Глава 36

Богрид

Бо забылся коротким сном. Дорога и предыдущие дни без амулета вымотали его. Никогда в своей жизни он не чувствовал себя настолько разбитым. Не время было расслабляться. Он не мог позволить себе долго отдыхать, пока Рина и Яснослав в опасности. Но и сил продолжать путь не осталось. Он приказал разбудить его через три лучины. Этого должно было хватить, чтобы не свалиться от усталости.

Во сне ему виделись острые горы и кости. Много белых костей. Сперва ему показалось, что это лишь бесформенная груда, но кости зашевелились. Огромный скелет крылатого змея поднял гладкий белый череп и уставился на него пустыми глазницами. Кости задвигались со всех сторон, и отовсюду начали подниматься огромные головы…

Бо проснулся с быстро бьющимся сердцем как раз в тот момент, когда один из дружинников склонился над ним, чтобы разбудить. Парень не ожидал того, что Богрид дернется, и в испуге отпрянул.

— Господин Богрид, три лучины миновали, — отчитался он, когда Бо с опаской осмотрелся. Никаких костей. Никаких змеев. Просто сон. Это не походило на видение, и Бо почти сразу же успокоился, выбросив ненужные мысли из головы. Сейчас главное найти Рину и княжича, все другое подождет.

В лесу было темно, хотя небо на востоке посветлело. Богрид с хрустом размял затекшие руки, ноги и шею. Наскоро выпив горячего травяного отвара, который сделали дружинники, и подкрепившись кашей, они продолжили путь.

Бо как будто тянуло в нужную сторону. И через несколько лучин они вышли на поляну, где он нашел еще одно кольцо. Теперь Богрид понял, что это не случайность. Ринара намеренно оставляла подсказки. Сердце наполнилось трепетом. Она ждала подмогу! Надеялась на то, что ее спасут!

Богрид старался не думать о том, что увидел глазами Рины там, в ее покоях. Но мысли все равно то и дело лезли в голову, доводя его до исступления. Он видел себя со стороны и ощущал то, что чувствовала Ринара, когда смотрела на него. И это было взрывное зелье, состоявшее из множества компонентов: она жалела его, но не так, как жалеют маленьких детей, разбивших коленки, а совершенно иначе, как-то глубоко, по-взрослому, сочувствовала ему. Она трепетала, украдкой разглядывая его на тренировках, а иногда безумно злилась за его холодность и молчаливость. О, если бы она только знала, что скрывалось в нем за внешним безразличием! Рина желала его прикосновений так, как женщина может желать мужчину…

Он не ошибался! Именно это он ощущал в видениях. Она хотела того же, чего глубоко в душе хотел и он, но не мог себе позволить эти чувства. Не мог признаться даже самому себе. Это неправильно. Он ее названый брат. Исха и Веренир воспитывали его как собственного сына. Да, все знали, что он им не родной, но все же они приняли его в свою семью и обеспечили будущее. Что его ждало бы, останься он на улице? Он бы погиб в какой-нибудь подворотне от голода и холода, а его щуплое детское тело съели бы крысы. При мысли об этих тварях его привычно передернуло.

Нет, он не может предать доверие названых матери и отца. Он должен запереть сердце на замок. Если потребуется, он уедет обратно в цитадель в Вилью. Там всегда нужны опытные воины для обучения новобранцев. Он мысленно молился Ясногорящему, обещая, что если Ринара останется невредимой, то он навсегда забудет о ней. Только бы успеть! Только бы с ней ничего не случилось!

Судя по карте, они приближались к подножию гор, и понимание этого скручивало внутренности Богрида в тугой узел. К лесам он привык: он не раз охотился, гулял, ездил в походы с отцом и дружинниками. Но в горах ему еще бывать не доводилось. Он надеялся нагнать похитителей до того, как они войдут на свою территорию, на которой явно будут иметь преимущество, но этого не случилось, и Бо все сильнее впадал в отчаяние.