ГЛАВА 27

Оля

Как мы поднимались в квартиру запомнила очень смутно, но, когда Гриша занес меня внутрь и поставил на пол, ноги резко подогнулись. Прошла в просторную гостиную и, растеряно оглядевшись, подошла к дивану и вцепилась пальцами в его спинку.

Гриша медленно зашел следом, не спуская с меня глаз, сдернул рубашку прямо через голову и начал приближаться. Запаниковав, я попыталась отойти в сторону, но он пресек эту попытку, загнав меня в ловушку. Ни страха, ни сомнений я уже не испытывала, но от его близости меня начало натуральным образом трясти. А то, что он делал со мной и что говорил, ввело меня почти в состояние транса. Даже опомниться не успела, как он раздел меня и, подхватив на руки, понес в спальню.

Уложив меня на широкую кровать, Гриша, не разрывая зрительный контакт, избавился от остальной одежды и шагнул к кровати. Не стесняясь, оценила его увитое канатами мускулов тело и, спустившись взглядом ниже, шокировано выдохнула. Судорожно сглотнув, попыталась отползти к изголовью кровати, но Гриша перехватил меня за щиколотки и потянул на себя, раздвигая мои ноги и фиксируя их на своих бедрах.

Потемневшим взглядом жадно изучил мое тело, нежно поглаживая руками мои разведенные бедра, а потом, разорвав мои трусики по бокам, откинул бесполезные лоскутки в сторону и склонился ниже.

– Прости родная, но прелюдии сейчас не будет, – прохрипел мне в губы и впился жадным поцелуем, сразу проникая языком в рот.

Растолкал мои бедра еще шире и, придавив своим весом, взял в руки член и начал водить горячей головкой вверх-вниз между давно мокрых складочек. Поочередно задевая клитор и дразня вход в лоно, на каждом движении вниз начал проникать понемногу внутрь. Потом ввел головку в лоно и, убрав руку, толкнулся бедрами, проникая глубже.

Задушено охнула ему в рот, а он, приподнявшись, поймал мой взгляд, продолжая отстраняться и медленно проникать с каждым разом все глубже. От непривычного чувства распирания напряглась, пытаясь задержать дыхание и расслабиться, но на очередном толчке он толкнулся на всю длину, и я сдавленно вскрикнула, хватая ртом воздух.

– Тихо-тихо, маленькая, – проурчал Гриша, замерев и целуя мое лицо. – Я осторожно. Расслабься. Больно?

– Не-е-ет, – сдавленно отозвалась я, тут же поясняя: – Большой… непривычно…

– Прости моя куколка, – тихо усмехнулся Гриша, обжигая горячим дыханием. – С этим моим недостатком тебе придется смириться.

Выждав немного, Гриша начал двигаться, сначала осторожно, размашисто, постепенно наращивая темп и глубину проникновения. Мышцы постепенно расслабились и, разведя бедра еще шире, я начала подстраиваться под его движения и тихо постанывать.

– Какая же ты узкая, – прорычал Гриша сквозь стиснутые зубы и, просунув руку мне под попу, приподнял мой таз еще выше, усиливая и без того острые ощущения.

Второй рукой сжал мою грудь и, наклонившись, поймал губами сосок. Втянул и мягко посасывая, чуть прикусил, отчего я вскрикнула и, запрокинув голову, уперлась затылком в кровать. Зажала рукой рот, чтобы сдержать свои крики и зажмурилась до белых пятен перед глазами.

– Руку убери, – скомандовал Гриша, оторвавшись от моей груди. – Хочу видеть и слышать, как стонешь и кричишь подо мной.

Невнятно мыча, протестующе замотала головой, но он, перехватив мои руки, завел их над моей головой и зафиксировал одной своей. Продолжил двигаться сильней, резче и глубже, жадно наблюдая за моими эмоциями.

– Смотри на меня, – рыкнул мне в губы и, отстранившись, начал вбиваться еще сильней, пока я не забилась под ним от сильнейшего оргазма, закричав и заплакав одновременно.

