ГЛАВА 35

Гриша

– Гриш, а Гриш, ты осторожнее будь, – попытался отвлечь меня Мирон.

– Чё? – улыбаясь, перевел на него расфокусированный взгляд, оторвавшись от экрана ноутбука.

– Я говорю нельзя столько улыбаться, – хохотнув в голос, подколол меня друг.

– Я на тебя бы посмотрел, – с притворной обидой отозвался я, продолжая со скоростью дятла фигачить новое сообщение на клавиатуре.

– Ну-у, – протянул он мечтательно. – Меня ты вряд ли будешь наблюдать какое-то время, когда найду своих.

– Вот и не придирайся, – проурчал я, набивая от лица Агриппины очередное сообщение моей куколке.

– Ты бы хоть побрился, – усмехнулся Мирон, почесывая свой заросший подбородок, и задумчиво добавил: – Хотя и самому пора уже.

– Угу, – промычал я, игриво закусив губу. – И побреюсь, и помоюсь, вот только корсет этот снимут, так сразу же… А то чувствую себя как средневековая леди.

– Уже скоро, – поморщился он, вставая с больничной койки. – Недели три уже прошло, врач обещал на этой неделе нас с тобой освободить от этой жести.

– Да там все давно зажило, – проныл я, пытаясь пальцами поскрести под тугой повязкой. – Сил уже нет, а ребра поди давно зажили.

– Может сбежать? – предложил друг. – Нога почти не болит. Чего нам тут валяться? Уже бы давно наших девчонок нашли.

– А я тебе говорил, – с воодушевлением откликнулся я. – Починили же, а дальше заживет само.

– Заметано. Брат с Ником приедут и быстро организуют.

– Давно бы так, – закрыв ноутбук и откинувшись на койке, заложил руки за голову. – Я хоть в чате с Лялей общаюсь, а тебе вообще тоска, наверное.

– Не то слово, – помрачнел он, но тут-же расплылся в улыбке. – Чья-то аппетитная попка напросилась на смачный кусь.

– А чья-то на отшлепать, – хищно улыбнувшись, проурчал я. – Соскучился, сил нет. Могла же объяснить все толком…

– А ты и слушать не стал, – перебив, напомнил Мирон, и я мгновенно помрачнел.

– Разберемся, – буркнул коротко и тут же поспешил сменить тему: – Так что по этому Кириллу и чем может помочь отец Софии?

Добрых полчаса обсуждали дальнейшие планы, анализируя вероятную последовательность событий прошлого. Разложив по полочкам мои версии и предположения, очередной раз получил от друга порцию признания.

– Гриш, а Гриш, – хмыкнул Мирон. – Ты иногда меня пугаешь.

– Это хорошо, – улыбнулся я. – А то мне одному бояться страшно.

Заржали как кони, кривясь от боли в ребрах, пока дверь в нашу палату не распахнулась, смачно шандарахнув о стену.

– Я думал их тут режут, – выдал запыхавшийся брат Мирона. – А они ржут. Вам что тут колют для веселья? Может и мне перепадет доза?

– Готов поделиться, – потирая многострадальное полу-жопие, отозвался друг.

– Вас с конца коридора слышно, – усмехнулся, зашедший следом Никита. – Чувствую, что скоро вас выпишут.

– Не скоро, а сегодня, – подмигнул ему Мирон. – И не выпишут, а выпишемся.

– Простынку из окна не подержать? – с издевкой уточнил Артур. – Ты чего, совсем что ли? В гипсе и с раскрошенными ребрами.

– Не нуди, и так три недели провалялись. Скоро на стены полезу.

– Мы специально настояли, чтоб вас вместе положили, – набычился Артур. – Неделю хоть потерпи.

– Придется звонить «гардамаринкам», – лениво зевнув, отозвался Мирон и откинулся на спинку кровати.

– Не надо! Поняли! – в унисон рявкнули Никита с Артуром и многозначительно переглянулись.

– Что не так? – напрягся друг, сканируя их внимательным взглядом.

– Да не хотели говорить, – неохотно отозвался Никита, – А теперь уже нет смысла скрывать.

– Да говори уже! – всполошился Мирон.

– Роман вчера ночью улетел в Россию, – вздохнув, ответил Никита.

– Почему сразу не сказали?! – прорычал друг, поднимаясь и хватая костыль.

– А что бы ты сделал? – усмехнулся его брат. – Он же как бронепоезд. Сказал, что нарыл зацепку и больше ждать не может.

