Глава семнадцатая

До двенадцати лет детство Алана Диксона можно назвать легким и безмятежным. Правда, родителей он видел редко и в основном время проводил либо с няней, либо в школе, либо с друзьями, чьи родители были такими же обеспеченными людьми. Проживал он в одном из самых богатых и респектабельных районов Ванкувера. И в принципе ничем не отличался от своих сверстников, разве что учился в элитной закрытой школе и мог в любой момент попросить родителей отвезти его отдохнуть на собственный остров. Другое дело, что не просил. Алан постоянно что-то изучал, познавал, читал. Гением его нельзя было назвать, но он очень цепко усваивал почти все знания. С детства ему внушали, что он станет наследником очень богатой корпорации.

А в двенадцать лет, катаясь на одолженном у приятеля скутере, Алан попал в аварию. Он не должен был находиться в том районе. И уж тем более он не должен был садиться на скутер, так же как и на мопед, и на мотоцикл. Единственное, что мать запрещала ему. Но Алан в силу подросткового упрямства отправился к другу, который жил в гораздо более скромном районе и с которым познакомился через социальную сеть.

В итоге Алан попал в больницу с многочисленными синяками и переломами. И самое страшное — с переломом основания черепа. Из-за чего впал в кому, которая длилась неделю.

Врачи разводили руками и не давали прогнозов. Подобные травмы не проходят бесследно. И когда Алан пришел в себя, то вокруг него постоянно был кто-то из медиков. Анализы, проверки, и снова анализы. Отец пригласил самых лучших докторов.

И Алан поправился. Да, выздоровление шло медленно, тжело, но осложнений пока никто не выявлял. Мальчик постепенно возвращал себе все навыки, мог самостоятельно дышать, разговаривал без задержки и не испытывал провалов в памяти. Паралич его также не коснулся. А спустя какое-то время Алан очутился дома, чувствуя себя абсолютно здоровым.

И оставался таким до восемнадцати лет. Когда случилась первая галлюцинация. Яркая и объемная. Затем еще… и еще. К зрительным прибавились слуховые. И тут уже Алан не выдержал и признался родителям, которые мигом нашли ему психиатра…

Лекси глотнула кофе и шепотом выругалась. Ей пришлось посидеть пару минут и набраться сил, прежде чем она смогла продолжить чтение.

Дальше пришлось изучать записи психиатра. Лекси с трудом пробивалась сквозь непонятные слова. И поняла только одно: у Алана начала развиваться шизофрения. Но тщательно подобранный курс лечения купировал болезнь. Причем так, что она полностью отступила. Во всяком случае, в записях психиатра упоминалось, что больше Алан с жалобами не обращался, а ежегодные консультации не показывали никаких отклонений.

И тут Лекси опустила планшет и задумалась. Итак, в наличие миллионер, больной шизофренией. Хорошо, подобное вполне вписывалось в то, что она видела в особняке. Получается, у Алана была очередная галлюцинация, когда он беседовал якобы с первой женой. В коридоре ночью.

Лекси потерла виски пальцами. А вот теперь картина не складывалась. Ведь психиатр уверял, что болезнь купирована. Но она своими глазами видела Алана, явно не в здоровом состоянии.

К моменту приезда Хантера, Лекси уже сломала себе весь мозг. Сидела и тупо рисовала на первой попавшейся бумажке красивые цветы, похожие на вытянутые крупные колокольчики. Такие были у того растения, в оранжерее. Оно все никак не давало ей покоя. Безумно хотелось залезть в Интернет и поискать. Но без Хантера она решила не рисковать. Мало ли…

Детектив же появился ближе к вечеру. Вспотевший, уставший и весьма озабоченный.

— Алан рвет и мечет, — завил, поставив на стол огромный бумажный пакет и тут же стягивая футболку.

— Не сомневалась.

Лекси заглушила в себе вспышку паники. Все хорошо, надо думать рационально. Страх только мешает. Но в ее глазах явно что-то отразилось. Потому что Хантер мигом присел и обнял ее, окутав запахом жары, мужчины и почему-то чабреца. Потом чмокнул в макушку и сообщил:

— Хрен ему, а не красавица. Я твое персональное чудовище, а не он. В общем. Этот козел везде разослал твои фото. Якобы вы слегка повздорили, а ты не отличаешься крепкой психикой, вот и удрала. Поднял на ноги всех, кого только мог. Сюда пока не добралась исключительно по причине того, что мы далековато от основной массы людей.

