15

Лия

В машине было тепло, играла негромко музыка, а я смотрела на Амира, и не могла глаз оторвать. Разве так бывает, чтобы раз, и нет больше меня прежней? Я так боялась этой своей «особенности», так проклинала её, а то, что только что произошло между мной и Амиром полностью перевернуло моё восприятие. С ним не было мерзко и отвратительно. Я не чувствовала себя предательницей по отношению к самой себе, как это было с Никитой. Со Звягиным мне казалось, что я предала саму себя, когда в прошлый раз это произошло.

Амир же… Господи, стоит только вспомнить то, как он целовал меня и трогал, тело судорогой сводило с головы до ног.

Я просто сидела и смотрела на него, не в состоянии поверить, что всё это случилось по-настоящему. На профиль его мужественный, точёный, на сильные руки и длинные пальцы… которые были во мне всего каких-то десять минут назад.

Приложила ладонь к щеке, потому что та огнем горела. Мне было и стыдно, и одновременно настолько хорошо, что даже страшно от этого стало. Я ведь ничего о нём не знаю. Совершенно ничего!

— Жарко? — Амир протянул руку и убрав мою ладонь, провел костяшками пальцев по моей пылающей щеке.

Я едва глаза от удовольствия не прикрыла.

— Нет. Просто всё еще нахожусь в шоке.

Убрав руку от моего лица, Амир положил её мне на колено.

— Не нужно переживать об этом. Тебе понравилось. Мне тоже.

— Но ты даже не… ну, то есть, у нас ведь ничего не было.

— Будет. Я умею ждать.

Боже… всего одно слово, а у меня голова закружилась, словно я на край пропасти встала и вот-вот упаду.

— Но ты даже обо мне ничего не знаешь! Не взял мой номер, не звонил всё это время.

Взглянула на него, а Амир скосил на меня быстрый взгляд и вернул его на дорогу.

— Твой номер у меня с самого первого дня нашего знакомства, Лий. Скопировать его из телефонной книги Павла не составило труда. Не звонил, потому что был занят. Чем? Это ты сама знаешь. Держать сеть ночных баров и одновременно с этим решать уйму вопросов, связанных с Костей и с тем, что он после себя оставил требует энное количество времени. Поэтому и не звонил. Мне нужно было привести дела в порядок, отлучиться из города.

Я задумалась. Всё звучит логично. Амир не я. Держать бизнес и учиться совсем разные вещи.

— А ты бы мне позвонил? Если бы мы не встретились вчера случайно.

— Позвонил бы.

Не улыбнуться у меня не вышло. Сердце взмыло к самому горлу и я, поддавшись эмоциям, накрыла его руку своей. Моя была прохладная, а его горячая, как у самого Дьявола, что вышел из преисподней, чтобы свести меня с ума.

— Я ждала…

— Я знаю.

Амир сжал моё колено, а меня током ударило. Возбуждение окатило с новой силой.

— Ты уже придумал имя котёнку? — решила перевести тему, потому что моё тело буквально искрилось и просто необходимо было переключиться на что-то.

— Придумай сама.

— Почему я?

— Он твой. Я забрал его для тебя.

— Хорошо, я подумаю. А у тебя были уже животные домашние?

От очередного вопроса удержаться не получилось. Мне хотелось узнать о нем хотя бы что-то.

— Разве что крысы.

— Домашние?

— Подъездные, которые не раз забегали в квартиру.

Ого… Вероятно, заметив моё обалдевшее выражение лица, Амир пояснил:

— В детстве я жил в неблагополучном районе. Поэтому выгонять их из квартиры выбивалкой было нормой.

С ума сойти!

— Твоя семья не имела средств к существованию?

— Нет. Отца мало куда брали из-за его национальности. Он оказался здесь нелегально, проблем было выше крыши. Мать его приютила, влюбилась, забеременела. Всё довольно банально.

У меня сердце сжалось. Я даже не представляла, что настолько успешный мужчина мог иметь тяжелое детство. А ведь как часто бывает, что мы, смотря на богатого, уверенного в себе человека полагаем, что он с рождения купался в роскоши. Приписываем ему золотые горы, совершенно не думая, что путь к успеху у всех разный. Кому-то хватает щелчка пальцами, чтобы взойти на пьедестал, а кто-то выгрызает себе путь неимоверными усилиями. Похоже, именно так было с Амиром.

— Но потом ведь у них всё наладилось?

— Не знаю. Я не видел родителей больше пятнадцати лет.

— Почему?

— Отцу удалось выехать в Турцию. Он забрал мать с собой.

— А тебя?

— Как видишь, я здесь.

Ответил равнодушно, а мне обнять его захотелось. Грудная клетка сжалась так сильно, словно её сдавили ржавыми силками. Его родители просто уехали, не забрав его с собой? Ещё и так давно? То есть получается, он строил свою жизнь сам, без поддержки родных?

— Мне жаль.

— Всё в порядке, Лия. Всё, что случается в нашей жизни всегда к чему-то ведет. Нужно просто знать это и идти дальше.

— Ты очень сильный, — прошептала я, утыкаясь взглядом с дорогу, — я не представляю, как бы жила без родителей. Хотя знаешь, мой папа тоже из трущоб. Он не раз рассказывал, как сложно ему жилось в детстве. Как приходилось драться за сигареты, и каждый день ходить в школу с ножом. А сейчас он… — я запнулась, вовремя осознав, что едва не ляпнула лишнее. — Сейчас мы живём хорошо. Он тоже добился всего своим трудом, и мы с мамой ни в чём не нуждаемся только благодаря ему.