– Почему мне не позвонили?! – нажимая на кнопку вызова медперсонала, продолжил бушевать Мирон.

В палату влетел взволнованный доктор и медсестра, но увидев нас на ногах и в боевом настрое, резко затормозил, нахмурив брови. Перевел взгляд на Никиту и Артура, но те разведя руками, предпочли не вмешиваться.

– Снимайте все это, – указал Мирон на ногу и затянутый в медицинский корсет торс. – Мы уходим. Сейчас же!

– Вы хоть понимаете последств…

– Не важно! – рявкнул друг. – Подпишу любую бумажку об ответственности и тому подобное. Снимайте все это или я уйду прямо так.

– Хорошо, – вздохнув, кивнул доктор.

– Меня тоже расшнуровывайте, – встал я рядом с другом, и доктор, закатив глаза, издал протяжный стон.

– Да черт с вами, – строго пробурчал он. – Сейчас распоряжусь, чтобы вас распеленали и подготовили к выписке.

В течении получаса нас освободили от повязок и гипса, и выписав пару обезболивающих препаратов отпустили. А доктор, похоже, вздохнул с огромным облегчением, получив от нас расписки в отсутствии претензий и полной ответственности за свое состояние.

Сразу же поехали в дом родителей Мирона. Билеты взяли на вечер, поэтому времени привести себя в порядок и собрать вещи было предостаточно. Попытки дозвониться до отца Софии успехом не увенчались, поэтому какую зацепку он нашел и куда полетел, сразу узнать нам не удалось.

Через отца Мирона получилось выяснить, что билет личным помощником Романа был заказан через транзитный рейс, с пересадкой в Москве до Екатеринбурга!

Это очередной раз подтвердило наши догадки, что девчонки прячутся именно там. А так как перемещения по стране практически иностранного гражданина Романа Феникса выяснить будет намного проще, то надеюсь местонахождение девчонок мы определим быстро.

На всякий случай я удаленно дал задания своим парням вычислить отца Софии и установить за ним незаметную слежку. Выйдя на него, мы могли быстро найти наших девчонок.

В Екатеринбурге мы вышли на Павла, который оказывается тоже успел подключиться к расследованию тайн прошлого Софии, но местонахождение девчонок к сожалению или, к радости, он не знал.

Следующим пунктом стала Москва, где состоялась, пожалуй, самая важная встреча, которая открыла глаза на очень многие вещи, которые мы с Мироном даже не предполагали.

Из-за незавершенного курса лечения друг постоянно мучился головными болями и выглядел очень измотанным. На мои намеки, что надо бы поберечься, а еще лучше показать врачу, он отмахивался.

Но на одной из важных встреч ему стало плохо, и мне пришлось срочно переквалифицироваться в охранника, поставив условие, что пока он не пройдет обследование, из больницы я его не выпущу. Я сам вызвал скорую помощь и, почти силой усадив друга в салон, уселся рядом.

В больнице, пока Мирона обследовали, по воле случая выяснились такие подробности, которые не просто перевернули его жизнь, но и стали последними пазлами в расследовании прошлого Софии.

Оставалось только найти наших девочек, поэтому мы стали готовиться к запланированной встрече Агриппины с Олей.

В день встречи с Олей мы с Мироном сняли в отеле апартаменты по соседству, но с самого утра он находился в моем номере, а я метался, словно раненый медведь, боясь упустить что-то важное. В номер доставили несколько огромных букетов роз, которые мы расставили по всей спальне. Я начистил перышки и перманентно то светился от радости, то переживал о том, что встреча сорвется.

– А вдруг она не приедет? – скулил я, мечась по комнатам номера и в сотый раз проверяя, все ли предусмотрено для романтической встречи.

– Успокойся, – осадил меня не менее взволнованный друг. – Павел же сказал, что провел в чате воспитательную беседу по поводу особо требовательных клиентов, ой прости, клиенток.

– Смешно тебе, – передразнил я. – А вдруг что-то случится в последний момент, и она все отменит?

– Не отменит, – проворчал он, курсируя туда-сюда по номеру, не лучше меня. – Мы все продумали.

– А может ты в своем номере подождешь? – с надеждой предложил я. – Мы помиримся и потом я все выспрошу.

– Ну уж нет, – ехидно протянул Мирон, тут же словив мой недобрый взгляд. – Если уйду, то рискую не узнать адрес ближайшие пару дней.

– Вот ты гад, – беззлобно расплылся я в улыбке. – Хотя, может и к лучшему, а то мне ее первым делом отшлепать хочется.

