Глава 23

Мурад

– Мурад, вставай, – звала меня Аля, но всё, на что хватало моих сил, так это приоткрыть один глаз и взглянуть на эту ведьму. Прав я был, подозревая ее в том, что она приворожила моего ребенка. Теперь я и сам пал под ее чарами. Ночью так умотала меня, что даже на утреннюю пробежку сил не нашлось.

Пощады ночью просила она, а выжатым себя ощущаю я. И удивительнее всего было то, что стоило мне бросить на нее взгляд, и я снова ее хотел!

– Иди сюда, – схватил я ее за руку и подтащил к себе. Она только что вышла из душа, одетая в коротенький халатик и пахнущая так, что я просто оказался не в силах побороть соблазн, который она для меня представляла. – Как ты сладко пахнешь… – простонал я, накрывая губами бьющуюся на ее шее жилку.

– Мурад! Ты и так опаздываешь! – рассмеялась она, но не оттолкнула. Запустила пальчики мне в волосы и массировала кожу головы. Сейчас даже было страшно представить, что я по собственной глупости мог упустить эту женщину. Никогда и ни к кому я не относился с таким трепетом, как к Але. Мне всё время хотелось трогать ее, ласкать, дарить ей радость, чтобы улыбка не сходила с ее уст.

– С тобой я готов вообще на работу не ходить, – прижал я ее крепче к себе, не в силах насытиться своей женщиной. – Я…

– А-а-а-а, – раздалось из радионяни, и Аля, быстро выпутавшись из моих объятий, побежала в детскую, так и не дав мне закончить.

– Да уж, вот они – реалии семейной жизни, – пробурчал я, вставая и тоже направляясь в душ, ночью мы так и уснули после очередного раунда, не сумев добраться до ванной комнаты.

Быстро побрился, ведь в самом начале наших отношений заметил, как остро реагирует кожа моей жены на жесткую щетину, а оставлять на ее белой коже раздражение мне совсем не хотелось.

– А вот и мы! – вошла вместе с малышом в комнату Аля как раз в тот момент, когда я вышел из ванной. – Как же все-таки хорошо, что не нужно спускаться на кухню, чтобы приготовить ему бутылочку! Ты просто чудо! – улыбнулась она мне.

После того как Богатырь прервал нас ночью прямо во время процесса, требуя бутылочку, мне пришла в голову идея поставить электрический термос в его комнату, чтобы не бегать каждый раз вниз, ведь для этого Але приходилось одеваться, на что уходила куча времени.

– Й-и-й-и-и-и! – принялся издавать смешные звуки сын, когда жена положила его на кровать. Он уже начал ползать и вести себя поактивнее.

– Молодец! – похвалила его Аля, хлопая по попке.

– Кажется, нашему лентяю понравилось ползать, – заметил я, вытираясь и натягивая трусы.

– Ему просто нравится, что он может теперь сам доползти куда ему надо, – улыбнулась моя красота.

– А куда ему надо? – удивился я.

– Ко мне… – явно смутившись, пожала она плечами.

– До тебя и я бы дополз… – наклонился я к ней, срывая с губ поцелуй.

– Я-й-й-й! – тут же прилетело возмущение от нашего собственника.

– Ах ты, маленький ревнивец! – рассмеялся я, хватая недовольного сына на руки. Султан просто с ума сходил от возмущения, когда я целовал Алю. – Это, между прочим, моя жена! – держа его над своей головой, сказал ему я.

– Яй! – замахал он ручками, не выглядя убежденным.

– Ты и так проводишь с ней весь день! – попытался я привести аргумент.

– Вы еще подеритесь, – закатила глаза жена, вставая и, быстренько стянув халат, одеваясь в приготовленное заранее платье. – Давай его сюда, мы пойдем посмотрим, как там сборы Хади, а ты одевайся и спускайся на завтрак, – забрала она сына, но не уходила.

– Что? – видя, что она мнется, приподнял я бровь.

– Будь, пожалуйста, терпелив с сестрой. Она ужасно нервничает и волнуется, подбодри ее…

***

– Хади, не переживай так, – начал я следовать совету жены, как только мы с сестрой уселись в машину и направились в офис. – Мы же не чужие, не стоит так сильно волноваться. На тебе лица нет.

– Мне не нужны поблажки, Мурад, – встрепенулась она, наконец разжав крепко стиснутые на коленях пальцы. – И так хватит проблем с тем, как ко мне будут относиться твои подчиненные.

– Наши, наши подчиненные, – поправил я ее. – А как к тебе должны относиться? – полюбопытствовал я, с интересом глядя на нее.

– Ты что, брат, не понимаешь? – покачала она головой. – Скажут, что ты меня по блату пристроил.

