~ 41 ~

А Р И Н А

– Я не могу двигаться.

Жалуюсь, уткнувшись в подушку. В теле приятная слабость, растекающаяся по мышцам. Ратмир коротко смеётся, оставляя поцелуй на моем плече.

– Значит, я всё делал правильно.

– Огнев.

Возмущаюсь притворно, потому что слишком хорошо. Вечность тому – год назад – было совсем по-другому. А сейчас постоянно становится всё лучше и лучше.

Наша близость разрастается, дарит новые ощущения каждый раз. Чувства прорастают, грубыми корнями впиваются в сердце. Мне кажется, что их уже ничем не выдернуть.

Жду, когда мужчина вернётся в кровать и ляжет рядом. Я устраиваюсь на его груди, окончательно расслабляясь. Ратмир накидывает на нас одеяло, согревая теплом.

– Что? – мужчина ведёт пальцами по моим рукам, вызывая дрожь. – Скажешь, это не так?

– Я отказываюсь отвечать. Но… Мы все ещё не будем это обсуждать?

– Конкретнее, красавица. После такого пробуждения у меня немного не работают мозги.

– Твой дед, моя бабушка, завещание.

Перечисляю, потому что эта мысль гложет который день. Мы с Ратмиром решили, что не будем пороть горячку. Сначала узнаем больше, а после решим, что было на самом деле.

Из свидетелей у нас только баб Маша, а та и имени не могла вспомнить. Сомнительная история, у которой нет ни одного подтверждения. А нас с мужчиной разрывает от желания узнать всю правду.

Без повода, без экстренной необходимости. Можно жить дальше, так и не узнав тайну завещания. Больше нет причин копаться в этом, даже для Ратмира. Наши отношения давно вышли за пределы «лишить её завещания».

Вот только любопытство сожрет нас обоих.

– Серьезно, красавица? Ты прямо сейчас решила это обсудить? Сразу после того, как мы…

– Ратмир, - шлепаю ладонью по его груди, там и оставляю. – Я вчера целый день молчала. А ты ничего не рассказываешь.

Не представляю, как я этот день вытерпела. Даже не помню, чем занималась. Когда оцепенение спало, я полностью погрузилась в эту тему. Даже попросила маму найти старые фотографии с бабушкой. Можно ведь сравнить с альбомом Огнева и понять, знали ли они друг друга.

– Пока нечего рассказывать. Я дал безопасникам новое задание, они пока копают. Мне и в голову не могло прийти так связать эту историю. Дед никогда не слыл романтиком. Но…

– Но ты не знал его в тот момент.

– Да. Вообще, по первичной информации, это рабочая версия. Есть факты, которые подтверждают слова баб Маши. Всё притянуто за уши, конечно, но других вариантов у нас тоже нет.

– И что ты узнал?

– Во-первых, в молодости жил в деревне рядом с той, где мы были вчера. Пять километров, если напрямую через лес. То есть, дед вполне мог бегать каждый день. Это единственный факт без домыслов. Остальное – подтасовка, чтобы подтвердить.

– Например? Даты или…

– Да. Хоть дат никто не называл, но сопоставить их не очень сложно. Именно на первом курсе дед начал работать на стройке. Нашел возможность, как открыть свою фирму. Все СМИ всегда рассказывали, как он молод был и как выстрелил. Но если дед из деревни, то денег на строительство у него не было бы.

– А у его жены были?

– Именно. Она была из довольно обеспеченной семьи, и, кроме этого, её отец работал в правительстве. Может, бабушка любила деда, а он решил так обустроиться. Или просто так сложились обстоятельства. Например, ему нравились обе, и он выбрал. Да кто его разберет теперь.

Меня бьет ознобом от такой версии. Становится жутко обидно за бабушку. Она любила Огнева, ждала его, а он её предал. Выбрал фирму и деньги вместо своих чувств.

Пусть после этого мне хоть кто-то скажет, что это девушки падки на деньги! Отличный пример, что любовь разная бывает, и кому-то недостаточно важна.

– К тому же, дед терпеть не мог начало весны, я говорил. И здоровье всегда шалило в эти дни. Твоя бабушка умерла в начале весны, и где-то в те же даты они расстались. Плюс-минус пару недель.

– Я тоже об этом вчера думала. А ещё… Глупость, конечно, забудь.

– Нет, красавица, выкладывай.

В словах Ратмира есть смысл. Мы просто ищем то, что сходится, лишь бы закрыть эту тему. И можем слепо отбрасывать неточности. Я вчера столько глупых теорий построила, что не счесть. И все казались реальными.

– Это по поводу твоей мамы. То есть… Катарина и Екатерина. Да, опять же, притянуто за уши.

– Думаешь, дед назвал дочь в честь первой любви?

– Ну, я назвала дочь в честь твоей мамы, даже не понимая этого.

Пожимаю плечами, не находя другого объяснения. Это всё очень сомнительно, шито белыми нитями. Но если имя выбирал Тимофей, то пазл может сложиться.

