~ 10 ~

А Р И Н А

– Смотри какая красота.

Протягиваю малышке новую игрушку, кручу в руках. Интересная, на самом деле. Кусок ткани с головой единорога. Как раз Саше удобно будет сжимать и грызть.

Вроде, такие популярны в Европе для совсем маленьких детей. Ратмир, видимо, заказал какой-то базовый набор, чтобы комната не казалась пустой. И всё равно это цепляет.

То, как он организовал всё, подумал. Пусть ради собственной выгоды, но… Но нужно приходить в себя! Отбросить всю сентиментальность в сторону и разбираться со всем.

Мы разведемся, скоро. И нужно об этом помнить.

– Вкусно? – спрашиваю, когда малышка тут же пробует всё на зубок. – Я так и думала. Сможешь посидеть здесь одна? Я совсем-совсем быстро.

Саша смотрит на меня хмуро, но не плачет сразу. Это уже хорошо. Манеж в комнате большой, с высокими стенками. Никак не выбраться, и я могу спокойно приготовить для малышки смесь.

Разбираюсь с видео-няней, которая здесь тоже есть. Ставлю так, чтобы видеть всю комнату, и спускаюсь вниз. Страшно, что эти двое снова что-то затеяли.

Они дрались! По-взрослому, без простых ударов и ссоры. Просто наносили удары, катались по полу. Даже не представляю, что должно было случится.

И поэтому ошарашенно застываю на нижней ступеньке. Смотрю, как Ратмир и Алекс спокойно пьют кофе, облокотившись на барную стойку, о чем-то приговариваются.

И даже осколки убрали! Никаких следов, что пару минут назад что-то происходило. Чистота, словно мне это всё привиделось! Только ссадины на лицах двоих не дают поверить, что я сошла с ума.

– Эм… У вас всё нормально? – спрашиваю неловко. Блин, мы с Аней в детстве тоже ссорились, но тогда не разговаривали долго-долго. А они… – Мне нужно Саше смесь приготовить.

– Что за смесь? – взгляд Ратмира тут же поднимается ко мне, сканирует. На лбу появляется морщинка, мужчина напрягается. – Я не заказывал ничего. Не подумал.

– У меня ещё есть, - приподнимаю банку с детским питанием, подхожу к кухонному столику. – Я сама куплю, не проблема.

– Ей нужно специальное питание?

– Она ребенок, Ратмир. Она не будет есть тоже, что и ты. И даже не вздумай ей что-то подсовывать!

Хватило мне Тошки, который пытался скормить дочери конфеты. Но брат впервые столкнулся с такими маленькими детьми, он не знает ничего. А мужчина взрослый, должен же понимать, что так нельзя.

Огнев лишь кивает, возвращает всё внимание документам на столе. Я жду, пока закипит чайник и останавливаюсь рядом с мужчиной. Заглядываю через плечо, а Ратмир снова удивляет. Двигается в сторону, позволяя мне рассмотреть.

– Интересно? – натыкаюсь на смеющийся взгляд Алекса. – Шаблонный договор, скукота.

– Пытаюсь понять, чем вы вообще занимаетесь.

– И зачем?

– Арина теперь будет заниматься делами фирмы, без доверенности, - мужчина произносит это так просто, словно его не злит сам факт моего вмешательства. – Не факт, что долго.

– Почему это не долго?!

Возмущаюсь, но по серьезному взгляду всё понимаю. Ратмир не даст мне просто влиться и спокойно распоряжаться моими акциями. Он сделает всё, чтобы я сдалась и вернула ему доверенность.

Ну что ж, Огнев, посмотрим кто кого.

Я сама не понимаю, что буду делать. Как вообще управлять фирмой. То есть, Ратмир же директор. А если я акционер, что мне нужно делать? Раз в год приезжать на совещания? Просматривать отчеты?

Это совсем не моя стезя, я на переводчика училась, а не управленца. И чувствую, что Ратмир мне помогать не будет. Из принципа. Так же, как я из вредности отзываю доверенность.