– Так и есть, – пожал я плечами, – руководитель я или кто? И что? Кого это должно волновать? Моя компания. Что хочу, то и делаю. Хочу – всю свою семью на работу устрою к себе в компанию.

– Но всё равно, – вздохнула она, не успокоенная моими словами, и опустила взгляд с грустью и тревогой, – будут много говорить.

– Пусть болтают, – поморщился я, отмахиваясь от беспокойства сестры, – поговорят и перестанут. А если не угомонятся, пойдут на выход. Они должны работать, а не сплетни разносить целыми днями. Советую тебе лучше подумать о том, чтобы научиться быстро выполнять мои поручения. Спуску я давать не стану, – предупредил я абсолютно серьезно, – так что можешь не переживать насчет поблажек. Их я не делаю.

– Даже не знаю, угрожаешь ты или успокаиваешь, – хмыкнула сестра, заулыбавшись.

Вот и хорошо, значит, успокоилась.

***

– Это мой новый зам, – представил я ее, собрав в конференц-зале топовых менеджеров, – а также моя сестра по совместительству. Хадижат пару недель будет входить в курс дела, а потом мы с ней определим те направления, которые ей особенно интересны. Вопросы есть? – обвел я сосредоточенные лица взглядом и, не увидев желания что-то спрашивать, кивнул. – Вопросов нет. Можем работать.

– Брат, ты такой строгий, – улыбнулась сестра, уже в кабинете принимая чашку кофе от моей расторопной секретарши и благодаря ее за усердие.

– Иначе никак, тебе тоже нужно быть такой, – посоветовал я ей, отпивая глоток бодрящего кофе из фарфоровой чашки. – Двух недель тебе хватит на адаптацию?

– Мне и пары дней хватит, – храбрилась она, но я-то видел, как ей сложно и пока очень непривычно.

– Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь. Не будем торопиться. Давай начнем с того, что я расскажу тебе о наших основных направлениях… – начал я учить ее, и она со рвением принялась вникать в дела компании.

***

– О, неужели уже обед? – встряхнул я рукой, чтобы посмотреть на часы. – Ничего себе мы заработались. Вот поэтому мне и нужен зам, – стал я разминать затекшую шею и мечтая о нежных руках своей жены, ласково массирующих ее после долгого рабочего дня.

– Что у тебя с лицом, брат? – отвлекла меня от грез сестра, складывая разбросанные по столу листы бумаги. – Об обеде мечтаешь?

– Мечтаю о времени, когда ты всему научишься и сможешь меня подменять, – поделился я с ней своими планами.

– А ты чем будешь заниматься? – удивилась она такому повороту в нашем разговоре. Да и я сам удивился. Так противился тому, что сестра будет мне помогать, а теперь уже подумываю о том, чтобы урвать больше свободного времени для семьи.

– Я человек семейный, но своих вижу только вечером и в выходные. Такими темпами всё детство Султана пройдет мимо меня, да и в свадебное путешествие мы не съездили, – признал я со вздохом, думая о том, как неприхотлива Алия. Ведь ни словом не упрекнула, приняла как должное мою полную занятость, то, что она больше не работает, сносила всё без единой жалобы. Чудо, а не жена.

– Тут ты прав. Такое золото, как твоя жена, нужно холить и лелеять! – всплеснула руками сестра. – Бог тебя наградил, послав такую умницу и красавицу, – совершенно искренне нахваливала она Алю. – Вот и порадуй ее, съездите куда-нибудь. А я приложу все силы, чтобы быстро научиться тебя подменять.

Аля

– Ну всё-всё, – тихонько приговаривала я, качая Пухляша на руках. У моего бедного малыша прорезывался очередной зубик, и, в отличие от прошлого раза, этот проходил очень болезненно и беспокойно. – Скоро всё пройдет, мой хороший, – поцеловала его в лобик.

– Уммм… – закряхтел он, пряча лицо на моем плече.

– Давай-как еще раз помажем тебя мазью, – взглянув на часы, проговорила я. Пошла на кухню, помыла одну руку, так как выпустить своего малыша из рук не представлялось возможным.

Взяла с полочки мазь и направилась обратно в гостиную, где мы проводили вечер. Мурад с мамой и сестрами ушли к родственникам, у которых родился ребёнок, а я под предлогом того, что у меня болит голова, осталась дома.

Страх того, что, увидев младенца, мама начнет говорить о втором ребенке, был слишком сильным, чтобы идти с ними на такое мероприятие.

К своему удивлению, я поняла, что боль от невозможности дать жизнь своему ребенку ослабла, ведь я уже стала мамой. Я бы не променяла своего Пухляша ни на одного ребенка, даже если бы родила его сама.

