Эпилог (5 лет спустя. Ольга)

Ольга

Яркий, кристально-чистый свет магических ламп заливает операционную.

Звенит металл.

Я делаю последний, ювелирный стежок тонкими нитями из паучьего шелка и медленно выдыхаю.

— Готово. Кровоток восстановлен стабильно, — произношу я, и мой голос эхом разносится по стерильному помещению.

Вокруг стола раздается синхронный, полный благоговения выдох. Мои студенты, которых я отбирала лично, смотрят на меня горящими глазами.

— Операция прошла успешно. Переводите его в палату интенсивной терапии.

Я стягиваю перчатки, бросаю их в лоток и тыльной стороной запястья вытираю испарину со лба.

Пять лет.

Прошло ровно пять лет с тех пор, как мы покинули столицу.

Я окидываю взглядом свою сверкающую, оснащенную по последнему слову местной науки операционную. Это не просто лечебница.

Это Медицинская Академия Грозовых Пик.

Мое личное королевство.

Щемящее, пробирающее до самых костей чувство гордости затапливает грудь.

Я — Главный Хирург Севера.

Непререкаемый авторитет, чье имя произносят с трепетом от столицы до самых дальних границ.

Джаред сдержал свое слово. Не обманул, не запер в золотой клетке, заставив вышивать крестиком.

Напротив, он дал мне крылья. Подарил мне возможность стать по-настоящему великой, и эта свобода, подкрепленная его абсолютной защитой, делает меня самой счастливой женщиной в обоих мирах.

Улыбнувшись студентам, я выхожу в коридор и направляюсь в свой личный кабинет, на ходу разминая уставшую шею.

Я толкаю тяжелую дубовую дверь и замираю на пороге.

Сердце пропускает удар и пускается в сумасшедший галоп от затапливающей меня нежности.

Мой муж ждет меня здесь. И он, этот огромный, широкоплечий воин, самый смертоносный хищник этого королевства, стоит у окна. В своем темном камзоле он выглядит пугающе опасным для всего остального мира, но прямо сейчас этот мужчина бережно, с невероятной, трепетной нежностью прижимает к своей широкой груди спящего четырехлетнего малыша.

Мой сын. Наш маленький Лео.

Мы назвали его так в честь погибшего брата Эолы.

Это было наше общее решение — знак того, что Джаред полностью исцелился от страшных травм прошлого, отпустил свою вину и подарил этому имени новую, ослепительно счастливую жизнь.

У Лео мои каштановые волосы, непослушными вихрами спадающие на лоб, но даже сквозь опущенные ресницы я знаю, что там скрываются пронзительные, ясные золотые глаза Дракона.

Джаред слышит мои шаги.

Он оборачивается, и его суровое лицо мгновенно светлеет, озаряясь той самой улыбкой, которая принадлежит только мне. Он подходит почти бесшумно, чтобы не разбудить сына, мягко целует меня в губы и свободной рукой забирает мой тяжелый медицинский саквояж.

— Ты спасла еще одну жизнь, моя Герцогиня, — шепчет он своим низким, вибрирующим голосом, от которого у меня до сих пор бегут мурашки по позвоночнику. — А теперь пора домой.

Я смотрю, как его огромная, покрытая шрамами ладонь трепетно поправляет сбившуюся рубашку на спинке Лео. И меня накрывает такая дикая волна счастья, что к горлу подступает горячий ком.

Контраст между тем, через что Джаред прошел сам, и тем, что я вижу сейчас, виден невооруженным взглядом.

Его собственная жестокая мать ненавидела его, желала ему смерти, пыталась сбросить с башни. Его отец срывался на него и разбил голову тренировочным мечом.

И, не смотря на это, Джаред в итоге стал самым невероятным, самым любящим и преданным отцом на свете. Он разорвал этот порочный круг боли.

Глядя на своих мужчин, я глотаю горячие слезы умиления.

Прошлое стерто в пыль. Мы победили.

Когда наша карета въезжает во внутренний двор замка Грозовых Пик, нас уже ждут.

Едва слуга успевает открыть дверцу, как я радостно ахаю. На ступенях парадного крыльца стоит долгожданная гостья из столицы.

Лиара.

От той забитой девушки, какой я ее помнила по нашему побегу из монастыря, не осталось и следа.

Передо мной стоит роскошная, статная молодая женщина в платье из дорогого изумрудного шелка. Ее волосы уложены в элегантную прическу, а глаза светятся уверенностью и достоинством.

Она — полноправная владелица собственной ювелирной лавки в столице.

Я бросаюсь к ней, едва только выбираюсь из кареты.

Мы обнимаемся и обе начинаем плакать в унисон, не в силах сдержать эмоций.

Мы плачем от невероятного, ослепительного счастья, вспоминая тот ледяной холод проклятого монастыря.

Монастыря, которого больше не существует.

Джаред сдержал клятву — он сровнял его с землей и выжег почву так, что там теперь только голые, черные камни.

— Ты такая красивая... — всхлипываю я, отстраняясь и сжимая ее руки. — Я так скучала, Лиара. Поверить не могу, как далеко мы обе зашли.

— Мы выжили, Оля, — улыбается она сквозь слезы, ее голос дрожит от переполняющих чувств. — И мы стали королевами своих жизней.