Амир молчал и мне пришлось посмотреть на него.

— Это хорошо, что у тебя заботливые родители, — произнёс спустя несколько секунд.

Это да… родители… папа… мысли начали выстраиваться в логическую цепочку, и я вдруг подумала о том, как бы отреагировал отец, узнав о том, что какое-то время назад я кончила на коленях взрослого мужчины. Вдоль позвоночника побежал мороз, и я машинально обхватила себя руками. Не хочу об этом думать. Не сегодня.

— Я уезжаю завтра на пару дней, — оторвал меня от размышлений Амир, — оставлю тебе ключ, можешь приходить наведывать кота, думаю тебе этого захочется.

— Конечно! — оживилась я, — Я же планирую научить его пользоваться туалетом, а для этого мне нужно проводить у тебя как можно больше времени.

— Только для этого? — хмыкнул Амир, искривляя губы в усмешке.

У меня от этой усмешки снова засосало под ложечкой. Так сильно, что захотелось зажмуриться, чтобы ослабить эти ощущения.

— Нет, не только.

Когда мы доехали до моей улицы, я попросила высадить меня на повороте. Не хочу, чтобы мама видела машину Амира. Рендж Ровер слишком отличается от обычного убера, и незамеченным не останется. А то, что мама еще не спит — это факт. Она всегда ждёт моего возвращения домой, если я ухожу куда-то ночью.

— Ты сейчас поедешь обратно в клуб?

Двигатель затих, а мне жутко не хотелось уходить. Хотя бы еще пару минуточек провести вместе с ним.

— Нет. Я уже оттуда собирался уходить, когда пришла ты.

— Значит, я всё же пришла вовремя.

— Вовремя! Но больше этого не делай. Особенно если идёшь в незнакомые места.

— Хорошо. Спасибо, что подвез.

Я отстегнула ремень и уже собиралась попрощаться, когда Амир наклонился и нашел мои губы. Не так, как обычно целуют перед прощанием, нет. Не коротко, не целомудренно. Он протолкнул мне в рот язык, будто пока мы ехали только это и хотел сделать, а я тут же качнулась к нему, мгновенно отвечая на ласку. Откровенную, дерзкую. Потому что мне самой хотелось этого. Как голодной, обезумевшей самке ещё раз ощутить на себе страсть этого мужчины. Низ живота опалило жаром, шея мурашками покрылась от его напора и от того, как уверенная рука сдавила её сзади, пока он меня целовал. Царапал губы щетиной.

Господи…

Я не знаю, как целуют другие, но мне кажется, что так как целует он — не делает этого никто! Амир, как ураган. Стремительный, разрушительный, смертоносный. Да, именно смертоносный, потому что я понятия не имею как смогу теперь существовать без него.

Он появился из ниоткуда, вторгся в мою жизнь и перевернул её вверх тормашками. А я и не против. Главное, чтобы не останавливался! Пусть разносит дальше!

Я застонала, царапнула его шею ногтями, а потом резко отпрянула назад, потому что зазвонил мой мобильный. Мама, эта мелодия была установления на неё.

— Прости, — спешно приложив руку к груди, я пыталась отдышаться, — мне нужно идти.

Я видела насколько черными стали глаза Амира и как напряжено было его лицо. Как он несколько секунд смотрел на меня, поглаживая мою шею, словно размышлял отпускать или нет. И как потом нехотя разжал пальцы и кивнул.

— Иди.

— Прости…

Господи, мне хотелось сквозь землю провалиться, потому что я не хотела уходить. Телефон продолжал звонить, и пришлось выскочить из машины. По пути ответила на звонок, сказав, что буду через две минуты и сбросила вызов. Обернулась, замечая, как Амир выходит из машины и становится посреди дороги, пока я бреду до дома. В темноте сверкнуло пламя зажигалки, а после оранжевая точка сигареты и разлетелся клуб сизого дыма. Он курил, и ждал, пока я дойду до дома.

Меня всю трясло, как в лихорадке, когда я забежала к себе в комнату. Губы горели, пахли им. Между ног мокро было и сводило так сильно, что казалось мне хватит всего одного касания, чтобы разрядиться. И я это сделала. Влезла в душ, опустила между ног руку и впервые в жизни дотронулась до себя там. Раньше всегда боялась. Меня эта моя «особенность» останавливала. Мне казалось, что я едва прикоснусь к себе, как тут же разозлюсь. А сейчас вспомнила как делал это Амир и получила разрядку всего за каких-то несколько секунд. И это показалось таким правильным. До чертиков смущающим, но правильным.

А потом, когда я уже легла в кровать, мне пришло сообщение с незнакомого номера:

«Красивых снов, Лия».

Я подскочила на постели, а через секунду уткнулась лицом в подушку, чтобы не завизжать. У него всё это время был мой номер! Был!

Дрожащими пальцами напечатала:

«Пусть это будешь ты во сне».

Глупая, я знаю. Где там эта хвалёная всеми советчицами неприступность? Нет её у меня. Не хочу быть неприступной. Хочу быть его. Хочу узнать как это — быть «девочкой Амира».