– Ты моя бусинка, – сев на диван, выдавила я себе на палец гель и начала массировать его десны. – Вот он, хулиган, мучающий моего Пухляшика, да? – начала я ласково, нащупав зуб, который никак не мог прорваться сквозь десну.

– Агу! – словно понимая, кивнул малыш. Даже не верилось, что ему скоро девять месяцев! Как же быстро летит время…

– Аля? – отвлек меня раздавшийся с порога голос Мурада.

– Ой! Ты чего вернулся?! – удивилась я, ведь они уехали всего минут сорок назад!

– А что мне там делать? – пожал муж плечами, подходя к нам. – Поздравил, вручил подарок, а маму с сестрами заберет водитель. Как твоя голова?

– Уже получше, – безбожно врала я, ведь голова у меня не болела.

– Давай я возьму его? – снимая пиджак, предложил Мурад.

– Лучше не надо, – улыбнулась я, когда он сел рядом и поцеловал меня в затылок.

– Ты ела? – запустил он руку в волосы и стал массировать мою голову, из-за чего я ощутила свою вину. Муж всегда был таким заботливым, а я…

– Нет еще, – прижалась я спиной к его груди, чувствуя себя такой же прилипалой, как Пухляш. Но что я могла поделать, если мне всё время хотелось ласки от Мурада и он мне ее предоставлял? – Надеялась сначала его успокоить.

– Бедняжка мой, – прошептал Мурад, гладя сына по головке. – Зато будет чем жевать, да, Богатырь? Не всё же тебе есть пюрешки и кашу?

– Умхм… – взглянул мой мальчик влажными глазками на отца.

– Ты только посмотри на него! – не сдержавшись, осыпала я его поцелуями. – Вот как можно быть таким сладким?! Так бы и съела! – рассмеялась я, когда он начал балдеть от моего внимания.

– Никогда не видел ребенка, не раздражающегося от поцелуев, – покачал головой Мурад. – Точно весь в меня, – игриво прошептал муж, отодвигая мои распущенные волосы и накрывая губами изгиб плеча.

– Я-я-яй! – заметив вторжение на территорию, которую считал своей, пискнул мой малыш.

– Моя мама! – показал сыну язык Мурад, заставляя своими словами пуститься мое сердце вскачь. Муж всё время называл меня мамой Султана.

– Вот зачем ты его дразнишь? – покачала я головой, пытаясь не выдать своего состояния.

– Он такой забавный в своем возмущении, – лишь хмыкнул Мурад. – Ладно, давай я пойду позабочусь об ужине.

– Лейла должна была оставить всё на плите…

– Отлично, принесу сюда на подносе и буду тебя кормить… – встал он, а потом развернулся и поцеловал меня, не обращая никакого внимания на поднятый сыном ор.

– Хватит, невозможный! – рассмеялась я, отворачивая голову.

– Зато он отвлекся от боли, – подмигнул мне муж, прежде чем ушел на кухню. Вот как мужчина может быть таким идеальным?

***

Спустя месяц, когда беспокоящие Пухляша зубки благополучно вышли наружу и наш малыш перестал мучиться от боли, Мурад неожиданно пришел домой раньше обычного. Надо сказать, что он всё чаще мог уделять время семье, так как его сестра довольно-таки быстро вникла в дела и с удовольствием и рвением его подменяла.

Не скрывая восторга, я подошла к мужу и поцеловала его в губы.

– Решил снова устроить себе выходной? – игриво подмигнула я ему.

– Не совсем, – улыбнулся он с искрящимися радостью глазами. Поцеловал ребенка в лобик и открыл свой портфель, что-то доставая из него.

– Что это? – с любопытством подошла я к нему и всмотрелась в продолговатые картонки, которые он мне показывал.

– Это путевки в семейный горный пансионат, – обрадовал он, вручая мне их.

– В горы? Мы поедем в горы? – воскликнула я, не сдержав ликования.

Мой муж обожал делать сюрпризы, и в который раз он меня побаловал. Но этот был самым лучшим из всех, которые он делал. У нас не было свадебного путешествия как такового, да я бы и не поехала в дальнюю дорогу вместе с ребенком, чтобы не заставлять его переносить все тяготы путешествия, и уж тем более не полетела бы на самолете, поэтому Мурад подобрал самый оптимальный вариант.

– Я хотел сделать тебе сюрприз и просто привезти вас туда, – признался муж. – Но понимаю, что такие поездки нужно подготавливать. По-любому тебе понадобится время.

– Да, – согласилась я. – Хорошо, что ты предупредил меня! Мне нужно собрать вещи, я даже пока не представляю, что брать с собой. Нужно же какие-то лекарства взять. Вдруг с ребенком что-то случится, – забеспокоилась я, наморщив лоб.