– Собирайся, красавица, поедешь со мной. Если хочешь, - добавляет поспешно, вспоминая, что приказы со мной не работают. – Я собираюсь навестить нотариуса, назначил на сегодня встречу.

– Зачем?

– Заставлю его выдать старые версии завещаний. Проверим имена.

Я никогда так быстро не собиралась. Завязываю волосы в высокий хвост, вытряхиваю из шкафа всё, что могу. Черный брючный костюм, бежевая блузка. Выбираю первое, что попадается. Ратмир пошел в душ после меня, сказав, что времени на сбор – десять минут. А как успеть собрать себя и ребёнка?

Хаос, мой милый хаос. На ходу чищу зубы, спускаюсь на первый этаж. Включаю кофеварку, разогреваю пирожки, которые мне всучила баб Маша. Сейчас они как нельзя вовремя.

Саша ещё мирно посапывает в кроватке, когда я пытаюсь её собрать. Огнев в своем стиле! Не мог сказать раньше, я бы тогда так долго не валялась в кровати. Нет, надо в последнюю секунду.

– Готова? – Ратмир спрашивает шепотом, пока я одеваю Сашу. Как бомбу обезвреживаю, чтобы не проснулась. – Едем?

– Да. Кофе и завтрак внизу, только я не нашла бумажные стаканчики.

– Сейчас найду. Точно едешь? Я могу тебе рассказать потом.

– Нет уж. Мы вместе ввязались в это, вместе закончим. И у тебя галстук перекосился.

– Черт!

Ратмир распутывает галстук, стараясь переделать. А это дарит мне лишнюю минуту, чтобы подкрасить ресницы и найти любимую помаду. Не хочу ехать замухрышкой. Под коркой сознания сверкает мысль, что сегодня мы точно всё узнаем.

Пальто я застёгиваю уже в лифте, попутно выпивая свою порцию кофе. Удобно, когда рядом Ратмир. Он несёт переноску с дочкой, а у меня обе руки свободны.

– Только быстрее, - просит мужчина, когда мы садимся на заднее сидение. Сегодня Огнев вызвал водителя. – Мы опаздываем, надо быть там в восемь.

– Сделаем.

Водитель кивает, ничего не добавляя. Хотя это не его вина, что мы не успеваем. Мне кажется, что приехать вовремя нереально. Весь город в пробках, утром все спешат на работу.

– Это твоя вина, между прочим, - Ратмир наклоняется ко мне, понижая голос до шепота. – Я бы вовремя выехал.

– Моя?! Ты сам сказал в последнюю секунду.

– А я не об этом. Я с утра собирался просто тебя поцеловать на прощание, а ты меня обратно в постель затащила. Как я мог сопротивляться?

– Я? Ещё слово, Огнев, и больше никто никуда тебя тащить не будет.

– Понял, принял. Вся ответственность на мне.

Так-то!

Оказывается, быть в отношениях с Ратмиром – сплошные плюс. Даже спор, который бы начался давно, сейчас испаряется. С издевкой и подтруниванием всё решается быстрее.

Особенно, когда есть точки давления на Огнева.

– Саш, присмотри за малой, - распоряжается мужчина, когда мы подъезжаем к знакомому зданию. Ровно за минуту до встречи. Интересно, есть хоть что-то, что Ратмир может не получить? – Мы быстро вернемся.

– Думаешь, он не станет сопротивляться? Разве это не тайна?

– Мне расскажет. Он с дедом всю жизнь работал, теперь со мной. Не станет терять клиента.

– Мне бы твою уверенность. Погоди, а разве то не адвокат был? Когда меня вызывали.

– Нет. Нотариус. Наш семейный адвокат не подходил, так как мог рассказать остальным.

– Ясно. А почему ты раньше не попросил завещание?

– Не приходило в голову. Нотариус сказал, что твоё имя появилось внезапно, а прошлые я не просил. Решил, что ты любовница деда, а дальше не было времени разбираться.

– Ну конечно. Кем же я ещё могу быть.

– Точно, - Ратмир театрально приоткрывает рот, пропуская меня внутрь. – Внучка женщины, которую любил мой дед. И как я не додумался?

– Дурак. Хорошо, что у тебя есть я.

– Точно. Есть.

И меня в жар бросает от этого взгляда. В последние дни я смелею и меняю подход к мужчине: вместо прошлых скандалов, я перехожу на другую манеру общения. Поддеваю и наслаждаюсь эффектом. Тем, что мужчина не спорит, а поддерживает мою игру.

Только у меня впечатление, что именно он ведёт в этой партии и всегда выигрывает.

– Господин Огнев, - нотариус встречает нас с улыбкой, но после его взгляд останавливается на мне. – О. И…

– И госпожа Огнева, вы должны быть в курсе, - произношу ровным голосом, копируя манеру Ратмира. Не зря ведь говорят, что муж и жена – одна сатана. – Вы должны помнить. Учитывая, как вы объявляли о завещании. Со своей трактовкой.

