53

Алена

Мы приезжаем в родительский дом Антона на день раньше, чем все остальные братья. Признаюсь, что так мне немного спокойнее.

У Антона большая семья… Я уже знаю Артура и Анну – с девушкой мы очень тепло общаемся. Старший брат Антона отнесся ко мне весьма доброжелательно.

Но я все–таки нервничаю перед знакомством с остальными Щербинскими... Еще четыре младших брата, наверняка каждый из них с характером. Как они отнесутся к женитьбе старшего?

Я не волнуюсь – Антона вряд ли можно сбить с пути. Но все–таки момент важный…

Их дом – произведение искусства. Он чем–то напомнил мне старинный темный замок, немного мрачный в пасмурном осеннем небе Сибири.

Таким же мне показался и его главный хозяин – Антон Андреевич Щербинский.

Он поприветствовал нас довольно–таки сухо… Вежливо поздоровался со мной, а в сторону старшего сына лишь хмыкнул. Это немного заморозило обстановку вокруг…

Спасла ее милая Алла Григорьевна. Вот кто безоговорочно был видеть сына! Да и меня… Она обнимала нас, кажется, одинаково тепло и с любовью.

– Антошка, вот это да! Не думала, не гадала, что ты в России… Тихушник! Молодец, что приехал. Да еще как приехал – с невестой! Вы представляете, Ален, в этом году почти все мои сыновья решили жениться! Такое счастье!

Женщина радуется так искренне.

Я выпытала по дороге у Щербинского про его семью – его мать и отец давно вместе, вырастили пятерых сыновей. И к сыну от первого брака, Артуру, Алла Григорьевна всегда относилась с любовью.

Она давно не работает, а когда все дети выросли, Алла некоторое время жила в теплой стране. Дома была лишь наездами. В свободное время к ней приезжал муж.

Не знаю, было ли это по причине их отношений, или женщина просто устала, но сейчас она вернулась назад – женить сыновей, нянчить внуков.

– Ален, ты что это, скисла? – говорит мне улыбчивая мама, когда Антон уходит позвонить. – Из–за этих, что ли? – она кивает на кабинет мужа. – Не переживай, они разберутся. Им не впервой.

– Да… – бормочу. – Я притомилась с дороги.

– А может, поспишь? Я, когда Антошкой ходила, тоже много спала. Он первый. Это потом уже не до сна было!

– Да… Я, наверное, посплю…

Меня правда то ли от переживаний, то ли от дороги дико клонит в сон. Слабость, нужно беречься.

– Идем.

Хозяйка приводит меня в комнату, отделанную теплым деревом.

– Вот, я для вас гостевую приготовила. У Антона здесь нет своей комнаты – мы переехали в этот дом, когда он уже в Москве учился.

– Понятно…

– Приляг и спи, сколько хочешь.

Я улыбаюсь.

Забота и доброта Аллы Григорьевны окутала меня, словно мягким покрывалом, и я действительно долго сплю. Просыпаюсь, когда на улице сумерки.

Вот это да! Мы же приехали утром! Быстрее встаю, пью воду из заботливо оставленной для меня бутылочки минералки. Вроде бы даже нет тошноты.

Выхожу из спальни. Где–то вдалеке раздаются голоса людей.

А мне навстречу... Что? Я что, еще сплю?

От лестницы по коридору деловито шагает бабушкин кот, Егорка. Или просто похожий? Но белое пятно на щечке его!

Это что, осознанный сон? Щиплю себя легонько, но не просыпаюсь.

Беру кота на руки, прижимаю к себе и с предвкушением в сердце иду по лестнице вниз.

Боже, действительно, все наяву! В гостиной сидит моя бабушка.

– Аленка! – она сразу встает, бежит ко мне и раскрывает объятия.

Я шмыгаю носом, обнимаю ее маленькую фигурку.

– Ты как здесь оказалась?

– На самолете летела, – гордо провозглашает старушка, – бизнес–классом!

Смотрю за ее плечо. Алла Григорьевна улыбается, ее муж смотрит с легкой насмешкой.

Антон встает и подходит ко мне.

– Это сюрприз.

– Как?... – я хоть и улыбаюсь, но все еще растеряна.

– Ты приехала, чтоб познакомиться с самыми близкими мне людьми. Я решил, что твой близкий человек тоже должен быть рядом, и...

– Подожди, подожди! – останавливает сына Алла Григорьевна. – Не вываливай на нее сразу все новости. Наша будущая мамочка только встала, ей необходимо перекусить. Давайте ужинать.

Я пересекаюсь взглядом с бабушкой. Повисает тишина. Алла Григорьевна ахает:

– Ой, ты еще не говорила бабуле? Прости, я уже все разболтала!

Ну как на нее можно обижаться?

– Ладно, ничего…

Я улыбаюсь, а бабушка так и светится от счастья.

– Да, мы со сватьей уже все обсудили!

Вот шустрая!

Ужин проходит в теплой атмосфере. Даже Щербинский–старший, как будто оттаивает.

Он ведет беседу с моей бабулей. Вспоминают старые времена, говорят о Москве, о Новосибирске, Красноярске. Немного о политике – куда без этого.

Алла Григорьевна больше молчит или что–то тихонько говорит сыну, подкладывая ему вкусные кусочки.

Антон явно не маменькин сынок, но все равно останется для нее ребенком. Сейчас, когда во мне зарождается новая жизнь, я как никто другой это все понимаю.

– Ну, что, чайку? – предлагает хозяйка.

Когда ужин закончен, мы перемещаемся в уютную, хоть и темноватую гостиную.

У них нет постоянной прислуги, и я предлагаю Алле помощь, чтобы накрыть чай.

Но внезапно меня останавливает Антон Андреевич:

– Ничего, они с бабушкой помаленьку накроют. А вы идемте–ка со мной в кабинет.

Переглядываемся с Антоном.

Тот хмурится, а я просто не могу поверить, что в такой момент его отец может сказать что–то плохое.

– Пап, пусть Алена останется.

Ну вот, теперь мне страшно.

– Не ерунди, – обрывает Антона отец. – Дело касается вас обоих.