– Не нужно переживать. Это оздоровительный пансионат с хорошим штатом квалифицированных врачей. Поэтому, если что-то случится с Пухляшом, хотя я уверен, что всё будет в порядке, они окажут помощь на месте.

У моего мужа была поразительная способность всегда говорить уверенно и со знанием дела, что успокаивало мои страхи, он вселял и в меня эту уверенность. И когда я собиралась в поездку, не думала ни о чем плохом, наоборот, предвкушала, что мы проведем вместе несколько прекрасных дней, которые навсегда останутся в памяти.

Вскоре мы добрались до чудесного местечка на лоне природы. Между двух вершин, окруженных туманной дымкой, блестело как зеркало горное озеро. Несколько одноэтажных домиков с красными крышами расположились между ними, выглядя издалека как домики для гномов.

Я просто ахнула, когда вышла из машины, вдыхая чистейший воздух. С лица не сходила улыбка, муж деловито нес вещи, а Пухляш рассматривал всё вокруг. Когда мы заселились в уютный дом со всеми удобствами, малыш никак не мог уснуть с дороги, и поэтому мы решили прогуляться и тем самым его укачать. Шли по небольшой аллее и любовались видами.

– А он что здесь делает? – прорычал вдруг Мурад, привлекая мое внимание, я даже сначала не поняла, про кого он говорит, а когда повернула голову в том направлении, куда он устремил свой грозный взгляд, увидела своего бывшего мужа.

Вместе с женой и ребенком тот шел нам навстречу и пока нас не замечал. Я просто остановилась в ступоре и стояла, не зная, что предпринять. Настроение, которое до этой минуты было отличным, резко испортилось.

– Теперь нам придется уехать, – пробормотала я, с опасением посматривая на Мурада. Он выглядел просто взбешенным.

– Почему это нам нужно будет уехать? – вскинулся он. – Пусть этот урод уезжает! – рассвирепел он, рассматривая моего бывшего мужа в упор. Тот, в свою очередь, обратил внимание на нас, заметив, как мы приближаемся.

Как бы я ни была счастлива с Мурадом и нашим сыном, во мне всё равно продолжала жить боль. Рана, которую нанес мне Карим, была слишком велика и еще, увы, свежа. И когда я его видела, каждый раз он напоминал мне о прошлом. И сейчас я снова вернулась во времена, когда он унижал меня. Когда предложил стать второй женой. Большего унижения я еще не переживала в своей жизни.

Он словно напомнил о том, какой жалкой я была. Жертвовала всем, терпела ужасный характер его матери, мирилась со своей серой жизнью в его тени, чтобы в конце концов он просто взял и отбросил меня, сбросив со счетов, как бракованную вещь!

– Пожалуйста, я не… не хочу ругаться… – не сдержавшись, всхлипнула я. Мысль о том, что сейчас Карим подойдет и начнутся очередные разборки, была просто невыносимой.

– Аля… – начал было грозно муж, но, переведя на меня взгляд, запнулся. – Черт, ты вся побледнела!

– Мне нехорошо с дороги, – сглотнула я, почувствовав подступающую тошноту. – Пожалуйста, давай просто вернемся в номер… – попросила я, умоляюще смотря на него.

– Хорошо, идем, – взяв под локоть, повел он меня прочь.

К счастью, Пухляш, словно почувствовав мое состояние, заснул сразу же, как только мы вступили за порог нашего домика. Муж сам уложил его, пока я была в ванной, пытаясь с помощью умывания с холодной водой побороть тошноту.

– Довела себя черт знает до чего из-за этого недостойного! – выговаривала я себе, смотря в зеркало.

– Как ты? – спросил Мурад, стоя у окна. Он весь был напряженным, что мне совершенно не нравилось, ведь это так отличалось от того благодушного состояния, в котором он прибыл сюда. И всё из-за меня, я, как всегда, всё только порчу… – Ну чего ты, Алюш? – тут же подошел ко мне Мурад.

– Я испортила нам отдых, – не сдержавшись, всхлипнула я, роняя слезы. – Мы были так счастливы, а сейчас…

– Вот еще! Мы и сейчас счастливы! И какой-то придурок не испортит нам отдых! – прорычал он, обнимая меня за плечи и прижимая к себе.

– Но… ты злишься, – тихонько прошептала я, цепляясь за его блейзер.

– Злюсь, – признал он. – Злюсь и ревную.

– Но почему? – не поняла я.

– Забудь, давай закажем ужин и съедим его у камина, как я и планировал. Я не хочу тратить наше время на обсуждение твоего бывшего мужа, – напряженно проговорил он, и я не решилась продолжить свои расспросы. Мурад прав, слишком много чести Кариму, чтобы снова говорить о нем.