Глава 26 Ева

Настал день выписки. Которого я одновременно боялась и ждала. Ждала, потому что до зубовного скрежета надоели больничные стены и пресная еда. Боялась, потому что знаю – выйдя за пределы больницы, могу что-нибудь натворить. Потому что уверена: события того злополучного дня подкрадутся ко мне, обвивая своими ядовитыми щупальцами, стоит только лечь спать. И никто не сможет мне помочь. Потому что я одинока, как никогда. Да и кого будут интересовать проблемы ущербной женщины?!

– Уже собралась? – в палату заглядывает врач. – Можно? – спрашивает разрешения.

Я отодвигаюсь, позволяя Наталье Евгеньевне присесть. За все время пребывания в больнице я неожиданно сдружилась с этой женщиной. Она не лезла ко мне в душу, не поучала, но я чувствовала ее незримую поддержку и какую-то особенную, как материнскую, заботу.

– Страшно? – неожиданно спрашивает доктор, обнимая меня за плечи. Это ее первое открытое проявление чувств, но мне почему-то не хочется ее оттолкнуть, наоборот, прижаться сильнее и рассказать обо всем, что тревожит.

– Откуда вы знаете? – удивленно спрашиваю, заглядывая в глаза женщине. И с ужасом понимаю: я вижу там ответ.

– Когда я забеременела, я была чуть старше тебя. Мы с мужем радовались и с нетерпением ждали появления на свет нашей доченьки. Но за неделю до предполагаемого срока мне стало плохо, резко затошнило, я не могла стоять на ногах. «Скорая» привезла меня еле живую. Как итог: кесарево, и на свет появилась моя девочка, которой было не суждено сделать свой первый крик и вообще жить, – в ее голосе столько боли, что я неосознанно обнимаю Наталью Евгеньевну двумя руками и, только уткнувшись в ее плечо, понимаю, что плачу. – После операции я услышала приговор: бесплодие. Мы с мужем не смогли пережить этого горя. Нет, он не отвернулся от меня, но…как будто смысл дальнейшей совместной жизни, он потерялся, понимаешь? Мы тихо развелись, и каждый пошел своей дорогой.

Я перевожу дыхание, потому что не могу позволить себе рыдать в голос. Восхищаюсь этой женщиной. Она вырастила в себе маленького человечка, ощущала в себе его пиночки, разговаривала, а потом его жестоко отняли. И она сумела не сломаться и не натворить глупостей. А в мою же голову они лезут все время…

– Можно я дам тебе совет? – тихо спрашивает доктор, грустно улыбаясь и поглаживая меня по голове.

– Конечно.

– Если есть возможность – меняй свою жизнь. Уезжай, начни новые отношения, смени род деятельности – как угодно. Не отвергай помощь, если предлагают, не замыкайся в себе. Говори о том, что тебя беспокоит. И не уходи с головой в работу. Она тебя не спасет. Иначе тебя ждет моя участь – в сорок пять ты будешь одинока и никому не нужна.

Перевариваю все сказанное и понимаю, что этот совет не про меня. Мне не с кем поделиться, некуда уехать, да и средств на это нет, не от кого ждать помощи, и я уже никому не нужна…

– Спасибо вам большое. За совет и за все, что вы для меня сделали, – крепко обнимаю Наталью Евгеньевну, одновременно пытаясь показать ей, что я понимаю ее и поддерживаю. Хочется, чтобы она знала: эта сильная женщина больше не одна. Я разделяю ее горе. От всей души хочу, чтобы ей стало легче.

* * *

Тяжело вздыхаю и открываю дверь квартиры, в которой не была, кажется, целую вечность, а на самом деле прошло полтора месяца. С опаской заглядываю внутрь, ожидая, что сейчас со всех щелей полезут монстры. Усмехаюсь своим детским и глупым мыслям. Все мои монстры живут исключительно в моей голове.

Прохожусь по всем комнатам, открываю окна и везде включаю свет. С монстрами надо бороться. И не оставаться в темноте – пока единственный известный мне способ.

По-хорошему, неплохо бы убраться дома, но у меня на это пока нет сил и желания. Поэтому я раздеваюсь, сбрасывая одежду прямо на пол, набираю ванну с пеной и ложусь в нее, воткнув наушники в уши и блаженно прикрыв глаза. Так я хотя бы не остаюсь со своими мыслями один на один.

Я выхожу из ванной и кутаюсь в большой махровый халат. Так, на очереди чай с чабрецом. Завариваю огромную кружку и пью маленькими глотками, глядя на ночной город.

Этот день мной был прожит тысячи раз,

Он вгрызается холодом в душу…

…Он забрал у меня и мечты и любовь,

Мою жизнь лишил всякого смысла…

Боль раздирает меня изнутри, и что бы я не делала, куда бы не бежала, она всегда будет со мной. Это мой крест, который лег на мои плечи до конца моих дней. Вот только где взять силы, чтобы справиться с этим в одиночку?! Потому что я не вытяну, не выплыву, захлебнусь в собственной боли…

Мои мысли прерывает резкий и наглый звонок. Кто посмел припереться в такое время? Вытираю слезы и иду открывать дверь.

Посмотрев в глазок, у меня возникло жгучее желание притвориться мертвой. Откуда только он узнал мой адрес?! И какого черта хочет от меня ночью?!

Звонок повторяется более настойчиво, я понимаю, что у меня нет выхода, кроме как открыть дверь и встретиться лицом к лицу с наглецом.