Глава 18

ЛЕРА

Похоже Рома не забыл своего криминального прошлого, и теперь любые ситуации решает подобным образом.

Его головорезы бегут вперед, размахивая битами и оружием. Следом неспешна входит Сявый, а уж за ним Роман, с грацией и апломбом императора, не меньше.

Поднимаемся на нужный этаж старой хрущевки. Я остаюсь на лестнице, потому что просто не помещаюсь на лестничной клетке.

– Эта?! – раздается грозный баритон Романа, указывая мне на правильную дверь. Номер у квартиры отсутствует, поэтому немного не понятно, но Рома определил все правильно.

Киваю. Один из бандюганов жмет на звонок.

– Кто там? – раздается противный голос Натальи Петровны.

Бритоголовые типы вопросительно смотрят на Романа.

В подъезде полная тишина.

– Кто балуется? Ах вы ж сволочи, узнаю, задницы надеру! – возмущается женщина.

Рома же кивает мне.

– Это я, Наталья Петровна, откройте!

– Явилась, блудница? Иди вон, откуда приперла! Внуков не…

И в этот самый момент, бандиты в два крепких плеча, по кивку Романа выносят хлипкую обшарпанную дверь свекрови.

Шум раздается знатный! Дверь надтреснуто кракает и с грохотом падает на пол. Вокруг клубы пыли и рассохшегося в крошку цемента.

Соседние двери моментально открываются, показываются любопытные носы соседей, но тут же с ужасом запираются, едва осознав, сколько на лестничной клетке столпилось кровожадных мужиков.

– Эт…то что такое?! – Наталья Петровна хватается за сердце, и хватает ртом же воздух.

– Где дети?! – рычит Роман, выдвигаясь вперед своей банды.

– Ох… Ох… мое сердце… – бледнеет на глазах и оседает женщина. Мне не жаль ее ни капельки. Сколько издевательств я вытерпела из-за нее за последние два года!

– Мама, что с т… – хромая, точно старая кляча, из коридора показывается обвислая фигура муженька. – Вы к-кто?! Застывает он на полпути, с ужасом глядя на кавалькаду головорезов, и Рому во главе всего этого.

– Милый, что происходит? – их комнаты выглядывают аппетитные белые телеса Софочки. – Ох… да что это творится? Я вызову полицию! – вскидывает толстые руки прелестница.

– Не надо… – сипит Миша, привалившись к стене. – Только не ментов.

– Повторяю в последний раз. – спокойно заявляет Рома: – ГДЕ. ДЕТИ.

Миша шумно и судорожно сглатывает. Он не видит меня за спинами бандитов, и наверняка не может понять, причем же здесь дети.

– Ромка! Радик! Сюда идите! – трясущимся голосом зовет сыновей «горе-папаша».

Две пары маленьких ножек быстренько топают по крашеному деревянному полу. Они так же застывают в нерешительности при виде большого количество страшных дядек с битами. А потом начинают синхронно шмыгать носами, и разворачиваться на бегство.

– Рома, Радик, Солнышки мои! – проталкиваюсь я сквозь накаченные спины. – Идите к маме, мои хорошие!

Малыши, завидев меня, сразу же забывают об остальном враждебном мире. С писками «мамочка» бегут ко мне, прижимаются, ища защиты.

Беру их вдвоем, одновременно на руки, целую, плачу. И они ревут, шмыгая носами.

Наталья Петровна приподнимается над полом, все еще держится за сердце.

– Иди в машину, Лера! – приказывает Роман таким тоном, что ослушаться его невозможно.

– Лера, скажи своим головорезам, пусть не тронут нас! – жалобно скулит свекровь.

– Сами разберемся, что с вами делать! – коротко рычит Рома.

Ухожу быстрей, уношу мальчиков. Мне неприятно, что малые оказались втянутыми в игры моей свекрови, но мне повезло, что они не пострадали.

– Фикса, за мной! – приказывает Сявый одному из бандитов, – Лер, давай мне пацанят, понесу их. Тебе тяжело.

– Не отдам! – прижимаю сыновей еще крепче.

Да, у меня сейчас поломается позвоночник, отвалятся от тяжести руки и прочее прочее, но своих детей Севе я не отдам.

* * *

Сявый открывает мне дверь Роминого джипа. Сажусь с опаской. Но машину эту я знаю, и Роман пока не сделал мне ничего плохого. Только вытаскивает, как обычно, из очередной зад… передряги

Сявый прикрывает дверь. С малышами мы остаемся наедине. Мальчики притихли и прильнули ко мне, как ласковые испуганные котята.

– Слышь, Сявый, это та баба! – раздается сиплый голос Фиксы.

Мужчины остались на улице, дымят позади автомобиля, но на улице настолько тихо, что я слышу их голоса.

– В смысле? Что за «та» баба?!

– Ну вот эта, с дитями! – кивает Фикса на меня. Сявый и бритоголовый одновременно встречаются со мной взглядами, и я поспешно отвожу глаза.

– Ты в курсе, что это баба Беса?! – рычит на него Всеволод.

– Да ладно! – сверкает передней фиксой противный мужик, и вдруг до меня доходит, отчего его зверская морда кажется мне знакомой! Это же… ох ты ж блин!

– Вот тебе и ладно. И что ты хотел сказать?

– Да это же она полмесяца назад в твою машину вхреначила!

Повисает немая пауза. Я вздрагиваю. Но быстро успокаиваю себя. Если даже Сявый признал, что я – «баба Беса», то ничегошеньки он мне не сделает.

– Брешешь! – удивленно заявляет Сявый.

– Вот те крест, вот те зуб! – делает характерные жесты руками Фикса. – Она за рулем была. И мальцы ее позади! И этот чудила в коридоре, тоже с ней был, мужик ейный!

– Хэх! – изумляется Сявый, – Ну и дела! Ладно, давай за руль!

Мужчины садятся в машину. Фикса за руль, а Сявый рядом с ним на переднее сиденье.

Заводят мотор.

– К-куда мы? – испуганно спрашиваю я.

Машина трогается с места, прижимаю сыновей еще сильнее. Чувствую себя мега дискомфортно. Мне неприятны эти люди, я откровенно опасаюсь их. Но Роман сам сказал спускаться в машину, а значит, он знает, что творят его Сявый и Фикса.

– Не трясись! – поворачивается ко мне Сева. – На квартиру едем.

– А… Бес в курсе, куда вы меня везете?

– В курсе. – хмыкает Сева. – Так это ты мне в зад въехала на драндулете?

– Простите. – не нахожу я ничего лучше, кроме как извиниться.

– А чего с места аварии скрылась? – как же нехорошо он на меня смотрит. Откровенно. На губы пялится, будто сожрать их хочет.

– Испугалась. – честно отвечаю я.

– А чего меня бояться? – новый смелый взгляд, теперь уже в декольте распахнутой куртки. – Я бабам больно не делаю. Если только от…

– Замолчите! – требую я рассержено. – Мы не одни здесь!

– Хм! – удивляется моей наглости Сявый, – Но все равно ты мне должна за тачку!

– Счет пришлите! Расплачусь с зарплаты, – не дрогну я.

– Не беру с баб денег! – морщится Сявый. – Но я подумаю, как именно ты вернешь мне долг. Не вечно же ты будешь с Бесом. Скоро наскучишь ему, как и все остальные. И вот тогда я стребую с тебя по полной! И за Альпы, и за тачку! И проценты… – оглаживает похотливым взглядом мои ноги в джинсах.