60 глава

Тимур пришел на работу вовремя, даже слишком вовремя. Настроение не важное, но своим внешним видом распугивать клиентов не собирался. Выпил чашку кофе, а потом постарался зарыться с головой в бумаги. Не получалось, не давало спокойствия воспоминания о вчерашней встрече с Алисой. Вроде бы столько всего хотел сказать, но, взглянув на выражение лица жены, понимал, что она до сих пор на него обижена. Да и засос, как мужчина его не пытался спрятать, отлично светил всем на зависть. Чернов подозревал, что этот поступок надолго отложится в голове Алисы. А что он мог поделать? Алкоголь, вкупе с дикой ревностью, обидой, сделал своё черное дело.

А теперь, когда доктор запретил интим, понимал, что поедет крышей. Поедет, но налево его уже не тянуло, хотелось какой-то стабильности, взаимопонимания. Но как им этого добиться, когда все слова застревают в горле, а говорить много и красиво он не умеет.

Приход тёщи не стал сюрпризом. Палыч вчера отрапортовал о том, что его голове грозила опасность. Не готовился к сегодняшнему приходу, но и не прятал голову в песок.

Мужчина отложил бумаги в сторону и откинулся на спинку кресла, рассматривая взвинченную женщину, от души желавшую донести к его тупым мозгам своё пренебрежение.

— Серьёзный разговор есть, зятек, — с порога решила брать быка за рога, закрыв за собой дверь. В глазах был лёд. — Ты совсем из ума выжил? Ты о ней подумал, когда ребенка ей делал?!

— Она моя жена, и когда именно делать ребенка, не ваше дело. Алиса — взрослая девочка.

Не стал уточнять, что девочка, которая умеет хорошо трахаться, которая так же во всем виновата, как и он. Свела его с ума, подсадила на секс, а теперь как обухом по голове — известие о ребенке. Неожиданно, но что если это шанс построить новые, более крепкие отношения, попробовать сделать хоть что-то нормальное в своей жизни.

— Ты думаешь, я не знаю, на каких условиях ты заключил договор с моим отцом? — вскинула бровь она. — Жена, ага, знаем. На год. А дальше что?

Инна испепеляла злым взглядом Тимура.

— Совместное родительство организуете со взрослой девочкой?

Тимур молчал до тех пор, пока Инна не устала бросать ему в лицо обвинения. Её негодование понятно: единственная дочь, любимица. Вот только не он эту игру затеял, не он заложил первый кирпичик в основу их с Алисой брака. Чутье Тимуру подсказывало, что всей правды теща не знает, и если не знала по той причине, что Смирнов не удосужился вовлечь дочь в семейные тайны, так тому и быть. Сдавать с потрохами деда не хотел, чего уж после боя руками махать… поздно.

— Может вам лучше заняться личной жизнью, а не сунуть нос в жизнь своей дочери? Я вас уверяю, ничего подобного в своем доме не потерплю, вам лучше смириться, принять всё, как есть. А Алиса будет делать так, как решит сама. Пока что она лично согласилась носить такое же кольцо, ещё там, в больнице.

Тимур поднял правую ладонь и показал женщине дорогое кольцо, которое ему собственными пальчиками надела Алиса.

Инна видела на пальце дочери кольцо, и сейчас увидела такое же на пальце Тимура. Она не понимала. Она видела, сколько спеси в этом парне, и не видела в тот первый вечер ничего, похожего на любовь, в его глазах. Алиса же прекрасно умела заставить всех поверить в свою игру.

То, как пренебрежительно он командовал тем, что он будет разрешать или не разрешать, взбесило ещё больше. Да кто он такой, сопляк ещё, чтобы так с ней разговаривать.

— Моя личная жизнь тебя не касается, а вот меня касается ваша. Я — бабушка этого несчастного ребёнка и мать твоей жены. И я должна знать, в какие руки попал МОЙ ребёнок. Станешь отцом — поймёшь, и дай бог вам такую же девочку, как твоя жена, — блеснула глазами, сжав сумку и с трудом подавляя желание влепить ей по его холеной морде.

— Почему это мой нерожденный ребенок уже несчастный? Вы на что намекаете, — гаркнул Тимур и соскочил с кресла, швыряя на пол бумаги.

Инна отпрянула назад, когда зять вдруг вскочил. На секунду женщине стало страшно от того, как резко произошёл срыв. Она, конечно, поняла, что зарвалась, но не так же реагировать бешено.

— Потише, парень, — выдала, стараясь не показать своё замешательство и испуг, — что за тон, что за прыжки? На Алису ты так же скачешь? Так не диво, что она в больнице!