Она вытирает щеки кружевным платочком и, лукаво улыбнувшись, достает из складок своего платья небольшую бархатную коробочку глубокого синего цвета.

— С годовщиной свадьбы, моя дорогая, — Лиара протягивает мне подарок. — Я сделала это сама. Эскиз рисовала два месяца, пока не поняла, что именно это отражает твою суть.

Мои руки слегка дрожат, когда я открываю крышку.

На черном бархате мерцает крошечный изящный серебряный браслет. Я задерживаю дыхание, разглядывая детали.

Тончайшая ювелирная работа: миниатюрный, сверкающий сапфировыми глазками дракончик, свернувшийся вокруг скальпеля из белого золота.

Идеальный символ моей идеальной жизни.

— Лиара... это потрясающе, — выдыхаю я, и Джаред, стоящий за моей спиной, кладет свои горячие руки мне на плечи. Я чувствую, как он согласно кивает.

Пока я с блестящими от слез глазами рассматриваю этот невероятный подарок, Лиара с восторженным писком подхватывает на руки проснувшегося Лео.

Мы проводим вместе весь остаток дня: гуляем по замку, пьем чай у камина, вспоминаем наше прошлое, которое теперь кажется лишь страшным сном, и строим планы на будущее.

Вечером, тепло попрощавшись и пообещав писать каждую неделю, Лиара уезжает обратно в столицу.

Ночь опускается на Грозовые Пики, укутывая горы в искрящийся лунный бархат.

Я стою на широком каменном балконе нашего замка, вдыхая морозный, чистый воздух.

Внезапно меня окутывает знакомый, дурманящий жар.

Джаред подходит неслышно, как истинный хищник, и его огромные, сильные руки собственнически обвивают мою талию со спины. Он притягивает меня к себе, намертво прижимая к своей широкой груди, и зарывается лицом в мои волосы.

Меня прошивает сладкой дрожью узнавания. Точно так же он обнимал меня тогда, в ту самую первую ночь в охотничьем домике, когда за окном бушевала гроза, а мы только учились доверять друг другу.

Но если тогда внутри меня бился первобытный страх перед неизвестностью и мощью Дракона, то сейчас мою душу затапливает идиллия. Я откидываю голову ему на плечо и закрываю глаза.

Между нами больше нет преград, только безграничная, всепоглощающая любовь, которая с каждым годом становится лишь крепче.

Вдруг эту звенящую тишину нарушает громкий хлопок крыльев.

Из темноты ночного неба на мраморные перила балкона бесшумно опускается крупный ворон. К его лапе прикреплен тяжелый золотой тубус.

Джаред чуть отстраняется, его брови сходятся на переносице.

Он снимает тубус, ломает сургучную печать Королевской Академии и передает мне плотный пергамент.

Письмо от Ронана!

Я разворачиваю письмо, ожидая увидеть привычные, сухие академические споры, таблицы с дозировками или советы насчет новых методов хирургии.

Но стоит мне пробежаться глазами по первым строчкам, как мои брови ползут вверх. Это не научный трактат. Это крик души Архилекаря!

Почерк Ронана, всегда такой аккуратный, сейчас выглядит рваным, нервным. Перо в нескольких местах прорвало бумагу.

«Ольга! — пишет Архилекарь без всяких прелюдий. — Этот мерзавец Арвид снова плетет свои интриги, пытаясь вернуть былое влияние, но демоны бы с ним! Главное — другое. В моей Академии появилась одна девчонка, которая сводит меня с ума. Она нагло опровергает мои теории, постоянно бросает мне вызов! Но самое страшное... я поймал себя на мысли, что специально ищу повода, чтобы пересечься с ней. Мне кажется, эта девчонка от меня многое скрывает. Пришли мне всю доступную информацию по своему родному миру. Я хочу проверить одну догадку...»

Я потрясенно моргаю, перечитывая последние строчки, и медленно поднимаю глаза.

Мы с Джаредом встречаемся взглядами. В золотых глазах моего мужа пляшут веселые, опасные искры, а на губах расцветает та самая хищная усмешка.

— Кажется, ледяной купол нашего Архилекаря дал трещину, — роняет Джаред, притягивая меня обратно в свои объятия.

Я счастливо улыбаюсь, прижимаясь щекой к его мундиру, и чувствую, как внутри распускается теплое, щемящее чувство предвкушения.

Боги, Ронан, ты даже не представляешь, на что подписался, если в твою жизнь ворвалась девушка с Земли! Я-то знаю, каково это — ломать шаблоны властных мужчин этого мира и сводить их с ума.

— Не просто трещину, мой Дракон, — смеюсь я, обнимая его за шею. — Кажется, столицу ждет буря похлеще нашей.

Я поворачиваю голову и смотрю на бескрайние, укрытые вечными снегами величественные пики Севера.

Холодный ветер перебирает мои волосы, но мне тепло, как никогда в жизни. В моей душе — полный штиль, непоколебимая уверенность в завтрашнем дне, любимая семья и дело всей моей жизни.

А где-то там, далеко на юге, в стерильных коридорах столичной Академии, только-только разгорается новое, дикое пламя.

Пламя, которое вот-вот сожжет дотла идеальный мир Архилекаря и изменит всё.