– Вот так. Умница, – проурчал Гриша и спустя несколько движений с глухим рыком излился в меня горячим потоком.

Рухнул на меня, уткнувшись губами в шею, но тут же приподнялся, удерживая свой вес на локтях, и начал покрывать мое лицо поцелуями и стирать дорожки все еще льющихся слез.

– Моя девочка, моя куколка, – урчал Гриша между короткими поцелуями. – Люблю тебя до одури, глупышка моя.

Распахнула глаза и, хлопая ресницами, удивленно уставилась на жутко довольного Гришу.

– Любишь? – шокировано пролепетала я, все еще не веря в его признание.

– Люблю, – улыбнувшись, кивнул Гриша и, наклонившись, мягко накрыл мои истерзанные губы нежным поцелуем.

– Вот так сразу? – уточнила я, когда он отстранился.

– Давно и сразу, – кивнул он, не отводя потеплевшего взгляда.

– А-а?.. – растерялась я, не зная, что ответить.

– Давно бы знала, – усмехнулся он, обводя мои губы по контуру пальцем. – Не бегала бы от меня, давно были бы вместе.

– Я не бегала, – нахмурившись, буркнула я. – Просто ты такой настойчивый.

– Ага, – тихо рассмеялся он. – Если бы не был таким, сколько бы хороводы еще водили?

– Ну-у, – протянула я растеряно и тут же, вспомнив кое-что, ойкнула и начала отталкивать Гришу. – Мне в душ надо. Мы же не предохранялись.

– Поздно, – подмигнув, улыбнулся Гриша, припечатывая мои руки своими к кровати. – И я еще с тобой не закончил.

– Гриша-а, – застонала от его натиска и продолжила бесполезные попытки выбраться из-под него.

– Ты же хотела ребенка, – смеясь над моими попытками освободиться, намекнул он. – И я хочу. Почему бы и не сейчас.

– Откуда ты знаешь? – вмиг напряглась я и, разозлившись, начала елозить еще сильнее.

– Оттуда, – проурчал Гриша и накрыл мои губы жадным поцелуем.

Начал терзать на грани боли, проникая языком в рот, потом со смачным звуком отрываясь и с урчанием нападать снова. Растерялась от его звериного напора, а спустя пару минут начала постанывать от ощущения того, как его член вновь начал твердеть и увеличиваться внутри меня.

Отпустив мои губы, Гриша прошелся поцелуями по скулам, чувствительно прикусывая подбородок. Прикусил мочку уха и перейдя на шею, продолжил целовать оставляя засосы. Все еще удерживая мои руки, спустился к груди и начал по очереди терзать затвердевшие соски, вызывая толпы мурашек по коже и мои несдержанные стоны. Ласкал терпеливо и долго, то и дело поглядывая на мое лицо, а когда я стонала особенно громко, довольно порыкивал.

– Давай-ка на животик, – наконец скомандовал, оторвавшись от моей груди и, не дожидаясь моей реакции, вышел из меня и ловко перевернул. Даже охнуть не успела, как он прижал меня своим телом, перед этим пройдясь поцелуями от поясницы и выше вдоль позвоночника. Дойдя до лопаток, легонько прикусил и тут же лизнул место укуса.

От таких манипуляций я инстинктивно выгнулась и, машинально выпятив попу, попала истекающим от наших соков лоном прямо под прицел его каменного члена. Довольно рыкнув, Гриша сделал легкий толчок, проникая в меня на пару сантиметров и снова отстранился. А мне стало мало и захотелось ощутить его всего внутри себя. Захныкала и начала елозить, призывно подставляясь еще больше и в какой-то момент, видимо не выдержав, Гриша вошел одним рывком сразу на всю длину, вызвав мой протяжный стон.

– Идеальный пазл, – прохрипел Гриша мне на ухо, делая бедрами круговое движение, а я заорала в голос от новых и очень острых ощущений.