— Что теперь делать? Надо выбираться острова.

— Надо, — кивнул Хантер, — я думаю как.

— Самолетом не вариант. А паромом?

— Там тоже нужен паспорт. Нет, такими путями нам не выехать. Но! У меня тут много друзей, — Хантер ткнул себя пальцем в грудь, — И эти друзья — хорошие люди. Вроде у кого-то из них есть частная яхта. Я поспрашиваю завтра осторожно. До Афин добираться довольно долго, к тому же надо подумать, как тебя загримировать. Уверен, что твоя физиономия уже засветилась везде, где только можно. А это что?

Он взял в руки разрисованный Лекси листок. Та махнула рукой, чуть смущаясь.

— Да так, это то самое растение, про которое я упоминала.

— Да?

Хантер вертел листок в руках, щурился и едва ли не пофыркивал. Лекси же разглядывала его и все пыталась отыскать черты того мальчика из детства. Но не получалось. Хантер и Тери не желали складываться воедино. Тот был худеньким мальчишкой с очень короткой стрижкой и вечно сползающими шортами. А сейчас перед ней сидел широкоплечий поджарый хищник с внимательным взглядом.

И они переспали. Оно, конечно, мелочь в свете последних событий, но все же…

— Слушай, Дракоша… — протянул задумчиво детектив. Он поднял листок и прямо изучал рисунок.

— Такое чувство, что я его уже где-то видел

— Где?

— Если б я помнил где! Ты название там случайно не слышала?

— Если бы я слышала название, — мрачно проговорила Лекси, — то давно бы нашла его сама. У Алана огромная библиотека. И там есть справочники растений. Много справочников.

— Серьезно? Хм, забавно.

— Что забавно?

— Пока не знаю. Расскажи подробнее, что ты там видела. Я про растение.

Лекси рассказала. Пока длился разговор, Хантер не сидел, сложа руки, а развил бурную деятельность. Он одновременно ухитрялся варить кофе, доставать все из холодильника и что-то искать в планшете. Плюс то и дело задавал вопросы.

Лекси же отказалась от кофе, предпочтя холодную воду.

— Что ты там ищешь?

— Да кое-что хочу узнать. — пробормотал Хантер невнятно. Он жевал бутерброд и продолжал копаться в планшете, усевшись рядом с Лекси. Та сунула нос в экран и удивилась:

— Что ты ищешь?

— Да тут мне мой милый друг прислал всю инфу на Алана, в том числе и его список номеров телефонов, куда он чаще всего звонит. Черт, он болтливый!

Хантер что-то сделал на планшете и с довольным видом отложил его. Потом со стоном встал и потянулся, продемонстрировав тигриную гибкость.

— Устал, как собака, — пожаловался куда-то в потолок, — все, до завтрашнего утра можно расслабиться.

— В смысле?

— В прямом. Я программку запустил от моего друга. Она будет просматривать телефонные звонки Алана и сортировать. А утром мы увидим кому и когда, и как часто он звонил.

— Зачем нам это? — не совсем поняла Лекси. Если честно, ее больше волновал вопрос как поскорее удрать с острова. А потом уже все остальное. Она поймала себя на мысли, что постоянно косится в сторону двери. Вот сейчас зазвучат тяжелые шаги, а потом на пороге появится Алан.

У нее внутри все скрутило от страха. Даже руки затряслись, да так, что Лекси едва не выронила стакан. Зато воду расплескала.

Хантер молча отобрал у нее посуду, убрал на стол, а саму девушку крепко обнял. До треска в ребрах.

— Не бойся, — шепнул куда-то в теплые и пахнущие медовым шампунем волосы, — он тебя тут не найдет.

— Задушишь… — пискнула Лекси. Объятия немедленно были чуть ослаблены, так что писательница могла дышать. Но из мужских рук ее не выпустили.

— Завтра мы тебя загримируем, так, что мама родная не узнает, — сообщил Хантер, пересаживая ее к себе на колени. Лекси несмело коснулась его плеча. До сих пор не верилось, что этот довольно циничный и заматеревший мужчина — ее друг детства.

— Можешь трогать смелее, — хмыкнул тот в ответ на прикосновения, — привыкай к тому, что я рядом.

— М-м-м? — удивилась наигранно Лекси. Она погладила его крепкие загорелые плечи уже двумя руками, потом взъерошила выгоревшие волосы. Словно заново знакомилась с человеком. Через прикосновения и многообещающие взгляды.

