Глава 12

Скажу так, по правилам заведения верхнюю одежду принято оставлять в гардеробе, однако спутница Золотова побоялась сдать шикарное манто из чернобурки.

Меха действительно богатые, с густой подпушью, пошиты итальянским кутюрье. По индивидуальным меркам, а подкладка из ткани похожей на шелк. Изумрудного цвета. Каждый стежок знаю.

Потому что это мое манто!

Бывший сделал широкий жест, одарив меня вещичкой в знак любви и преданности. Но после ссоры все чувства Олега завяли, как помидоры и супруг не позволил забрать меховушку.

Стало быть, у Золотова теперь новая пассия, которая не побрезговала облачиться в наряд с чужого плеча. Хотя мне кажется, Олег не удосужился рассказать о предыдущей хозяйке мехов и притворился, мол, подарок был сделан с новья.

Плохо, что тело у пигалицы дощатое, не понятно где перед, а где зад. Плоская. Изысканное манто смотрится на ней как на вешалке. Очень большое.

Я ухватываюсь обеими руками за планшет, делая вид, что старательно выбираю блюдо, прикрываю лицо. Счастье, ведь Лютольф сидит к Олегу спиной. Новоиспеченная парочка нас не замечает. Администратор же, как назло, провожает Золотова за столик, который находится перед нашим. Бывший усаживается ко мне лицом, его фифа отвернута.

— Анастасия, за Стефанией приглядывает Вера? Может, мне следует подыскать надежную помощницу? — Марк интересуется малышкой.

Никогда прежде его не заботила судьба дочери.

Мое кресло, будто по мановению волшебной палочки превращается в раскаленные угли. Места себе не нахожу. Хочется забрать Лютольфа и смыться отсюда поскорее. Лучше на крышу. И до рассвета смотреть на звезды.

— Да… со Стешей полный порядок…

— Что-то случилось? Ты бледная.

От волнения в компанию к дырявым колготкам присоединяется жуткое урчание. Аппетита точно нет, наоборот, тошнит. Лютольф слышит позывы, расценивая звуки из живота за голод.

Прелестно! Не хватало, если адвокат подумает, что перед свиданием я весь день не ела! С целью побольше затолкать в себя пока угощают!

Марк давит улыбку и поднимает руку, поторапливая официантку. Я словно агент под прикрытием подглядываю за Олегом из-за плеча адвоката.

По ресторанному этикету перед подачей блюд гостям приносят тарелочку со свежим хлебом и сливочным маслом. Бесплатно, дабы не подохли с голоду в ожидании основного заказа. Обычно закуску никто не трогает. Кроме Золотова.

Бывший муж хоть гвозди сожрет, лишь бы задарма, а у самого зимой снега не выклянчишь.

Не особо интеллигентно он отправляет кусок в рот и как средневековый барин обсасывает пальцы. На мизинце переливается старомодный перстень с драгоценным камнем.

— Определились? — тоненько звучит голос подоспевшей официантки.

Тут же перевожу внимание на Марка. В ответ на его вопросительный взгляд, чуть отстраняю планшет. Горблюсь, ерзая, немного спускаюсь под стол. Пытаюсь миленько улыбаться.

— Настя! — строго произносит Лютольф, наблюдая за моими финтами.

Адвокат тянется к моему планшету, хочет отнять, а я не даю. Лютольф забирает, но я вцепилась в устройство мертвой хваткой. Терпеливо Марк напрягает губы и подбородок, резче дергает. Планшет выскальзывает из моих рук и случайно ударяет по столу, да так громко, что на нас с любопытством оборачиваются все гости.

— Я буду теплый салат с бужениной.

На автомате говорю первое, что запомнила, ощущая на себе сторонний обжигающий взгляд. Уже зная наперед финал происходящего, я поднимаю глаза и встречаюсь с мутно-голубыми глазами Олега.

Он, в отличие от меня, совершенно не бледный. У Золотова нордическая внешность, светлые от природы волосы, теперь седые, и чувствительная к солнцу кожа. Тонкая с близкорасположенными капиллярами. Поэтому даже от легкого дуновения ветра Олег вспыхивает. Сейчас же и вовсе наливается багровым. Его белесые брови очень контрастируют с мордой.

— Ну… — задумчиво тянет Лютольф ни о чем неподозревающий, — это мало. — Обращается к официантке. — Два стейка средней прожарки, два салата и десерт для прелестной леди.

— Напитки?

— К мясу выберем красные, — вновь на меня смотрит. — Анастасия Евгеньевна, поддерживаешь?

А я, ни «бэ» ни «мэ» ни «кукарéку», могу лишь сетовать на злой рок. Слова застревают в горле.

Слышу, как взбешенно гремит приборами Золотов, будто ему все равно на предназначенную для замены прежней жены девушку. Навскидку этой особе лет двадцать и, естественно, она с Олегом по любви.