Собрал мои волосы в кулак и слегка оттянул, вынуждая прогнуться еще сильнее, отчего проникновения стали почти болезненными. Но на этот раз он меня не щадил, вбиваясь резко и быстро, одновременно целуя мою шею и плечи. Чувствуя приближение оргазма, начала хватать ртом воздух и судорожно всхлипывать. Гриша просунул руку мне под живот и, нащупав клитор, начал его массировать и сжимать пальцами.

От судорог оргазма, прокатившегося волной цунами по всему телу, я начала захлебываться не в силах даже стонать и в какой-то момент просто отключилась.

Когда пришла в себя, первое что ощутила, это крепкие объятия и горячее тело, прижавшегося ко мне со спины Гриши. Он все еще во мне, и мы лежим на боку, спаявшись горячими и мокрыми от пота телами. Гриша прижимает меня к себе и уткнувшись губами мне в висок, все еще тяжело дышит.

– Как ты, куколка моя? – спрашивает хриплым голосом, повернув мое лицо за подбородок к себе.

– Хорошо, – хриплю в ответ, осознавая, что сорвала голос.

– Люблю тебя, – улыбается Гриша и, чмокнув меня в губы, добавляет: – Поспи немного.

– Немного? – удивленно уточняю я, хлопая ресницами.

– Ночь будет длинной, – подмигнув, урчит Гриша и, подтянув одеяло, укутывает нас и командует: – Спи любимая. Я разбужу…

* * * * *

Кто бы мог подумать, что когда-нибудь мне придется притворяться спящей. Хотя усилий для этого прикладывать практически не приходится.

Состояние такое, как будто меня переехал бульдозер, а следом асфальтоукладчик. Просыпаюсь, а вернее прихожу в себя, лежа на спине. Глаза открывать не охота, а шевелиться тем более. В теле ноет каждая мышца, причем даже там, где я и вообразить не могла. Губы печет, а истерзанные соски горят. Между ног саднит, а кожу на животе и внутренней стороне бедер стягивает налетом засохшей спермы.

В душ Гриша меня так ни разу и не пустил, а потом мне и самой не захотелось, потому что просто не было сил. Его «я разбужу» случилось за прошлую ночь еще дважды и каждый раз Гриша планомерно доводил меня до неадекватного состояния. Сама не подозревала, что могу так стонать и орать.

Слышу тихие шаги и замерев прислушиваюсь. Матрас заметно прогибается, и мое лицо попадает в тиски горячих рук, а потом моих губ касается нежный поцелуй.

– Не притворяйся, – нежно урчит Гриша. – Я вижу, что ты не спишь.

– М-м, – мычу я, не потому что нечего ответить, а потому что голоса просто нет.

– Пора позавтракать, – тихо смеясь, командует Гриша, тут же намекая: – И принять ванну.

– Который час? – хриплю я, открывая глаза.

– Почти десять, – улыбается Гриша.

– Ой, – начинаю паниковать, но физически остаюсь недвижимой. – Я же на работу опоздала.

– Не надо нам на работу, – успокаивает Гриша, заправляя растрепавшиеся волосы мне за ухо. – Я сообщил Павлу, что ближайшие две недели ты в отпуске.

– Зачем? – напрягаюсь я. – Что он теперь подумает.

– Что мы вместе, – спокойно отзывается Гриша и подгребает меня ближе. – Скоро все об этом узнают.

– Мне надо ему позвонить, – начинаю ворочаться в его объятиях и оглядываться по сторонам. – Где мой телефон?

– Э-э, нет родная, – усмехнувшись, качает головой. – Ни телефон, ни свою одежду в ближайшее время ты не получишь.

– Но-о… – начинаю растеряно.

– Пока мы все не решим, я тебя никуда не выпущу, – чмокнув меня в нос, поясняет Гриша и, встав с кровати идет к шкафу, а я шокировано созерцаю его исполосованную моими ногтями спину и шею. Упс…