— Дракоша, после твоего эпического танца в саду я точно влюблен по уши.

Бам-м-м-м — примерно с таким звуком на Лекси обрушилось признание в любви. Нет, до этого тоже случалось подобное, но вот от Хантера оно прозвучало по-особенному. Наверное, потому, что Лекси не ждала подобных вещей и еще не пришла в себя от признания насчет детства и так далее. Немудрено, что она икнула и треснула кулаком по его груди.

— Почему Дракоша? — только и спросила, вместо того, чтобы заорать: «Ты чего мне в любви признался?».

Нет, это уже правда смешно. Она такие сцены выписывает всегда в романах, что читатели дружно рыдают или умиляются, а тут сидит и… и все мысли просто ушли из головы. Вместо них царит полный хаос.

— Не помнишь? — прищурился Хантер, — Я тебя так и раньше называл. Ты, когда злишься, то пыхтеть начинаешь. Как дракон. Во! И сейчас начала!

Лекси постаралась дышать чуть ровнее. И не выдержала, расхохоталась, уткнувшись носом куда-то в район его шеи.

— У меня носовая перегородка чуть искривлена, — призналась, отсмеявшись, — но не думала, что настолько. Хантер, ты безнадежен. Девушке говоришь, что она сопит как дракон, а не как милый маленький ежик.

— Ежи топают, фыркают и кусаются.

— Драконы летают, стреляют огнем и жрут людей.

— Еще и гадят в воздухе, — подхватил Хантер весело, — напиши детектив, который начинается с того, как императора прибивает какашками дракона.

— Прекрати нести бред!

— Я хочу нести бред. Знаешь, как я мозги себе трахал, пока тебя искал. Мне нужно расслабиться хоть на одну ночь. Завтра опять в бой и до победного.

— Так вроде мы уже ночью расслабились.

— Это была репетиция, а теперь уже будет основное выступление.

Лекси согласно мурлыкнула, прижимаясь к нему. Да, Хантер прав, завтра будет новый день, в котором им придется нелегко. И нелегко будет еще долго, пока они не прижмут Алана. А сейчас надо просто немного расслабиться. Потому что в глубине души продолжал таиться страх. А Лекси отлично понимала: он им в битве поможет плохо. Лучше изгнать до конца, без жалости и сострадания.

Она приоткрыла губы, отвечая на поцелуй. Чуть прикусывала, изучала, знакомилась. Сегодня они с Хантером никуда не спешили и старались просто насладиться временем друг с другом. Взглядами, прикосновениями, тихим шепотом. Он вплетался в теплую атмосферу дома, который на время стал их маленькой личной Вселенной.

Лекси как-то не задумывалась на тему любви. Ей нравились парни, она любила описывать чувства, но, кажется, только сегодня смогла понять до конца, что же ощущали ее героини.

Она влюбилась? Пока непонятно, но растущее чувство внутри, такое сильное, что сдавливает горло, явно не легкое увлечение. И не просто благодарность к человеку, спасшему ее.

Они не пошли в спальню, а остались на диване, который раскладывался. И получалось вполне широкое ложе. Так на нем и заснули. Лекси закинула ногу и руку на уставшего Хантера, после чего поняла, что вот он — абсолютный комфорт. И уснула, щекой чувствуя спокойное сердцебиение детектива.

* * *

А с утра началось. Хантер разбудил Лекси в восемь утра, растолкав самым безжалостным образом. Пока она сидела и сонным взглядом обозревала полутемную гостиную в тонких лучиках пробивающегося сквозь ставни света, детектив уже успел сбегать в душ и одеться. И коршуном кинуться к планшету.

— Готово!

Ликующий вопль заставил Лекси моргнуть и все же вынырнуть из остатков сна. Организм после перенесенного стресса хотел спать. Он не понимал, зачем его будят так рано.

— Что готово?

— Номера готовы, сейчас посмотрим кто у Алана популярен! — с азартом откликнулся Хантер. Он уже вернулся на диван и погрузился в планшет с головой. Лекси посмотрела ему через плечо, увидела кучу цифр, мотнула головой и пробормотала:

— Я завтрак приготовлю.

После второй чашки кофе она окончательно проснулась и даже смогла здраво рассуждать.

— Ну что там? — поинтересовалась, подсаживаясь к Хантеру и протягивая ему стакан с водой. Пить хотелось постоянно.