– Во-о-от, – усмехнулся он. – Еще и расправу над бедной Лялей предотвращу, ну или хотя бы отложу.

– Тебе звонят, – кивнул я на вибрирующий на столике телефон, а Мирон, быстро глянув на экран, свел брови на переносице.

– Незнакомый номер, – задумчиво пробормотал он.

– Ставь на громкую, – скомандовал я, подходя ближе.

– Привет Мирон, – раздался знакомый голос. – Это Роман. Ждете?

– Кого? – в унисон удивленно выпалили мы.

– Ну как же, – рассмеялся он в трубку. – Девчонки выехали на встречу со стервой А-гри-ппи-ной Львовной.

– Вместе? – не веря в удачу, охнул Мирон. – А где Ваня?

– Ваня приболел, – отозвался Роман. – Я с ним остался за няньку.

– Что с ним? – напрягся друг.

– Простуда, не волнуйся, – поспешил успокоить его отец Софии. – И кстати, не проговоритесь. София пока не знает, кто я.

– Как же она оставила Ваню с вами? – удивленно уточнил Мирон.

– Так вышло, – усмехнулся Роман. – Не могла она подругу одну отпустить.

– Почему? – обиженно протянул я, переживая, что слишком перестарался с придирками от лица Агриппины.

– Нездоровится ей последнее время, – слишком весело поделился мужчина.

– Что с ней?! – рявкнул я, вырывая у Мирона трубку. – Почему не здоровится?

– Оля беременна, – осторожно пояснил Роман, а я, схватившись за голову, неуклюже плюхнулся на диван, открыв от удивления рот, а потом расплылся в счастливой улыбке.

– Ляля беременна, – восхищенно пробормотал я. – Вот это новость.

– Как вы вычислили, где они прячутся? – спросил Мирон, косясь на меня с улыбкой.

– Пришлось напрячь спецов по базам данных детских больниц области, – начал Роман. – В одной из них как раз Ваня и засветился.

– Почему? – нахмурившись, уточнил друг.

– Банальная постановка на учет по месту нахождения, – ответил Роман. – Девочки же не прописаны по этому адресу, а обращение в больницу может потребоваться в любой момент.

– А мне почему не рассказали? – с упреком проговорил Мирон. – Почему ни разу не дали знать?

– Прости Мирон, – виновато отозвался мужчина. – Я не мог больше ждать, а потом просто наслаждался обычным общением с дочкой и внуком.

– Почему молчите о том, кто вы? Чего тянете?

– Все решится не могу, – вздохнул Роман. – Боюсь ее реакции, а так хоть немного рядом побуду. Захочет ли она меня знать… не уверен.

– У нее не было семьи в обычном понимании, – поддержал Мирон будущего тестя. – Не теряйте время. Все будет хорошо.

– Спасибо, – хрипло отозвался отец Софии. – Встречайте девчонок минут через сорок.

– До связи, – отключая вызов, усмехнулся друг и, подойдя ко мне, присел рядом и похлопал по плечу.

– Поздравляю, – расплылся он в искренней улыбке.

– Представляешь? – загадочно прошептал я, все еще пребывая в эйфории. – Оля беременна.

– Да ладно? – хохотнув, передразнил меня друг. – А ведь ничего не предвещало, так ведь?

– Ну ты и гад, все-таки, – отмерев, с улыбкой повернулся я к нему. – Завидуй молча.

– А чего завидовать то, – хохотнул он, вставая. – Буду наверстывать.

Следующие полчаса мы протоптали, пожалуй, визуально заметные тропы по всему периметру апартаментов. В назначенное время уровень напряжения уже зашкаливал, и я порывался спуститься в холл отеля, чтобы лично встретить Олю.

Когда мы услышали, что дверь номера открывают с обратной стороны, оба метнулись в гостиную апартаментов и притихли в ожидании.

– Вас ожидают в гостиной, – послышался голос сотрудника отеля. – Желаю вам удачной встречи.

– Спасибо, – отозвалась Оля, и я качнулся вперед, пока моя куколка еле слышно ворчала, приближаясь к дверям гостиной: – Не важно, удачная или нет, главное, чтобы не долгая.

Оля зашла в гостиную натянуто улыбаясь, но увидев меня, застыла, округлив глаза и шокировано приоткрыв рот.

– Привет родная, – прохрипел я и, метнувшись к неловко пятящейся Оле, сгреб ее в охапку. – Попалась женушка.