Взгляд автоматом падает на Алекса. Интересно, он поможет или откажется? Он кажется нормальным и адекватным, если забыть о драке. Но Ратмир его друг…

Как же всё сложно.

Заливаю смесь, помешиваю в бутылочке. Проверяю Сашу по камере, которая спокойно играется в манеже. Выдыхаю, время ещё есть, можно не спешить обратно.

– Слушай, Арин, - Алекс зовет, а в голосе сквозит смех. – Ты же девушка.

– Правда? Не замечала.

– Я о том, что вы лучше в цветах разбираетесь. Все эти оттенки, виды и прочее.

– И? – разворачиваюсь к мужчине, встряхиваю бутылочку. – Что нужно?

– Да вот мы пытаемся понять с Ратом, есть у меня рыжий отлив в волосах или нет. Важный вопрос, между прочим.

Смотрю на них как на… А почему «как»? Они есть дураки. Оба темноволосые, у Алекса почти что иссиня-черные волосы. И о каком рыжем можно говорить?

Качаю головой, закатываю глаза. И это взрослые люди, руководящие фирмой? Фыркаю, оставляя глупый ответ без ответа. Весь рыжий в Алексе – это красноватые разводы на скуле, которые ещё не смылись.

– Видишь, Рат, нет ничего, - Алекс произносит таким тоном, словно возвращаясь к старому разговору. – А то у нас тут недопонимание. Забей, Арин, так, внутренние вопросы.

– Ясно. Ладно, делайте что хотите, но тихо. Разбудите мне ребенка, выгребать будете оба.

– С каких пор Мирон ребенок? – Ратмир кивает на видео-няню, где видно, что Саша играется. – Вроде малышка спокойна и ей ничего не мешает.

– Это ребенок. Сейчас играется, через минуту спит. Я предупредила.

Вряд ли моя угроза будет хоть что-то значить, но мужчины синхронно кивают. И переглядываются. К черту их, у меня другие заботы есть. Хотят вести себя как дети, их право.

Тем более, что я оказываюсь права. Саша, едва покушав, начинает капризничать. Просится на ручки, трет глазки. Довольно быстро из активного ребенка превращается в обезьянку.

Виснет на мне, сопит. Пытается спорить, когда я перекладываю её в кроватку, но быстро засыпает. Несколько минут наблюдаю за ней, а потом решаю, что мне тоже не помешает отдохнуть.

Усталость накатывает, слишком активные последние дни. Сначала подготовка к празднику, потом приезд Ратмира, возвращение домой. Словно не успеваю выдохнуть, как новая неприятность.

Нет, в комнате точно нужно ставить диванчик, потому что идти в комнату мужчины не хочется. Мнусь в детской, а после решаю, что сейчас Огнев точно занят. И ничего страшного, если я немого посплю на его кровати.

Тем более, что дверь закрывается на ключ. А матрас такой мягкий, покрывало теплое. Падаю на застеленную кровать, быстро отключаюсь. С Сашей я научилась засыпать за секунду.

И просыпаться так же.

Мне кажется, что я лежу всего минуту. Так хорошо, спокойно. А после в сознание врывается громкий детский плач. Подскакиваю на месте, встряхиваю головой.

Едва соображаю, что происходит и где я вообще. Постепенно мозги начинают работать, когда плач стихает. Срываюсь с места, спешу в детскую. Взглядом ищу часы, понимая, что смогла поспать три часа.

Не удивительно, что дочка расплакалась. Она днем спит куда меньше, а тут мама пропала. Нахожу детскую по памяти, все ещё путаюсь в планировке квартиры.

А после застываю на пороге.

Саша тихо хнычет, прижимаясь к Огневу.

– Проснулась? – Ратмир резко оборачивается ко мне, шагает ближе, отдавая малышку. – Она плакала, не переставая.

– Это дети, они всегда плачут. Правда, моя хорошая?

Дочь в подтверждение снова хнычет, устраивает головку на моем плече. Хожу с ней по комнате, пока не успокоится. Обычно, если начнет плакать, то это надолго.

