Глава 9

Елизавета

— Ничего страшного. Простое воспаление, — шепчет доктор, отвечая на вопросы Вадима, пока я делаю вид, что сплю. Я не притворяюсь, просто нет ни сил, ни желания открывать глаза.

— Воспаление чего? — недовольно сквозь зубы спрашивает Вадим.

— Яичников.

— Чего?

— Это по-женски.

— Всё, понял. Но она ведь девочка совсем.

— Девочки тоже болеют, — усмехается доктор. — Ничего страшного. Все препараты я выписал, расписал, как пить и что делать. Покой, никаких бань, саун, бассейнов, поднятий тяжести и пока никакого спорта. Берегите девочку, ей еще рожать.

Пауза. Довлатов молчит.

Не будет он беречь, ибо плевать ему на меня.

И в общем, какого, доктор сообщает такие интимные вещи не мне, а Довлатову? По факту, чужому мужчине.

— Мы можем ехать домой?

— Можете. А можете оставить девочку здесь, и мы сами о ней позаботимся. Госпитализация необязательна.

— Я думаю, она останется. Так надёжнее, — решает он за меня.

— Нет, я не останусь! — открываю глаза и резко сажусь. — Я совершеннолетняя и вправе решать сама!

Доктор кивает, отдаёт мне бумаги с результатами анализов и расписанное лечение с рецептами в аптеку.

— Тогда жду вас на прием в пятницу, выздоравливайте.

Доктор уходит, а Вадим переводит на меня недовольный взгляд.

С чего это вдруг?

Бесит.

Надоело со мной возиться?

Так я не просила.

— Собирайся тогда, поехали, мы торопимся, — сообщает он мне.

Даже не думаю торопиться. Ухожу в ванную и долго там вожусь.

Мою руки, умываюсь, расчесываюсь.

Во-первых, да, назло Вадиму; во-вторых, сил нет.

— Лиза! — стучит по ту сторону двери Довлатов. — Ты там спать легла? Поторопись!

Выхожу. Вадим с моими документами в руках. Открывает мне дверь, пропускает вперед. Мне сделали какой-то укол, и я чувствую себя немного лучше.

Довлатов молча сажает меня на заднее сиденье, отдает документы и садится за руль. Такой серьезный, сосредоточенный на дороге. Откидываюсь, закрываю глаза.

Где я могла так простыть летом?

— А вот не хрен было в холодном бассейне купаться! — словно читая мои мысли, отчитывает меня Вадим.

Да, было дело. Но лето же.

— Отец у меня вроде есть, — рассуждаю я. — Брат тоже. Моим мужчиной ты быть отказался. Так? — спрашиваю, ловя его взгляд в зеркале заднего вида.

— К чему ты клонишь?

— К тому! Какого фига ты тут меня отчитываешь?! — фыркаю я.

— Затем, что твой отец доверил мне тебя. Сейчас мы едем домой, ты соберешь вещи и поживешь какое-то время со мной.

— Не поняла… Зачем?

— У твоего отца некие неприятности. Надежда едет за город с охраной, ты — со мной.

— Какие неприятности?

Мы часто конфликтуем с отцом. Мы друг друга не понимаем. Но как бы оно ни было, я люблю его, а он меня. И сейчас начинаю волноваться.

— Не могу пока сказать. Но все наладится.

— Я могу с ним поговорить? — набираю номер отца, но мне сообщают, что абонент отключен.

— Там, где он, перебои со связью. Просто будь послушной девочкой. Очень поможешь, — качает головой Вадим.

— Где он? — подаюсь вперед. — Его арестовали?

Вадим кивает.

— Это серьезно?

Волнение нарастает.

— Если пойдет на уступки, то нет. Не переживай, все наладится.

Немного успокаиваюсь. Если Довлатов сказал, что все наладится, значит, так оно и будет.

Я ему верю.

Дома Надежды уже нет, она с кучей охраны уехала за город. Непривычно тихо и пусто. Собираю вещи, просто закидывая в сумку, что попадается на глаза.

