Мне только допросов от них и не хватало. Как оступилась? Стало плохо? Или ногу подвернула? А почему в одной нижней сорочке к обрыву подошла? Нет-нет, тут точно была попытка самоубийства. Нужно срочно отправить студентку домой, у неё нервная болезнь!
“А ведь это почти анекдот, — отстранённо подумала я. — Русалка, решившая утопиться. Что может быть нелепее?”
— И родителям леди ничего сообщать не стоит, — упредил дальнейшие расспросы Роджер. — В самом деле, господа, вам не о чем беспокоиться.
Лорд-декан сам излишне нервничал, общаясь с лаборантами. Они не с нашего факультета? Или, не приведи боги, не с нашей академии?
— Вы правы, — крепыш выразительно посмотрел на худого. — Позвольте откланяться. Доброго здоровья, лорд, леди.
— И вам всего наилучшего.
Роджер практически их выпроваживал. Строго смотрел в спины, пока они не скрылись за кустами. На берегу снова, кроме нас, никого не осталось.
— Спасибо за помощь, — выдохнула я и поёжилась. Напряжение немного отступило. — И за то, что хотели меня спасти. Броситься с обрыва, ни на секунду не задумываясь, было очень смело, лорд Этан-Бейли.
Щёки и без того горели румянцем, но, когда я вспомнила об украденном поцелуе, стало нестерпимо жарко. Боги, неужели, я действительно целовала декана, пока он лежал без сознания?!
— Я сделал бы больше, — тихо ответил он, приблизившись ко мне на шаг. — Если бы знал, какая опасность вам угрожает. Но сейчас всё, что могу, — он снял с плеч одеяло и обернул меня вторым, — пообещать, что вы можете на меня положиться. Каролина.
Я позволила себе прижаться лбом к его груди. Хотела остаться в руках Роджера на мгновение, почувствовать себя под его защитой. Всего несколько секунд обманчивого спокойствия. Но отодвинуться от мальмийского принца оказалось сложнее, чем я думала. От него исходило тепло и ощущение силы. Ему хотелось довериться целиком. И именно поэтому от декана стоило бежать сломя голову.
— Мне пора, — я отпрянула от мужчины и отошла сразу на несколько шагов, разрывая объятия. — До встречи на занятиях, лорд Этан-Бейли.
— До встречи, — эхом отозвался он.
Взгляд всё-таки отвёл. И мне показалось, что со стыдом или со злостью.
Я поспешила обратно на холм, чтобы забрать платье и туфли, мысленно обещая себе держаться от мужчин подальше. Общение с ними не приводит ни к чему, кроме проблем и душевной боли.