Золотов на меня смотрит. В упор. Будто задушить хочет…

Лютольф, наконец, замечает мою кислую физиономию, щурится, вальяжно облокачивается на кресло, через секунду оборачивается назад и настроение его, к удивлению, зашкаливает у верхней границы планки. Конечно, такое удовольствие. Возможность снова уколотить Золотова.

— Олег Эдуардович, здравствуйте! Какая неприятная встреча! — Поднимает ладонь, точно Золотов его давний приятель, — вы тоже здесь, никак внучку привели отужинать?

— Это Милана Антоновна. Ей двадцать один год. Перспективная студентка экономического факультета, — хрипит и промачивает масляные губы салфеткой.

— Замену взращиваете? Похвально. И диплом с отличием уже приготовили? Авансом. За старания. А мы, — на ощупь дотрагивается моей руки, — с Анастасией Евгеньевной, тоже решили развеяться.

Пинаю под столом адвоката, дабы усмирить его пыл. От нервов царапаю ногтями скатерть.

Олег сминает и кидает салфетку. Бывший супруг за полшага от срыва. Он никогда не отличался самоконтролем, был агрессивным, а тут такой искусный провокатор в собеседниках оказался.

— Вижу, мои предупреждения отпечатались на вашем лице Марк Яковлевич. Какое рассечение и с гематомой. Жаль, в мозгах ничего не отложилось! Вы посягаетесь на неприкосновенную женщину.

Стычка двух собственников нравится мне все меньше и меньше. Чуть привстаю и тянусь к Лютольфу.

— Марк, давай уйдем отсюда… пожалуйста…

— Нет уж, Анастасия Евгеньевна.

Адвокат молод. В его жилах кровь с огнем перемешана.

Тем временем Золотов откладывает приборы в сторону, встает из-за стола, поправив серый пиджак в тонкую полоску, шагает к нам.

Молоденькая девица — невольная свидетельница происходящего действует в рамках данного ей интеллекта — хлопает наклеенными ресницами, трогает ручонками мое манто из чернобурки.

Олег прячет кулаки за спину и останавливается рядом с нашим столом. Гневно взирает на меня сверху вниз, будто дыру прожечь хочет. Морщит, хмурит лоб.

— Официально заявляю, что ты допрыгалась, Золотова!

— Уже Романова.

— Не перебивай. Я знаю, где ты живешь и завтра, свяжусь с собственницей квартиры, пусть она тебя выселяет! Бутылки пойдешь на помойку собирать, раз по-хорошему не понимаешь.

— Значит, это было «по-хорошему»? — усмехаюсь. — Браво, Золотов! — аплодирую.

Конечно, я притворяюсь, ведь Олег не должен видеть и слезинки на моем лице. На самом деле кричать хочется от обиды. Для Золотова я падшая, а мой статус заняла любовница, но супруг продолжает гадить и вести себя как собака на сене.

— И будет так с каждой квартирой, которую ты попытаешься арендовать!

Не сдерживаюсь, шлепаю себя ладошкой по лбу.

— Ну и отлично! — внезапно ударяет кулаком по столу Марк, — Я как раз думал о вопросе совместного проживания с Анастасией. Размышлял, как сделать предложение деликатно.

— Что ты сказал?

— Я говорю спасибо за идею, Олег Эдуардович.

— Да как ты смеешь, щенок! — Золотов хватается за голову, а потом грозится. — Можешь не рассчитывать, что выйдешь из этого ресторана невредимым!

— Оставьте, — лениво машет рукой Лютольф, — свои голословные угрозы Олег Эдуардович!

Золотов упирается кулаками об край столешницы, наклоняется ближе к Марку.

— Когда ты еще под стол пешком ходил, я уже строил свою империю и зарабатывал авторитет, — он произносит тихо не для посторонних ушей. — Запомни, слов на ветер я никогда не бросаю.

— Приму к сведенью, — беззаботно отвечает Лютольф, кривит губы и выглядывает из-за фигуры Олега, — нам заказ несут, не буду приглашать вас в компанию, она не скрасит наш с Анастасией вечер.

— Ты пожалеешь…

Стиснув пасть, шипит Золотов. От его речи у меня волоски на руках встают дыбом.

— Вернитесь на место, — снисходительно, через вдох продолжает Марк. — И мой вам совет — не раскидывайтесь подобными фразами при свидетелях.

— Я не нуждаюсь в твоих советах!

Психует Олег. Разворачивается, вихрем летит за свой столик. С грохотом отодвигает кресло, садится.

Персонал ресторана, как и остальные гости делают вид, что ничего не произошло. У меня же на душе кошки скребутся. Официантка ставит перед нами тарелки со стейком.

Иногда я поражаюсь манерам Лютольфа, точнее, его безразличию. Адвокату будто бы плевать на конфликт с не последним человеком в городе. Марк полностью в себе уверен, а это излишнее превосходство порой складывается огромными бедами.

