Глава 15

Ринара

Богрид нес ее на руках, и это было так хорошо, что она почти не обращала внимания на дикую боль в колене, которое пульсировало и дергало. Сжимая челюсти, Рина рассказала о том, что произошло, как заболел Рохен, а Златослава осталась с ним на постоялом дворе, как они отправились дальше и как встретили медведя.

— Сначала появился лисенок, но мы сразу поняли, что он больной.

— Болезнь ярости? — спросил Бо, внимательно следя за дорогой.

— Да, я так думаю. Мама рассказывала ее проявления, это очень походило на ту болезнь. А потом возник медведь, будто из ниоткуда.

Ринара так ярко вспомнила этот момент, что содрогнулась. Богрид прижал ее к себе крепче, и она положила голову на его грудь, вдыхая успокоительный запах его тела.

— Видимо, болезнь поразила и его, такое случается, хотя и редко, — на удивление спокойным тоном произнес Богрид, как будто лучину назад не вздрагивал всем телом и не прижимал ее к себе, словно самую важную драгоценность в жизни. Ринара спрятала этот момент глубоко внутрь себя и намеревалась хранить его там до конца дней. Даже если все переменится, даже если он опять отдалится, он теперь знала. Она поняла, что чувства взаимны. Первый поцелуй в горах можно было списать на неожиданность, ведь тогда она первая поцеловала его. Но сейчас все по-другому. Он нуждается в ней! Он дорожит ею! Эти мысли тревожили сердце и заставляли его биться быстро и неровно. Но все же оставалось одно важное дело, ради которого все это и затевалось. Но только она хотела заговорить о яйцах, как Богрид объявил:

— Почти пришли.

Рина повернула голову и увидела крепость. Ее размеры были огромными, в несколько раз больше княжеского замка в Вольмире. Рина так поразилась, что на пару щепок забыла обо всем на свете, разглядывая каменного исполина.

Они прошли охранный пост, при этом Богрид бросил несколько слов о том, чтобы разбудили коменданта и вызвали лекаря. Дружинники вытянулись как струны и кивнули. Кажется, здесь Богрида уважали. Рина не знала его с этой стороны, и ей было безумно интересно посмотреть на его жизнь вдали от столицы. Если бы еще так сильно не болела нога…

Он поднялся с ней на третий этаж, все так же легко, как и нес по лесу. Лишь немного запыхавшись, когда преодолевал последние ступени. Они шли мимо дюжин одинаковых дверей, пока Бо не остановился в конце коридора.

— Это твоя комната, — сказал он, переводя дыхание, и толкнул дверь бедром. Она с тихим скрипом отворилась. — На третьем этаже только покои руководства. Мои рядом, а чуть дальше — комнаты, приготовленные для княжны и графа.

— Спасибо. — Рина улыбнулась, когда он очень аккуратно, видимо, боясь причинить боль, положил ее на узкую кровать. Рина со вздохом вытянулась и тут же застонала.

Бо хотел разогнуться, но она удержала его за руку.

— Не уходи, — попросила она. Это было неожиданно для самой Ринары. Она не планировала ничего говорить, но слова вылетели сами собой.

Богрид сел на край кровати, чиркнул кремнем, зажег светильник и серьезно посмотрел на нее. Он выглядел изможденным, черные тени залегли под глазами. Рина протянула к нему руку и дотронулась до лица кончиками пальцев.

— Ты отпустил бороду и постриг волосы…

— Тебе не нравится? — спросил он как-то робко.

— Очень нравится.

— Мне нужно привести к тебе лекаря. Я скоро вернусь.

Рина понимала, что он прав, но очень боялась его отпускать. Она страшилась того, что, когда он вернется, то снова закроется от нее, а этого она бы не вынесла. Только не теперь, когда она чуть не погибла.

— Бо, я привезла змеевы яйца сюда.

Она открыла сумку, которую все это время прижимала к себе.

Его глаза расширились.

— Зачем?

— Для этого мы и отправились в Вилью. С ними что-то не так, смотри, они почернели. Все думают, что змееныши погибли. Но ты написал, что видел их, парящих в небе, и меня… Я хочу, чтобы ты дотронулся до них и сказал, что увидишь.

Богрид долго рассматривал почерневшую чешую.

— Хорошо, я это сделаю. Но завтра. Ты же знаешь, что это отнимает много сил, а я и так, кажется, держусь только на упрямстве.

Он улыбнулся, и Ринара не смогла сдержать ответной улыбки. Он говорил с ней! Говорил о том, что его беспокоит и о своем состоянии! Он открылся ей, и это было самым приятным ощущением, которое она испытывала в жизни.

— Ладно. Я думаю, одна ночь ничего не решит, но их нужно положить в огонь.

— Сейчас схожу за лекарем и все сделаю.

— А я пока подожду тебя здесь, — слабо хихикнула Рина.

— Ну я надеюсь, что ты никуда не уйдешь, — улыбнулся в ответ Богрид и исчез за дверью, но уже через несколько щепок появился в сопровождении высокого крупного мужчины, у него были кудрявые черные волосы с проседью, короткая борода, почти вся седая, и внимательные карие глаза.

— Ринара, это лекарь цитадели господин Драгош.

Рина кивнула и поздоровалась. Почему-то она ожидала, что увидит сгорбленного старца, но господина Драгоша старцем язык не поворачивался назвать, хотя морщины уже избороздили его лицо.

— Я знавал твою матушку, госпожа Ринара.

— Правда? — оживилась она и привстала, поморщившись от боли. Богрид в это время разводил огонь в очаге.

— Да, она помогала мне во время битвы с имперцами и коревцами двадцать лет назад. Ты очень на нее похожа, особенно волосы. Больше ни у кого не встрчал такого насыщенного медного цвета.

— Спасибо.

Рина пряняла это как похвалу, потому что считала мать одной из самых красивых женщин, которых она встречала. И ее вовсе не портили шрамы от ожогов, которые она получила, когда ее пытались сжечь в собственном доме.

Краем глаза Рина наблюдала за тем, как Богрид надел очень толстые перчатки и, взяв яйца, одно за другим опустил в начавшее разгораться пламя, а потом прикрыл очаг металлической пластиной. Ринара была ему благодарна. Чем меньше человек будет знать о змеенышах, тем лучше. Лекарь сидел к нему спиной, поэтому ничего не видел.

— Ты тоже обладаешь даром целительства, как и Исха? — спросил господин Драгош.

— Боюсь, что в большей степени я унаследовала дар от отца. Некромантию.

Взгляд господина Драгоша поменялся, лекарь ушел в свои мысли.

— Уж сколько зим минуло, а никогда не забуду той битвы. Если бы я собственными глазами не видел оживших мертвецов, ни за что не поверил бы, что это возможно. Твои родители тогда сами чуть не погибли. Я выхаживал их.

— Спасибо, — вновь поблагодарила Ринара. — Выходит, я в какой-то мере обязана тебе появлением на свет.

Господин Драгош расхохотался так громко, что, казалось, стены начали трястись.

— А теперь, господин Богрид, попрошу тебя удалиться. Я должен осмотреть госпожу Ринару.

Бо безропотно направился к двери.

— Рина, я жду у самой двери, если что — только позови, — немного взволнованно произнес он и вышел.

— Ну что ж, приступим. Что болит?