Я могу спросить у Вадима, почему мне нельзя поехать с Надей или почему я не могу остаться дома с охраной, или потребовать отвезти меня в городскую квартиру. Но я ничего не спрашиваю, потому что, несмотря на то, что он гад, я хочу в его квартиру и хочу провести это время с ним.

Возможно, через полтора месяца я покину эту страну. И, возможно, не вернусь, чтобы больше никогда не видеть Вадима и не травить себе душу.

Снова звоню отцу, но его телефон по-прежнему отключён. Чудодейственный укол отпускает, меня опять накрывает слабостью. Сажусь в кресло, поджимая ноги, обнимаю мягкого длинного кота, который всегда лежит в моем кресле для красоты, и прикрываю глаза.

Не замечаю, как засыпаю. Просыпаюсь, оттого что кто-то касается моего лица. Открываю глаза и вижу, как Довлатов одёргивает руку. Смотрим друг другу в глаза.

— Тебе мешали волосы, — поясняет он. — Собралась?

Киваю. Я еще сонная и ничего не соображаю.

— Поехали, мелкая.

О, вот теперь просыпаюсь!

Опять я мелкая у него!

Но спорить сил нет.

Вадим берет сумку и выходит из комнаты. Я за ним, прихватывая мягкого кота.

Едем тоже молча, я дремлю по дороге. Открываю глаза, только когда Довлатов останавливается возле аптеки и выходит. Снова закрываю. Опять открываю, когда он возвращается. Машина трогается.

Снова открываю глаза, когда чувствую, как машина останавливается.

— Лиз, что ты хочешь?

— В каком смысле? — не понимаю я.

— Здесь пекарня и кондитерская. Чем тебя порадовать?

Невольно улыбаюсь, но быстро сжимаю губы, пряча улыбку от Вадима.

— Хочу пирог с курицей и грибами. И булочки с творожным кремом. Такие, знаешь, с глазурью наверху.

— Хорошо, — кивает Вадим, тоже улыбаясь.

Уходит. Прикрываю глаза. Сквозь дрему чувствую, как он садится в машину, как она трогается и как салон наполняется ароматом свежей выпечки.

Засыпаю.

— Лиза, — слышу, как Вадим меня зовёт. — Приехали. Давай, малышка, совсем немного осталось, и сможешь нормально отдохнуть, — таким мягким голосом просит он меня.

И я уже не малая, а малыш. Снова улыбаюсь, пока он не видит. Болеть, оказывается, выгодно.

Выхожу из машины с помощью Вадима. Мы на подземной парковке.

Довлатов берет мою сумку, пакеты из аптеки и пекарни, а я прихватываю кота. Идем к лифту.

— Ты как? — интересуется он, пока мы поднимаемся.

— Нормально, слабость только, — пожимаю плечами.

Лифт останавливается на пятнадцатом этаже. Выходим. Вадим открывает своим ключом одну из дверей.

У него большая прихожая со множеством дверей в разные комнаты. Дизайн необычный, чисто мужской. Преобладают серые и бежевые тона, на свободных стенах панно из нескольких чёрно-белых фотографий города, на потолке необычная люстра в виде трех металлических шаров разных размеров.

Довлатов ставит пакеты на мягкий пуфик и запирает дверь, а я разуваюсь.

— Ну наконец-то, я заждалась! — неожиданно раздаётся женский голос. Поднимаю глаза и так и застываю с кроссовками в руках. В дверном проёме одной из комнат стоит его белобрысая телка Света.

Она голая!

Ну как голая…

В белье. Но его все равно что нет. Какие-то ниточки. И, надо признать, фигура у этой шавки хорошая.

Но, мать вашу, что она здесь делает?

Она живёт с ним?

И Довлатов притащил меня сюда жить вместе с ней?!

Он издевается?

— Света, бля! — приходит в себя Вадим. — Оденься! — недовольно закатывает глаза.

Видно, что и Света в шоке, не ожидала увидеть меня, так же, как и я ее.

В ее глазах растерянность, щеки мгновенно краснеют. Убегает в комнату, а я перевожу взгляд на Довлатова и поднимаю брови.

— Даже не спрашивай, сам в шоке, — качает головой.

Интересненько…