Если с Ратмиром всё решено, я приняла и почти отпустила, то с нотариусом вся злость вытекает из меня. Находит виновника, которому я ничего не собираюсь прощать.

У Огнева был повод, пусть и не настолько честный. Но у нотариуса есть закон, которого он обязан придерживать. И когда он зачитывал завещание – нарушил всё, что только можно.

Ловлю взгляд Ратмира, встряхивая головой. Жду укоров, что не нужно нарываться. Нам нужна помощь от нотариуса, а я сразу нарываюсь, как делала это всегда.

Только мужчина смотрит на меня с восхищением, улыбается уголком губ. И это как похвала ложиться на плечи, заставляя чувствовать себя увереннее и смелее.

– Ох, да, конечно, - мужчина поджимает губы, кивая нам на кресла. – Так что вас привело ко мне.

– Завещание.

– Простите, не совсем понял. Вы хотите составить завещание?

– Нет, - Ратмир подается вперед, давит своей энергетикой. И когда это направлено не на меня – это восхищает. – Мы хотим увидеть старые завещания, которые делал мой дед. Самые первые.

– Послушайте, я не могу это сделать. Я и так помог вам, Ратмир, после смерти вашего дедушки. Но это…

– Вот именно, в прошлый раз вы помогли. И я предлагаю помочь и в этот раз. Буду крайне благодарен.

– Мне нужно поискать, это всё не хранится здесь. Я бы глянул и может получилось бы, но вы понимаете…

– Мне нужно сейчас. Мне всё равно, как было раньше. Я просто хочу проверить пару имен. Я ведь правильно понимаю, что дед поменял только имя? А доля Арины осталась такой же?

– Не могу сказать точно. Но, кажется, доля тоже менялась. Постоянно менялась, на самом деле. Ох, Ратмир, каждый раз что-то придумываете, чтобы подвести меня под суд.

Может, не стоит тогда соглашаться?

Фыркаю себе под нос, но вслух не произношу. Тогда точно никакой помощи мы не дождёмся. Поэтому просматриваю ленту сообщений, отвечая на вопросы сестры и обещаю Тоше приехать на днях.

– Вот старые файлы, - нотариус поворачивает ноутбук к Ратмиру. – Просто текст, конечно, но на оригинал уйдёт время. Если так подходит…

– Да, подходит, спасибо. Так, в своем уме, да-да…

Жду, когда Ратмир найдёт нужный момент, а сама перехожу в чат с мамой. Она редко что-то пишет, слишком долго для неё. Сразу звонит, если возможность.

Но понимаю причину, когда вижу фотографию. Старый портрет, который они с папой когда-то дарили на день рождение бабушки. Отрисованный с фотографии, кажется. Но главное, что девушка на нём молодая, моего возраста. Светлая и счастливая.

Та самая девушка, что была на фото Огнева.

– Екатерина Волошина, - произносит он одновременно с тем, как я понимаю. – Она?

– Она. А после Михаил Волошин?

– После… Он. Спасибо, - Ратмир поднимается, заканчивая встречу. Так быстро! Черт. У меня впечатление, что он мог бы миром править, если захотел бы. – Вы очень помогли. Я ещё позвоню для новой встречи.

– Конечно, всего хорошего.

Я на негнущихся ногах двигаюсь к выходу. Это уже было известно, так ведь? Мы сами приехали за подтверждением, всё раскопали и составили. Но реальность бьет наотмашь.

Потому что теперь это точно правда. Я прислоняюсь к стене, переводя дыхание. Протягиваю мужчине свой телефон, показывая фотографию бабушки. Не могу поверить!

Столько хитростей и почему? Потому что кто-то не смог выбрать женщину, которую любил. Решил, что его карьера дороже, и фирма… Чертова фирма, которую мне уже хочется сжечь.

Сначала Тимофей Огнев решил, что его бизнес стоит больше, чем семейная жизнь с моей бабушкой. Сделал выбор. А после… После и Ратмир мне причинил боль из-за этой самой фирмы.

Права была баб Маша – история такая цикличная.

– Красивая у тебя бабушка, - мужчина заговаривает спустя несколько минут. – Значит, мы были правы.

– Были. Только… как-то не радостно. Знаешь, думала, узнаем причину и станет легко. Загадка решена, всё на своих местах, ты больше не считаешь, что я была любовницей твоего деда. А на душе… гадко.

– Почему? – Ратмир прислоняется рядом, разглядывая моё лицо. – Это ведь романтично, нет? Любил её всю жизнь, сожалел об ошибке.

– Грустно, Рат. Они могли быть вместе, прожить идеальную жизнь. А вместо этого твой дедушка был несчастлив в плане семьи.

– С другой стороны, тогда бы мы не встретились. Эй, красавица, не грусти. Всё нормально, - мужчина притягивает к себе, позволяя расслабиться в его объятиях. – Уже ничего не исправить. Главное не повторять их ошибок.

– Это точно.

– Поэтому я хочу внести правки в наш брачный договор.