А пока держится, только тянет мои волосы. Отвлекаю Сашу погремушкой, нахожу потерянную мягкую игрушку. Напрягаюсь, потому что Ратмир не спешит никуда уходить.

Стоит, прислонившись к стене. Наблюдает, пристально так, не по себе становится. И… Наверное, просто себя накручиваю. Но такое ощущение, что что-то поменялось.

Передёргиваю плечами, усаживаюсь с дочкой на ковер. Та быстро отвлекается, отталкивает от себя бутылочку с водой.

– Спасибо, - произношу почти шепотом. – Что присмотрел.

– Она плакала довольно громко, игнорировать не особо получалось. Но это Мирон заметил, Саша и его разбудила. Мы с Алексом внизу разбирались.

– Опять дрялись?

– Почти, - Ратмир усмехается, а после шипит от боли. Тянется к разбитой губе. – Извини за это, не повторится.

– Из-за чего хоть подрались?

– Да так, выясняли у кого мозги лучше работают.

Кошусь на мужчину, не могу понять: он так шутит или нет? Ощущение, что говорит абсолютно серьезно, но… Это же такой бред! Нет, нам определённо нужно ввести какие-то правила. И обсудить всё.

– Ты с малой сейчас здесь посидишь?

– Да, немного разыграется. И погулять нужно будет.

– Я понял, жди меня здесь, я переоденусь и поговорим.

Только сейчас понимаю, что некоторые пуговицы на рубашке вырваны с мясом. Кошмар. Хорошо, что у меня дочь, и такие драки мне не грозят. Только Тошке, но тот спокойный.

Пожимаю плечами, переключаю всё внимание на Сашеньку. Та с интересом изучает все новые игрушки. Рассматривает, тянется за другой. Мужчина точно выкупил половину магазина. Я постоянно баловала малышку, не могла удержаться. Но столько всего… В этом не было необходимости.

Радуюсь, что Саша так легко адаптируется. Никаких слез и переживаний, что мы переехали. И даже в самолете вела себя намного лучше, чем я ожидала. Вот кому всё равно, где жить.

– Я захватил вопросы интервью. И Алекс нашел стандартный список, о чем обычно спрашивают парочек.

Ратмир усаживается напротив, на нем обычные спортивные штаны и футболка. Едва влажные кончики волос, он даже в душ успел сходить? Или отмывал кровь с губы?

– И почему мы раньше этим не занялись? – рассматриваю бумаги, пока Саша крутится между нами. – Когда только решились на брак?

– Потому что спонтанно вышло. Я действовал тогда экспромтом, Арин. Не ожидал, что дед такое организует. И, по поводу тех событий, красавица…

– Мы не будем это обсуждать.

Произношу твердо. Если Ратмир продолжит – я просто уйду. Я знаю, что я хочу услышать: всё завертелось, понравилась ему, не просто так тянул в постель. И Ратмир тоже знает, что нужно сказать. Чтобы я поверила и расслабилась.

Но если я какой-то урок и вынесла из нашего брака, то самый главный.

С Огневым никогда нельзя расслабляться.

– Аккуратней, - Ратмир подхватывает Сашу, которая практически заваливается на него. Потянулась за шнурком на штанах, а теперь лежит на руках мужчины. – Непоседа.

– Это да, и это пока не начала бегать. Нужно что-то делать с лестницей, ставить оградку. Скоро начнет ползать и…

– Делай. Говори, что нужно, красавица. Организую, это не проблема, - мужчина странно косится на Сашу, которая нагло устраивается на его коленях. Напрягается, касается рыжеватых волосиков. – Вернемся к главному вопросу, который у нас с Алексом возник.

– С Алексом?

– Да.

То, как это произносит Ратмир, мне не нравится. Строго, серьезно. Словно не оставит ни одной возможности отказаться. Смотрит на меня, придерживает Сашу.

Задерживаю дыхание, жду подвоха.

И слова мужчины обрушиваются паникой по телу.

– Я хочу сделать тест ДНК.