— Мясо изумительное. Почему не ешь, Анастасия Евгеньевна?

— Перехотелось.

— Не аргумент. Я предложил встречу — ты согласилась. Будь так любезна.

Адвокат командует, но в его голосе слышатся нотки заботы, что, несомненно, располагает. Утопая в глазах Лютольфа, я на миг забываюсь и пробую сочный стейк.

— Вкусно.

Сейчас Марк выделяется для меня ярким пятном, однако серым и громовым фоном остается все тот же Золотов. Мрачный Олег уткнулся в телефон и кому-то названивает. Его спутница пытается казаться благородной. Вытянулась вся нет-нет да обернется в нашу сторону. Подозреваю, что Милану больше интересует молодой адвокат, нежели супруга Олега. В мечтах для студентки гораздо приятнее сидеть подле успешного красавчика, чем рядом с пожившим Золотовым.

Как ни крути, но вечер испорчен, мне не до романтизма, когда в нескольких метрах восседает муж со своей недовольной мордой.

— Мы можем отказаться от десерта? Отвези меня домой, — упрашиваю.

— Почему твоим настроением должен распоряжаться Олег? Расслабься.

Я же категорична в намеренье скорее убраться из ресторана. Лютольф проявляет смирение и просит счет. Со слов адвоката я узнаю, что автомобиль по случайности разбит. Поэтому Марк вызывает такси.

Опустив голову, прохожу мимо столика Золотова, адвокат следует за мной, но вряд ли он будет трусить перед Олегом. На улице я делаю глубокий вдох и тут же проглатываю воздух. Впиваюсь в руку Марка и каменею от ужаса.

Такси остановилось в метрах тридцати от крыльца, совсем близко вот только путь наш преграждает толпа мужчин в черных одинаковых костюмах. По рыжей макушке одного «из» я сразу узнаю Фила. Начальника охраны Золотова.

— Постой, — притормаживаю Лютольфа, — они все люди Олега.

Марк быстро расценивает обстановку и то как яро Фил на нас пялится.

Адвокат сильнее меня, двинувшись, против воли тащит за собой вниз по ступеням. А я упираюсь, шепчу Лютольфу о полиции. Марк же шаг за шагом идет на охранников.

— Господа, кто-то желает высказать мне претензии в той или иной форме? Нанести тяжкие телесные, чтобы потом отправиться на скамью подсудимых? Получить пару тысяч премии от босса и впоследствии мотать срок за решеткой? М?

Я как мышка притихла, был бы хвост — поджала. Словно не по земле, а по натянутому канату я осторожно иду возле Марка. Охранники Золотова сопят, скалятся, но… расходятся, освобождая нам дорогу. Нехотя.

— Ты владеешь гипнозом?! — кричу, выпускаю эмоции и плюхаюсь в салон такси.

— Нет, просто наемники проанализировали исход своих действий и выбрали меньшее из зол.

— О каком анализе ты говоришь? У Фила мозгов как у Шарикова! Он наполовину животное!

Погружаясь в кипучий спор, упускаю из вида, что водитель уже тронулся и везет нас по ночному городу.

— Значит, за него говорили инстинкты.

Хм… еще несколько дней назад Лютольф обожал тщеславно блистать, а сегодня скромничает. Не хвалится, не тянет на себя одеяло как обычно. Ни разу не обмолвился высоким положением в обществе. Он хочет мне понравиться. Точно вам заявляю!

Воспользовавшись кратким молчанием Лютольфа, поворачиваю голову к окну и вижу маршрут, который не совпадает с улочками возле моего дома.

— Подождите! — панически вскрикиваю водителю. — Мы допустили ошибку в приложении и указали неверный адрес!

Чувствую, как рука Лютольфа крепко и горячо касается моей талии. Обнимает. Подтягивает ближе.

— Успокойся. Мы едем ко мне.

— Это еще зачем?

— Вечер кончился слишком быстро, нужно реабилитироваться. Дела обсудить насущные.

— А завтра никак?

— Завтра тебе, вполне возможно, будет некогда. Золотов же сказал, что свяжется с хозяйкой квартиры.

Ох, без ножа режет меня Лютольф. Но я все-таки надеюсь на блеф Олега.

— Хорошо… если ненадолго…

Соглашаюсь, а в сердце бьется волнение.

Сквозь пыльное стекло в машине яркими вспышками мигают желтые лампы фонарей, проносятся березы на аллее. Прямо за ними я различаю высотный комплекс элитных домов с большими панорамными окнами и зеркальными балконами.

Водитель сворачивает с перекрестка.

А я ощущаю, как заигрывает со мной Марк. Нежно скользит пальцами от талии к плечу, задевает кожу на шее, не прикрытую плотной тканью пальто.