Глава 10

Артём. Так, быстро я никогда не передвигался. Не помню, как выскочил из временного офиса, понятия не имею, как сумел, на громадной парковке, так быстро отыскать свою машину, а когда встал в огромную пробку, чуть не взвыл в голос. Нервы были на пределе. Пока я тут стою, отец что угодно может делать с Катей. Нет, в том, что он не причинит ей физического вреда, я был полностью уверен, но моральный никто не отменял. Зная, как мой отец может давить психологически, я боюсь, что Катя не будет готова к такому. Главное, чтобы этот урод не добрался до Мишки. Издеваться над ребёнком я ему ни за что не позволю. Я был готов открутить ему голову на месте, не дай боже, если увижу, что он навредил сыну и Кате. Дорога до Кати без пробок занимала около часа. Спустя минут тридцать, я был готов свернуть в ближайший двор и бежать на метро, правда, с учётом того, что я находился на автомагистрали, бежать мне тут было некуда, разве что рыбкой с моста. Здраво рассудив, что это никому сейчас не поможет, истерически вспоминал, кому бы позвонить, чтобы отправить побыстрее до Кати и тут внезапно вспомнил, что дома, которые я выбрал для детального осмотра, находятся как раз на том направлении, где и их дом. – Колюх, ты уже в пути? – на удивление быстро дозвонился своему помощнику. – Сворачивай, я сейчас скину тебе адрес. – Артём Николаевич, что стряслось? – спокойный голос моего помощника превратился в стальной. Да, я знал, кого нанимать. Колюха был довольно специфическим человеком, нелюдимым, одиноким и грубым, но работу свою выполнял с хирургической точностью. Познакомились мы с ним совершенно случайно, на конференции в Берлине. Он приехал туда в качестве представителя от клиники, в которой он на тот момент работал. После травмы позвоночника его карьера хирурга была завершена, а, соответственно, продолжать работать в больнице он не мог. Мы разговорились за кружкой пенного, и я предложил ему работу, особо не надеясь на положительный ответ. Но на удивление сам Колюха не хотел больше травить себе душу и с радостью приехал в Россию, спустя пару месяцев. Заявился на пороге моего кабинета в Хаусовской, с сумкой вещей. С тех пор работает на меня. Благодаря ему в моих документах наконец-то был порядок, а все дела решались быстро и без запинки. Он никогда не удивлялся моим глупым просьбам, особенно после появления в моей жизни Кати, вот и сейчас, услышав от меня, что отец у Кати, больше не задал ни одного вопроса. Отправив ему адрес, я всё равно был как на иголках, не находя себе места, а когда мне на телефон пришло сообщение, от которого у меня чуть сердце не выпрыгнуло, не сдержался и начал названивать помощнику. Спустя аж три неотвеченных вызова, трубку всё-таки сняли, коротко объявив: – Я на месте. Ждём. Выдохнув с облегчением, я попытался расслабиться и сосредоточиться на дороге, но, как назло, пробка была капитальная. Лишь спустя почти три часа я добрался до места. Выскочил из машины и влетел в подъезд, не замечая этажей. Едва входная дверь распахнулась и передо мной предстала Катя, уставшая, слегка шальная, но целая и невредимая, я не помня себя от облегчения, схватил её в охапку и прижал к себе. – Я так переживал… – Прошептал ей куда-то в макушку, сдерживая желание сжать её до хруста костей. На моё удивление, девушка не спешила вырываться. Она доверительно уткнулась мне в грудь, скромно сжимая края рубашки и не говоря ни слова. Сколько мы так простояли, я не рискну предположить, но нашу идиллию нарушило тактичное покашливание Колюхи. – Простите, что отвлекаю, но там, кажется, что-то горит. – С виноватым лицом мужчина указал в сторону кухни, заставляя меня дёрнуться от резко пришедшей в себя девушки, пулей скакнувшей в указанном направлении. – Слава богу, ничего не сгорело. Идите за стол! Колюха было попытался отказаться и сослаться на неотложные дела, но Катя настолько деловито и строго его заболтала, что мы все не заметили, как оказались за столом. Мишка присоединился чуть позже, оказывается, доделывал уроки, но был безмерно счастлив видеть меня. Меня вообще всегда удивляло, насколько он искренне радуется, когда прихожу я. А сейчас, сидя за столом, где было больше людей, чем он привык, парень выглядел действительно счастливым. Насколько же ему одиноко, ведь, кроме матери, у него по большому счёту сейчас никого нет… Сколько всего они перенесли, сколько пережили. Как у такой хрупкой девчонки хватило сил поставить на ноги сына, не прибегая ни к чьей помощи? Мне стало невероятно стыдно за то, что я такой идиот. Не сумел защитить, не был рядом, наворотил дел… Когда Колюха всё же откланялся и уехал смотреть объекты, а Мишка отправился учить стихотворение, мы остались одни. – Что он тебе сказал? – наконец-то задал я интересующий меня вопрос. Внутри всё ещё кипело. – Артём, успокойся, пожалуйста. – Тихо произнесла девушка, опустив голову. – Этого было не избежать, ты же понимаешь. Только я не совсем была готова к тому, что он знает о том, что Мишка – твой сын. Я не поверил своим ушам. – В каком смысле? – переспросил я, уставившись на Катю. – Что ты имеешь в виду? – Ну, как же… – Стушевавшись, проговорила она. – Твой отец открытым текстом заявил, что мы не чужие друг другу люди, а практически родственники и я могу спокойно впустить дедушку сына в квартиру. Видя моё замешательство, Катя подошла ближе и села на соседний стул, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Артём, я не его появления испугалась. – Мягко произнесла она. – Меня напугало то, что он знает. Может, он всю жизнь знал… Для неё, это просто слова, а для меня… Суровая реальность. Сейчас я практически уверен в том, что он с самого начала всё знал, только почему столько лет молчал и не воспользовался ситуацией? Нет. Нельзя допустить повторения ситуации. – Кать, завтра мы переезжаем. Это не обсуждается. Я не позволю вам больше быть в таком стрессе и находиться в постоянном страхе. Зная влияние моего отца, неизвестно что у него на уме. Теперь вы всегда будете у меня на виду.