— В основном работа и семья, — пробормотал детектив, — я просто сразу имена прогоняю по своей базе. Но! Вот тут месяц назад прикольная штука нарисовалась.

— Какая?

— Эти два номера. — показал Хантер и добавил задумчиво. — Один отсюда, с Крита. А второй принадлежит некоему Альберту Грину.

— Это еще кто?

— Вообще троюродный дядя нашего дорогого мистера Диксона, со стороны матери. А еще он довольно известный в Европе и у нас селекционер-генетик. Я тут нарыл в Интернете кучу ссылок на его статьи и работы.

— Алан говорил, что в их семье сильны родственные связи.

— Угу. Знаешь, мне мой чел скинул звонки Алана за последний год. Как-то прикольно у него родственные связи просыпались два раза за все время. То молчание полгода, а то вдруг истеричная череда звонков едва ли не каждый час в течение суток. А потом опять тишина.

— Нельзя судить только по звонкам.

— Нельзя, — согласился Хантер, — я хочу почитать про этого великого ученого. Но чуть позже, а сейчас мы с тобой приступим к очень приятному занятию.

— Ты за ночь не устал?

— Озабоченная женщина, — вздохнул детектив, — я имел в виду всего лишь то, что тебя надо загримировать. Хорошо, что тут я нашел прикольный магазинчик со всякими вещами для карнавалов и прочего. Ну а грим у меня всегда с собой. Идем на второй этаж, там светлее.

— В кого ты меня хочешь превратить? — с опасением спросила Лекси, которой не особо нравилась предвкушающая ухмылка Хантера.

— А вот увидишь! Спорим, тебе понравится!

Спустя почти четыре с половиной часа, когда Лекси уже поняла, что она дико сочувствует всем актерам и моделям, Хантер закончил и удовлетворенно прищелкнул языком.

— Я крут! — заявил он радостно и вытер руки прямо о футболку Лекси. Та стукнула его по пальцам и потребовала:

— Дай зеркало.

— Вон в углу стоит, любуйся.

Рядом с окном, между ним и стеной, стояло большое овальное зеркало. В старой раме со слегка облупившейся краской. С замиранием сердца Лекси подошла к нему и заглянула.

— Ох…е-е-е-е-пт. — только и смогла проговорить, так как на большее ошалевший мозг оказался неспособен.

Воображение у Хантера оказалось богатое. Ну или больное. Тут смотря с какой стороны посмотреть. В любом случае, к делу он подошел с размахом и вдохновением. И на Лекси сейчас смотрел абсолютно посторонний человек. От этого даже немного жутко становилось.

Парик — белые волосы, словно вытравленные самым безжалостным образом. Они прямыми прядями спускались до плеч. А еще густая челка, закрывающая весь лоб. Но это мелочи. Главное — лицо. Из зеркала на онемевшую Лекси смотрела сильно загорелая женщина, которой хорошо за пятьдесят. Но в пятьдесят можно выглядеть просто ошеломительно и заставлять мужчин оборачиваться вслед. А тут… нет, тут тоже явно бы оборачивались, но по другим причинам.

— Вашу… — дар речи, наконец, вернулся, — Хантер, блин, я выгляжу как порностар на пенсии!

— Так и было задумано!

— У меня морщины! — продолжала обалдевшим голосом Лекси, кончиками пальцев чуть касаясь лица. — Капец я просто шарпей! Хантер, как? Да меня за километр видно с этим загаром, волосами и шарами!

Она ткнула себя в грудь, которая волшебным образом стала пятого размера.

— Так и было задумано, — откликнулся Хантер, явно наслаждаясь реакцией Лекси, — смотри, вот представь, что тебе надо замаскироваться. Как ты это сделаешь?

— Ну очки темные надену, шляпу. Или под какую-нибудь старушку попробую замаскироваться. Или под бомжа. Ну не знаю! Что-нибудь незаметное!

— Вот! Типичное рассуждение. Думаю, Алан будет искать тебя и ориентироваться тоже на нечто подобное. Вряд ли ему придет в голову увидеть свою беглянку в роли богатой пожилой дамы с двумя альфонсами. Да еще вылезающей из крутой тачки. Он же думает ты тут одна.

— А где ты взял это платье? — поинтересовалась Лекси. Платье было длинным, белым и с огромным вырезом. Честное слово, почти до пупка.

— Говорю же, у меня много друзей, которые не задают лишние вопросы. Так, если готова, то давай потихоньку выбираться. Пора сваливать с острова.