— Не ваше дело, что между нами происходит, — сузил глаза, сжав пальцы в кулаки, ему безумно хотелось распахнуть дверь и вытолкать зарвавшуюся гордячку из кабинета, и плевать, что перед ним мать его жены.

Эта женщина должна фильтровать поток своих слов, и не валить всю вину на него. Да, он во многом виноват, но не он один замешан в этой куче говна.

— Она решила остаться со мной, значит не всё так хреново, как вас со стороны привиделось, правда же, мама, — сократил между ними расстояние, ехидно всматриваясь в глаза Инны, — а если вы надумаете настраивать её против меня, то обещаю, несчастного ребенка вы будет видеть как можно реже. А мы будем учиться делать его счастливым, и воспитывать вместе, не так, как это было у вас, МАМА.

Инна тоже сузила глаза, глядя, как он приближается, и слушая угрозы. С этих угроз ей было смешно. Настраивать Алису против него, ага, та которую настроишь. Единственный человек, против которого ей удалось настроить Алису за всю её жизнь, это она сама. И знай Алиса, что она тут, не сносить ей головы.

Впрочем, Инна услышала, что хотела. Она услышала, как он рьяно защищает своё нерожденное дитя и свою Алису. Возможно не так уж он пропащий, в конце концов?

Инна не успела ответить, потому что дверь открылась, и вошёл Андрей. Он бегло посмотрел на бодающихся зятя и тёщу и вежливо спросил:

— Не помешаю?

— Нет, — ответила Инна прежде, чем рот успел бы открыть Тимур. — Он весь твой, я как раз ухожу.

Бросила, бегло взглянув в лицо злого зятя, и направилась к двери. Её этюд окончен и нужно бежать, пока Андрей будет занят с Тимуром, чтобы не касаться их собственной запутанной ситуации.

Тимур пытался перевести дыхание, которое сбилось, после такой пламенной речи. Инна всколыхнула в его душе протест, который мог разрастись до ужасных размеров, если бы их не прервали. Как никогда Чернов был благодарен Андрею, который крутился рядом. Тимур видел, как Зимин несколько раз хмурился, рассматривая сцену, разыгравшуюся в кабинете, вот и стоял на подхвате.

— Да, да моя тёща уже убегает, дел у нее много, — бросил иронично и вернулся в кресло, насмешливо представляя, куда именно она теперь побежит: к парикмахеру, или в очередной бутик.

Оказывается, он ничего не знает о жизни Инны Высоцкой, не знает, но интересно было бы узнать.

Тимур был удивлен, когда вместо того, чтобы пройти к нему, Андрей вышел за Инной. Встал с кресла и подошел к окну, увидел, что Зимин догнал Инну у автомобиля и взял её за руку, что-то эмоционально рассказывал. Это было очень интересно.

— Постой, нам нужно поговорить, — пытался не сильно громко говорить Андрей, пока были в помещении, чтобы не привлекать внимание парней. — Ты могла ответить вчера, что у тебя нет возможности встретиться. Я бы все понял.

— Я не могла ответить, — сказала как-то резковато, в голосе не хотела, а проскочил какой-то надрыв. — Алиса в больнице, я совершенно ни о чём больше думать вчера не могла.

Использовать ситуацию дочери в качестве отмазки очень низкий и дешёвый трюк, она понимала это. Но когда он держал её запястье, не давая уйти, смотрел своим проникновенным взглядом, ей было стыдно признаться в своих истинных намерениях.

И как жало осы вдруг кольнули слова зятя о том, что ей бы со своей жизнью разобраться прежде, чем лезть в Алисину.

— Прости, — сказала вдруг смиренно, накрыв его руку своей ладонью. — Мы можем это исправить?

Андрей не хотел выглядеть дотошным, настырным, но сейчас, когда всё стало известно, понимал, что сутки в раздумьях заставили его принять важное решение: мужчина хотел действовать. Уж лучше попробовать, чем наивно думать, а получится ли у них и спасовать. Инна другая, не той породы, но что-то внутри йокнуло, задело струны остывшего сердца. Неужели его в сорок пять настигло новое чувство? А оно его накрыло, потому что вначале, услышав слова Инны о дочери, сердце ухнуло в пятки, но когда на её лице появилась едва заметное смущение, встрепенулся, слушая её слова. Единственное, что сделал в этот момент мужчина — притянул Инну к груди, жадно впиваясь губами в сладкие губы.

Чернов поперхнулся водой, которую прежде налил в стакан и с жадностью пил, рассматривая пару.

— Стерва, — вытащил мобильный и сделал несколько снимков, для семейного архива.

Почему-то в этот момент Тимур облегченно вздохнул. Зимин — тот человек, который от своего не отступится. Так пусть же его тёща занимается сексом, чем трахает мозг и ему, Тимуру, и Алисе.